Нянь - Чарли Маар

— Во сколько она ушла из дома?

— Около восьми вечера, — взволнованно отвечает мама, заламывая пальцы.

Так. А последний звонок в пять вечера. Значит, с этого телефона Оля точно ни с кем не связывалась.

Прочитываю сообщения в мессенджерах и соцсетях.

Бог ты мой. Сколько у подростков бреда в голове. Какую они только чушь не обсуждают. Впрочем, я сам был таким.

Интересно, каким будет поколение Ника? Смогу ли я достойно воспитать сына?

Удивительно, что результаты теста ещё не пришли, но я уже Никиту считаю сыном. Да почти сто процентов вероятности, что он действительно мой.

Взгляд цепляется за одно сообщение. В нём Оля пишет, что среди парней нет никого достойного. Все "скоты прыщавые, и Лёша тоже". Лёша это, видимо, тот самый мальчик из-за которого сестра морду другой девочке набила. Но охреневаю я не от этого. А от другого.

"... если бы только Мар увидел во мне женщину... Жду не дождусь, когда стану старше и смогу его соблазнить. Уведу от жены и займу её место..."

Громко матерюсь и зажимаю пальцами переносицу.

Кажется, я знаю, где может быть эта коза.

И словно в доказательство этому предположению, телефон разрывается мелодией звонка.

Мой телефон.

На экране высвечивается имя моего лучшего друга с детства Марата.

Мар — как его называли в нашей пацанской компании. Сокращённое имя закрепилось за ним на всю жизнь.

— Да, Мар?

— Бриг, ты никого не потерял случайно? — раздаётся уставший голос друга.

Выдыхаю одновременно тяжело и облегчённо.

— Оля у тебя?

— Ага. Утром пришёл с работы, а эта дурочка в подъезде возле моей двери спит, усевшись на сумку. Заберёшь?

— Да. Сейчас буду. Жди.

Сбрасываю звонок и поворачиваюсь к родителям.

— Всё в порядке. Оля у Марата.

Которого она, по какой-то причине, ознаменовала мужчиной своей мечты...

— Слава богу! — восклицают родители.

— Сейчас привезу её. Можете успокоиться.

Глядя на измученное лицо матери, стискиваю зубы и выхожу из квартиры с одной лишь мыслью — ну я устрою этой козе!

*****

К дому Мара подъезжаю минут через пятнадцать. Нажимаю домофон, после чего поднимаюсь на лифте на нужный этаж. К тому моменту, как друг распахивает передо мной дверь своей квартиры, меня уже нехило колотит.

Что вот делать с этой козой мелкой, которая ни черта ни о ком не думает?! Хотя бы о матери побеспокоилась.

— Здорова, — кивает Марат, протянув мне руку.

Я её пожимаю, отметив про себя, что на друге нет ничего кроме домашних штанов. И судя мокрым волосам, он только что вышел из душа.

Невольно хмурюсь.

Надеюсь, Оля не додумалась тут на Мара свои малолетние слюни пускать при его жене?

— Привет. Где она?

Друг кивает в сторону комнат.

— На кухне. Болтает с Верой.

Класс. Надо бы предупредить Марата о тайных страстях моей маленькой сестрёнки.

Широкими шагами направляюсь в кухню, где вижу свою живую-здоровую мелкую козу, сидящей за столом и жующей хлопья.

— И...илюша?! — выпучивает она тёмные глаза, завидев меня.

— Илюша, — киваю хмуро.

Видимо, друг решил не предупреждать мелочь, что уже позвонил мне и я скоро приеду, поэтому она в таком шоке.

Выуживаю ремень из петель на брюках и неторопливо приближаюсь к сестре. Та поперхивается хлопьями и вскакивает из-за стола.

— Ааа! Не надо! — визжит, отбегая к балконной двери.

— Илья, не переборщи! — смеётся Вера.

Судя по всему Вера как и Мар всю ночь провели на работе — у них общая фирма, над которой они трудятся сутками напролёт. Если бы хоть один из них был дома, то сестра уже ночью вернулась бы домой.

— Сейчас я тебе устрою, мелочь! В следующий раз думать будешь как родителей до нервного срыва доводить!

Оля умудряется вырваться, когда я почти хватаю её, и сбегает из кухни. В коридоре её ловит Марат.

— Попалась, коза? — шиплю, хлестнув ремнём по собственному бедру.

Сестра поворачивается в руках Марата и смотрит на меня в ужасе. Только сейчас я замечаю небольшой синяк под её левым глазом.

Губы Оли дрожат, словно она вот-вот заревёт.

Мой гнев как рукой снимает.

Мля, вот же дурында...

— Илюша, ты чего? Так сильно злишься? — спрашивает, почти плача.

Вздохнув, я опускаю ремень и протягиваю руку сестре.

— Иди сюда.

Она недоверчиво смотрит на мою ладонь, после чего настороженно делает шаг вперёд. Я хватаю её и притягиваю к себе.

— Ты хоть представляешь, как нас всех напугала? Снова, Оль.

Мелочь утыкается носом мне в плечо и начинает громко всхлипывать.

— Прости...

— Оль, так нельзя. Какие бы проблемы в школе и с друзьями, с парнями у тебя ни были, не нужно вот так бездумно сбегать из дома и заставлять всех близких сходить с ума.

— Конечно, тебе легко говорить... Свалил в другой город и бросил меня... Столько обещаешь, что заберёшь, но не забираешь... А я без конца одна. У тебя своя жизнь, а я...

— Мелкая, ну ты чего, в самом деле? У тебя есть младший брат, родители, друзья. Ты никогда не бываешь одна.

Оля цепляется за мои плечи и ревёт ещё громче.

— Мне тебя не хватает!

Марат бросает на Олю строгий взгляд, после чего кивает мне, маякнув, что оставит нас наедине.

— Мы поедем. Спасибо, Мар.

— Звони хоть, а то видимся редко.

Отведя лицо от моего плеча, Оля смотрит на Мара, но, смутившись, быстро опускает глаза.

Ах, ну да, он же мужчина её мечты...

Нас с сестрой сегодня ждёт долгий и очень серьёзный разговор. В том числе и о Маре, мать его.

Попрощавшись с Маратом и Верой, мы спускаемся вниз и садимся в машину. Сестра выглядит подавленно и особенно затухает, когда я её ещё раз тщательно отчитываю, но личико мелкой преображается, стоит мне позвонить маме и сказать, что мы задержимся.

— Съездим ко мне. Зайдём в какое-нибудь кафе съесть по пицце. Поговорим. Расскажешь мне о своих проблемах.

Оля шмыгает носом и кивает.

— Угу.

— Вот и отлично. Только прежде чем мы куда-то поедем, пообещай, что больше не будешь убегать из дома.

Мелочь опускает взгляд и начинает ковырять ногтём ручку двери.