Тест на отцовство - Янка Рам

Глава 24 - “Признание”

Смена моя давно закончилась. Но я все ещё тусуюсь здесь, в палате у Хасана.

Паломничество коллег к нему наконец-то закончилось, родственники уехали, Таечка его спит...

А мы... треплемся ни о чем и обо всем сразу. Я просто очень рад, что небеса мне оставили друга.

- Ну что там, дружище, по ту сторону? Глючило?

- Да. Отец привиделся... Ощущение детства поймал... Знаешь, такое, когда все вокруг имеет значение. Листик там, лужа, колесо, запах воздуха... Как будто на все сквозь увеличительное стекло смотришь и оно на тебя внезапно прыгает многогранными впечатлениями. Не как сейчас, когда ты тонально высвечивает важное и замечаешь только это.

- И?..

- Я, наверное, ещё одного ребенка хочу. Дочь в этом смысле я упустил. Она уже взрослая...

Я тоже всё упустил… Кому за это всечь?

Открыв окно, высовываюсь с сигаретой.

- Горыныч, дай сигарету...

- Терпи, болезный. Нельзя тебе сейчас.

Вздыхает.

Стоянку больницы освещают фонари. Машины разъехались.

- Хасан...

- М?

- А как давно ты знаешь, что Юлин Степан - мой сын?

Повисает пауза.

- Это я бредил... - с многозначительным намеком на то, что ляпнул, да ещё и при Юле, намеренно.

- Это я понял. Конечно бредил. Кто ж в здравом уме подружку свою сдаст. И все же?..

- Ну, какая разница?

- Почему она тебе сказала, а мне - нет? Я не понимаю.

- Ты шутишь сейчас? Юля не сказала бы никому. Вероятно, она и сама на тот момент была не в курсе - чей он. А ты уехал с отрядом девиц. Ну и...

- Во-первых, я уехал с отрядом коллег, - сжимаю челюсти. - Я их пол не выбирал. Мне вообще начхать было на их пол! Я с ними не контачил.

- Тебе - может быть. Беременной женщине - ну… не знаю. Это твоя женщина, тебе виднее - всё равно ей было или нет. Но если это допом легло на весы, то сыграло не в твою пользу. Это, кстати ответ тебе на твой перманентный вопрос - что она нашла в своем муже и почему выбрала его. Хоть ее Крынский личность весьма злокачественная, но ни разу в романах на стороне обсуждаем нашим местным отделом нравов не был, в отличие от тебя. И Юленьке своей исправно целует ручки и двери открывает. Женщины такие вещи ценят.

- Во-вторых... - перебиваю его возмущенно. - К слову о "не знала чей"... Ты совсем что ли, Хасан?! Она не спала с мужем, когда мы были... ну... - закатываю глаза. - Когда мы "были". Я бы его убил нахер, если бы... А тесты сейчас очень точные.

- Ошибки диагностики сплошь и рядом. Мы же оба это видим каждый день.

- Если ты хочешь ее оправдать в моих глазах, даже не пытайся! - зло тушу сигарету о кирпичи, высунувшись из окна.

- Горыныч... Ну, ты вспомни, что в разумной своей аватарке мне сам недавно советовал - "без угроз и давления". Просто... поговори с ней нормально. Юля - разумный человек.

- Я, блять, заметил, - со злым сарказмом фыркаю я.

Бегает от меня как девчонка.

- Мой тебе совет: поживи с этим знанием хотя бы пару недель. Перекипи удаленно. И не вставай в оппозицию. Попроси...

- Я должен просить у Крынского разрешения общаться с сыном своим?!

Хасанов закрывает устало глаза.

- Ладно, друг, отдыхай, выздоравливай. Завтра увидимся.

- Не начуди... А то стараешься тут, стараешься... для вас дураков... - сонно наставляет меня он.

Толкаю кулаком в стену.

- К ней поедешь?

- Да! - рычу я.

- Конфликт в лоб с женщиной - так себе идея. Ты автоматом ставишь ее на одну сторону с Крынским. Зачем?

- Да я взорвусь, если не расставлю все точки над "i"! У меня ребенок, ты понимаешь или нет?! А он обо мне даже не знает! Ты видел как его Крынский таскает за воротник?! Как щенка!! Блять... - сминаю пачку сигарет.

Сжимаю переносицу.

Делаю вдох поглубже...

- Отдышись, говорю тебе. Как опытный в этом деле человек, утверждаю, что противостояние с матерью твоего ребенка - это тупик. И ударит, в первую очередь, по ребенку.

- По дороге подышу.

Жму его ещё слабую руку.

Она не просто мать моего ребенка. Я люблю ее. И она в курсе. И от этого, факт Юлиного вероломства ранит в разы сильнее. За всех порешала, да?! А вот нихуя, родная!!

От того, как кипит внутри, не могу даже дождаться встречи лицом к лицу. И снова набираю ее.

Только попробуй опять не взять трубку! Я твой телефон чертов...

- Чадов... - неожиданно быстро отвечает она.

Оу!

Делаю вдох поглубже, фильтр в моей голове вырубается.

Я не грубил ей никогда. Юля такая... ей язык грубить не поворачивается. Но сейчас!..

- Чадов, помоги... - выдыхает она в трубку.

И с меня словно срывает весь мой раж и запал от ее раненых интонаций.

- Что случилось?! - застываю как вкопанный.

- Стёпа сбежал... Я весь двор обошла... Его нет! Муж далеко... Полиция сказала ждать их, никуда не уходить... И Стёпа может вернуться! - слышу, как она начинает плакать. - А ты прошлый раз нашел его...

Меня снова всего с ног на голову переворачивает и мясом наружу.

- Ну-ка тихо! Не реви. Как он ушел? Зачем? Куда?

- Его паука... сломали. Я уснула. Он дверь открыл как-то... И... Мне кажется, он его пошел искать! Я ему сказала, что паук пошел в гости, хотела подменить завтра новым... А он нашел детальку от него и... наверное, подумал, что паук не в порядке.

- Ясно. Черт... темно уже. В гости, говоришь? А к кому его паук мог пойти в гости?

- Я не знаю. Мы не ходим ни к кому в гости! Сделай, пожалуйста, что-нибудь! - горько и требовательно.

Это ж признание, Юлька! С потрохами просто...