Праздничные истории любви - Светлана Лубенец

По дороге до площади Карина все размышляла: «Сколько таких на свете девочек может быть, с черными волосами, черными ногтями, в черной одежде? И почему я решила, что это она? Просто кажется, и все тут… Разве это серьезно?»

Она не раз представляла, когда узнала, что Наташа живет где-то поблизости, как однажды они случайно встретятся. Даже речь для этого случая заготовила, но сейчас почему-то ни слова из нее не помнила.

Карина подняла голову, чтобы полюбоваться на сияющую огнями ель, и увидела впереди девочку в красном шарфе. Та поравнялась с елкой, задрала голову и остановилась, созерцая мерцающую звезду на верхушке.

Карина не решалась сразу подойти и лихорадочно пыталась вспомнить ту самую заготовленную речь.

«А если это не она? — настойчиво шептал внутренний голос. — Вот смеху-то будет…»

Девчонка неожиданно обернулась и в упор посмотрела на нее.

Карина вздрогнула, но ноги, как заколдованные, сами ее повели к ели. На ходу она вытащила из пакета шар и, когда подошла к девочке, протянула его ей со словами:

— Вот, возьми твой шар.

Девчонка отшатнулась и после недолгого разглядывания шара сказала:

— Это не мой.

— Я знаю, — смущенно пробормотала Карина, — я случайно увидела, что тебе не захотели продать шар, и подумала…

— Да, — сморщила нос черноволосая, — только я хотела другой.

— Но этот красивее! — Карина встряхнула шар, и внутри его пошел снег.

— Я не хочу этот, — оттолкнула ее руку девочка, — и не стану за него платить!

— И не нужно, — Карина поставила перед ней шар на снег. — Это подарок.

Черноволосая фыркнула.

— С чего бы это?!

— Просто так… просто… тебя не Наташей, случайно, зовут?

— Нет, — тряхнула волосами девчонка, — с чего ты взяла?

Карина разочарованно вздохнула.

— Значит, я обозналась.

Девочка кивнула на шар.

— Забери!

— Это подарок. С наступающим тебя. — Карина развернулась и зашагала в сторону своего дома. «Дурочка, — ругала она себя, — привязалась непонятно к кому…»

— Эй, постой! — окрикнула ее девчонка. Она подняла шар и прокричала: — Это в дневнике у меня написано Наташа, но это не мое настоящее имя! — Черноволосая приблизилась. — Меня Ингой зовут, и я, кажется, догадалась, кто ты такая!

Какое-то время они молча друг друга разглядывали, потом Инга воскликнула:

— Как ты меня узнала?

Карине не удавалось прогнать улыбку, бестолково расплывшуюся на лице. Хотелось смеяться от радости и от волнения. А вспоминать, что же насочиняла в заготовленной речи, было бесполезно — память окончательно отказала.

— Не знаю, просто догадалась, — призналась она.

— А чего ты улыбаешься? — скривилась девчонка. — Я тебе кажусь смешной?

Карина испуганно затрясла головой.

— Нет же! Просто обрадовалась… ты вовсе не смешная.

Инга недоверчиво сощурилась и приподняла на руке шар.

— Ты себе так подруг покупаешь?

— Нет, — опешила Карина, и до того ей стало обидно от этих презрительно брошенных слов, что к глазам подступили слезы. Она быстро отвернулась и чуть ли не бегом пошла к своему дому.

— Эй, ну ты чего?! — крикнула ей вслед Инга.

Карина не обернулась. Дружить расхотелось, хотелось одного — прибежать домой, к маме с папой, к бабушке, дедушке, Артемону, к тем, кто любил ее, кому не нужно было ничего доказывать и кто никогда бы ее не обидел.

— Да подожди, — догнала ее девчонка. — Ну прости, ладно тебе, я так не думаю…

— А как думаешь? — не сбавляя шага, спросила Карина.

— Это же ты не пришла тогда на встречу! — возмущенно воскликнула Инга. — А я так готовилась, разоделась вся… прождала тебя столько, а ты… Со мной никто так еще не поступал!

— А со мной так все время поступают! — Карина мельком посмотрела на девочку. — И меньше всего мне хотелось поступить так с тобой или еще с кем-то другим. Я не видела твоего письма…

— Прости, — повторила Инга и протянула ей руку: — Давай помогу нести сумки?

Карина замешкалась, но Black Night сама выхватила у нее один мешок и спросила:

— Где ты живешь?

— Я тут, — указала Карина на дом впереди. — А ты?

— Я за стеклянным торговым центром, желтый дом.

— А что тут делаешь? — удивилась Карина.

Девочка долго не отвечала, а когда молчание совсем затянулось, проворчала:

— Ну ты же писала в своем дневнике, типа, снег сияет в разноцветных лучиках елочных огней, гирлянды на деревьях и все такое… вот я и пришла посмотреть. — Инга огляделась. — Довольно симпатично.

Они перешли дорогу, прошли под аркой и остановились возле первого подъезда.

Black Night вернула ей пакет и протянула шар.

— Заберешь?

— Нет, он твой. Может, этот шар не так тебе понравился, как тот, но… — Карина смутилась и чуть тише сказала: — Он куда жизнерадостнее.

— Да, это точно, — усмехнулась Инга, — у меня в комнате он станет единственным светлым предметом. — Девочка нервно поправила шарф. — Ну ладно, ты, наверно, торопишься?

— Я? Нет. Совсем не тороплюсь!

— Да я тоже не очень-то, — призналась Инга.

Они замолчали и уставились друг на друга, пока обеим не стало смешно. Тогда Карина предложила:

— Не хочешь зайти ко мне?

— Так сразу, — с сомнением посмотрела на дверь Black Night, — а что родители твои скажут?

Карина распахнула дверь.

— Пойдем. А что скажут… вот и узнаешь, что!

Дверь открыла мама, а сказала она им не что иное, как «мыть руки и садиться за стол».

Ужин прошел оживленно. Инга сперва держалась очень зажато, но, когда поняла, что никто не намерен ни о чем расспрашивать, расслабилась и даже рассказала о себе. Что живет вдвоем с мамой в коммунальной квартире, где учится и чем увлекается.

Позже, в комнате, Карина полюбопытствовала:

— А когда ты научилась играть на гитаре?

Black Night подошла к подоконнику и вытащила спрятанный под покрывалом ноутбук.

— Так вот, значит, где ты сочиняешь записи в свой дневник. А гитара… я встречалась год назад с гитаристом, вот и научилась.

— Больше не встречаетесь? — осторожно спросила Карина, жестом приглашая девочку устраиваться поудобнее.

Инга расположилась на подоконнике и нехотя призналась:

— Нет, давно не встречаемся. Я, дурочка, слишком много ему сразу позволила, вот он и бросил меня через неделю.