Дети миллиардера. Требуется бабушка! - Мария Коваленко

–Это талантливые дети. Если они ставят перед собой цель, то обязательно добиваются результата.– Я погладил по голове Кондрата.

И, пока водитель нашего легкого кэдди чередовал на поворотах педали газа и тормоза, на всякий случай достал для детей пакеты.

–Все еще больно, милая? Давай еще выпьем.

Варя заставила дочку сделать глоток минеральной воды из бутылки. И через минуту напоила сына. Осторожно, придерживая голову. Как настоящая медсестра.

Как только детей скрутило, я боялся, что она разволнуется, но, на удивление, Варя держалась молодцом. Не паниковала, не тряслась. Наоборот, собралась, будто каждый день встречала больных детей.

–Да. Болит сильно.

Моя малышка, конечно, была настоящей актрисой. Но в этот раз, похоже, не лгала. На детском лбу выступили бисеринки пота. А лицо побелело еще сильнее.

–Мы уже близко,– попытался успокоить я.– Скоро доктор вас осмотрит. Даст лекарства, и обоим полегчает.

–Ты ведь нас не оставишь там?!– Двойня умудрилась озвучить вопрос хором.

Сын при этом смотрел на Варю, а дочь – на меня.

–Нет!– ответил я первым.

–Нет, конечно!– с небольшой задержкой, но так же решительно произнесла Варя.

–Папа, ты правда не разрешишь никому делать нам уколы?– Кондрат посмотрел на меня таким взглядом, будто уже проходил нечто подобное и в прошлый раз никто не смог его защитить.

–Варя, а ты будешь держать меня за руку?– Даша схватила Варину ладонь и стиснула ее изо всех сил.

От этого детского испуга ком в горле застрял. Я догадывался о некоторых деталях их «счастливого» детства с мамой. За последние полтора месяца к Наталье, да и к самому себе, набралось немало вопросов.

Однако теперь от накатившего прозрения пальцы в кулаки сжались.

–Никто вас не бросит. Мы обязательно останемся рядом. Не позволим делать никакие уколы. Или другие неприятные процедуры. Лишь если это будет очень нужно и вы сами разрешите,– тут же за нас двоих пообещала Варя.

Пока я переваривал свои эмоции, она второй раз за отдых «прыгнула за борт». Только сейчас не за моим компьютером, а за моими детьми. Без просьб. И ожидания.

–И ты будешь гладить меня по голове, как Дашу?– Сын, не скрывая зависти, зыркнул на сестру.

Никогда в жизни я не видел, чтобы он кому-то завидовал. Даже засмотрелся на своего бандита.

–Мы с папой будем гладить вас обоих. Клянусь! И ждать, когда же наконец ваши маленькие животики перестанут болеть.– Варя наклонилась вперед и поцеловала Кондрата в лоб.

Будто не известная мне пугливая няня, которая шарахалась от каждого взгляда или прикосновения, а незнакомка.

Гораздо более взрослая, чем казалась. Красивая до звезд перед глазами. И заботливая. Не няня, а настоящая мама. Намного лучше той кукушки, которая родила и пять лет тянула из меня деньги под предлогом трудного материнства.

–Я тоже обещаю,– смог-таки разлепить губы.– Пусть только попробуют не пустить нас в палату. Такое в больнице устрою, что быстро вас выпишут!– Для пущей убедительности я нахмурил брови.

И впервые за поездку оба моих ребенка вымученно улыбнулись. Уже без страха. И с такой надеждой, что защемило за грудиной, как у инфарктника.

* * *

Работники медицинского центра встретили нас у порога. Не знаю, что им сообщили из отеля, но детей сразу же отвезли в палату. Без бюрократических проволочек и уточнения, какая у нас страховка. А дальше все закрутилось, как в режиме ускоренного просмотра.

Не прошло и двадцати минут, как врач осмотрел малышей и занялся нашим допросом. Его интересовало все: от питания до режима сна, от количества времени, проведенного на солнце, до активности в последние часы.

Как оказалось, Варя неплохо знает английский, так что отвечали мы вместе. Будто настоящие родители. Я мычал: «Не помню» и «Не знаю». Мадам Ласточкина тут же сообщала, «сколько», «когда» и «как долго».

В сумме картина получилась полной, и предварительный диагноз – тепловой удар – появился в медицинских карточках уже через час.

Врачи заверили, что никакой опасности для жизни и здоровья нет. Нам, всем четверым, вручили по бутылке воды. Детям специальную, с электролитами. Взрослым – обычную. А потом началось лечение.

Как я и обещал, не было никаких уколов, капельниц и прочих неприятных процедур. Мы дружно играли в насосные станции, поглощая свои «напитки». Варя сочиняла сказки про живую воду, которая творит чудеса даже с морщинистыми старушками. Дети спорили о том, сколько этой воды нужно выпить их «любимой бабушке». А когда им полегчало, легли на свои подушки и незаметно уснули.

По-хорошему, нам тоже стоило расслабиться. Отель в любой момент готов был прислать машину, чтобы отвезти нас назад. Но оставлять малышей одних не хотелось. Да и Варя словно приклеилась к стулу между детскими кроватками.

Вопрос «Как быть?» отпал сам собой. Временно забыв о легенде про небогатого бизнесмена, я арендовал для нас с «супругой» одноместную палату рядом с палатой детей и уломал упрямицу-няню пойти со мной.

Последнее оказалось сложнее, чем подкуп администрации. Уверенная, что это она виновата во всех бедах, Варя наотрез отказывалась покидать свой пост. Все мои доводы влетали у нее в одно ухо и вылетали из другого. На просьбы она лишь грустно моргала. А сдалась, только когда я поклялся, что устроюсь на ночлег прямо у ее ног. На полу!

–Иногда ты напоминаешь мне Аделаиду Генриховну! Тоже готов на все ради своих целей.– Вздохнув, она позволила взять себя за руку и увести в палату по соседству.

–Льстишь! Мне еще далеко до этого бронепоезда.

–Но пример, видимо, заразный,– фыркнула Варя и тут же напомнила маленького ёжика. Милого, безопасного и колючего лишь для вида.

–Тебе что-то во мне не нравится? Готов обсудить.

Дверь захлопнулась почти неслышно. И темнота окутала как покрывало. Тихо стало. Будто не в другой палате оказались, а на другом краю острова.

–Я после твоих методов «обсуждения» совсем ничего не соображаю,– прошептала в тишине Варя, и одновременно у меня внутри словно что-то отключилось.

Прежнюю бодрость сменила усталость. Дикая. Как после трудного проекта и работы в авральном режиме. А челюсть на миг свело от зевания.

–Иди ко мне. Обещаю, этой ночью никто не покусится на твою честь.

Не раздеваясь, я сбросил обувь. Лег, в чем был, на узкую больничную койку. И протянул руки Варе.

–Не получится из тебя сексуального маньяка.

Кровать без скрипа прогнулась под тяжестью ее тела. И я почувствовал, как моя русалка вздрогнула.

–А ты надеялась?– Притянув Варю под бок, заставил положить голову на плечо. Изгиб в изгиб.

–С тобой я сама себя не знаю.