Советы юным леди по счастливому замужеству - Софи Ирвин

Проведя почти шесть недель в столице, Китти должна была привыкнуть к великолепию домов на роскошных улицах, к богатству, расплескавшемуся по самым фешенебельным районам города. Но ее прежние впечатления померкли перед величественным зрелищем Лондона в высокий сезон, когда богатейшие жители собрались в одном месте, приложив огромные усилия к тому, чтобы предстать перед миром во всей красе. Городской дом Монтегю затмевал сиянием луну, его окна мерцали, как фонарики, заливая площадь золотистым светом. Кэб, в котором приехали сестры, встал в длинную, протянувшуюся до начала улицы очередь из экипажей, и Китти высунулась как можно дальше, чтобы разглядеть действо собственными глазами. Она увидела блистательных дам, которые осторожно спускались из карет, украшенных гербами великих семейств, и плыли к дому. Дамы походили на павлинов или редких птиц из экзотических стран, привезенных на грандиозную выставку.

«Что за мир! – подумала Китти, затаив дыхание. – И какой шанс для нас!»

Она обернулась на Сесили, смотревшую поверх ее плеча. В кои-то веки нашлось нечто, объединившее сестер: чувство благоговения и завороженный взгляд.

Кареты постепенно продвигались вперед.

– Мы готовы, леди? – спросила тетя Дороти, подхватывая юбки.

Когда настал их черед, Китти постаралась выбраться из экипажа не менее грациозно, чем остальные дамы, пусть ей и не помогал молодцеватый лакей. Отныне и впредь мир будет наблюдать за ней. Приподняв подол бального платья – атласные юбки цвета слоновой кости, а поверх изысканная белая тафта, – Китти вместе с сестрой и тетушкой степенно проследовала по дорожке и вошла в логово льва.

По случаю бала здесь зажгли, наверное, тысячу свечей, удивилась Китти, озираясь по сторонам. Пройдя немного дальше, она обратила взгляд вверх, на люстры, и пришла к заключению, что свечей гораздо больше, чем тысяча. Светильники проливали на гостей лестное для них сияние, ласковым прикосновением подчеркивая драгоценности в ушах, на запястьях и шеях, отчего все до единого присутствующие казались еще более прекрасными. Китти очень старалась не разевать рот, но глаза ее беспомощно блуждали по залу, не в силах остановиться на чем-то одном. Повсюду, куда бы ни падал взгляд, она замечала свидетельства невиданного богатства: украшения, платья, свечи, угощение, безупречно одетые лакеи, грациозно, как танцоры, разносившие подносы с шампанским.

У входа в бальный зал сестер Тэлбот и миссис Кендалл доброжелательно приветствовала вдовствующая графиня Монтегю – она помнила их имена и сделала комплименты их платьям. Китти пытливо всмотрелась в ее лицо, ища малейшие проявления неискренности, но не обнаружила ничего подобного. Танцы еще не начались, и гости собирались группками, беседуя и смеясь. Китти порадовалась, что их платья, пусть и не столь богато изукрашенные, как у остальных, тем не менее ничуть не отставали от моды. Однако ее облегчение длилось недолго – до того момента, когда она поняла, что присутствующие не желают вступать с ними в разговоры, пока их не представит какая-то другая особа. Никто ее не предупредил, что следует к этому подготовиться. Она обвела лихорадочным взглядом зал в поисках хоть одного знакомого, но перед ней, как в тумане, проплывали лишь холодные оценивающие лица.

– Нам машет леди Рэдклифф, – успокаивающе прошептала ей на ухо тетя Дороти. – Смотри, вон там.

Китти проследила за ее взглядом и действительно увидела графиню, которая улыбалась и жестами подзывала их к себе. Переведя дыхание, Китти повела к ней сестру и тетушку неспешно, словно у них в запасе было все время мира.

«Смотри и слушай, – напомнила она себе. – Наблюдай и повторяй за ними».

– Вы выглядите изумительно, – сердечно приветствовала их леди Рэдклифф.

Они попытались вернуть комплимент, но она и слушать не стала.

– Я совершенно разбита, всю ночь не сомкнула глаз, вы не поверите, какая тяжелая была… Миссис Черитон, как чудесно вас видеть. Вы знакомы с миссис Кендалл?

В обществе леди Рэдклифф дело сразу пошло гораздо легче. Де Лейси были знакомы со множеством людей, и леди Рэдклифф щедро представляла своих новых подруг всем подряд. Прошло совсем немного времени, а у Китти уже возникло ощущение, что она улыбнулась, сделала реверансы и комплименты половине бомонда. Через несколько минут вернулся мистер де Лейси – мать отправляла его за напитками. Он был счастлив увидеть мисс Тэлбот и страстно мечтал рассказать ей о своих волнующих приключениях. Не желая вмешиваться в ее разговор, он неохотно обратился сначала к мисс Сесили.

– Тепло сегодня, не правда ли? – сказал он после вежливого приветствия. – Не верится, что уже апрель.

– «Неслышной поступью сквозь год часы шагают торопливо»^[13], – торжественно продекламировала Сесили.

– Как вы правы! – несколько настороженно согласился мистер де Лейси.

Ему не слишком нравилось, когда при нем цитировали стихи. Ощущаешь себя жутким болваном, поскольку не понимаешь, что имел в виду цитировавший, особенно если не можешь вспомнить, кто из напыщенных старых зануд сочинил эти строки, – Арчи никогда не удавалось вспомнить. Он при первой возможности сдал Сесили с рук на руки лорду Монтегю, а сам навис над ее сестрой.

Китти для себя решила: необходимо дождаться, когда пламя влюбленности Арчи угаснет само собой, – так проще всего завершить их недолгий роман, не ранив чувства юноши. При этом она надеялась избежать неприятных разговоров, способных поссорить ее с семьей де Лейси, от которой Китти по-прежнему сильно зависела. Однако она не ожидала, что Арчи, дрожа от нетерпеливого восторга, попытается привлечь ее внимание. Как только она позволила втянуть себя в беседу, он немедленно пустился в бессвязный рассказ о своих недавних приключениях, причем, похоже, был совершенно уверен, что она изнывает от любопытства и мечтает выслушать все до конца. Справедливости ради надо сказать, мистеру де Лейси неоткуда было узнать, что ее симпатия к нему превратилась в более ветреное создание теперь, когда исчезла необходимость льстить его самолюбию. Китти кивала, вежливо улыбалась, одновременно заглядывая за спину собеседника в поисках более заманчивых персон.

– А потом на нас напали! Разбойники! – упоенно воскликнул он. – У них были мушкеты и… и ножи, и они всерьез настроились нас убить или по крайней мере ограбить до нитки. Мы думали, что все пропало, но тут – бабах! Грянул выстрел!

– Это Бо Браммел?^[14] – перебила его мисс Тэлбот, не в силах сдержаться.

Мистера де Лейси потряс столь возмутительный недостаток сочувствия. Помедлив секунду, он ответил холодно:

– Не могу утверждать с уверенностью, мэм, но, насколько мне известно, мистер Браммел еще на континенте.