Мы - сводные - Эля Пылаева

— А ты выбери сам, — ёжась от холода, прячусь в воротнике курточки. — Это же только тебе решать — продашь ты или нет. Спасибо за кофе, Рафаэль! — сжимаю на мгновение его кисть.

Ну же? Есть у тебя какое-то достоинство или нет?!

Оставляя его в растерянности, сбегаю в зал, чувствуя, что для него эта территория табу. Это царство Риты!

Людей тьма. Очень много незнакомых лиц. Я незаметно иду сквозь толпу, к тренажёрам. Там растягивается Рита. И там же все парни — Сэм, Макс, Саша… Смеются и болтают. От них разит азартом и адреналином. Застегивают ей перчатки.

Не решаясь влиться в их компанию, присаживаюсь на скамейку в паре метрах. Рита меня не приглашала. Знает, что я трусиха.

Заметив меня, Рита отходит от них и садится рядом.

Мы молчим, разглядывая суету вокруг.

Раздаётся звук гонга.

— Спасибо, что пришла, — улыбается Рита. — Давай попробуем обе не улететь в нокаут? Соперница у меня жесткая.

Нервно усмехаюсь.

— Даже если ты не победишь, я все равно буду твоей самой ярой фанаткой, — обещаю я. — Ты самая крутая.

— Придется оправдать…

Сбегает на ринг.

Мое сердце начинает скакать. Но я обещаю себе, что тоже "оправдаю".

Встаю, прижимая руки к груди, чтобы не выпрыгнуло. Как под гипнозом настойчиво пробивают через парней к рингу.

— Ну куда? — с досадой.

Семён ловит меня за локоть, чуть притормаживая.

— Опять же загремишь. Затопчут еще. Сядь там… — показывает мне на маленькие трибуны. — Все будет видно.

— Я не могу.

Убирая его руку, встаю у ринга. Чувствую его рядом. Слышу голоса Саши и Макса.

Нет. Я не собираюсь в нокаут! Еще не хватало при всех.

— Шейк Хендз.

Девочки приветствуют друг друга. Расходятся.

— Файт! — выкрикивает рефери.

И мой страх подлетает до небес. Все галдят…

В спарринге с Ритой девушка гораздо ее выше и крупнее. Я смотрю на ее раскачанные икры, которые прямо перед моими глазами. Как у футболиста, блин.

— Рита, давай! — рявкает кто-то из толпы. Девочки срываются, быстро обмениваясь ударами.

"Здоровее Риты, но не здоровее Сэма и Саши. А Рита их побеждала!" — уговариваю я себя, что все будет хорошо.

Шлепки от того, как перчатки врезаются в тела — это просто жуть! Но надо отметить, что Рита очень красиво двигается. Завороженно смотрю.

Бой затягивается. Рита пару раз пропускает серьезные удары в шлем. Один — ногой! Загадка, как держится на ногах.

Многие выкрикивают имя второй девочки, подбадривая ее. Я замечаю, что по шее под шлемом у Риты кровавые разводы. Нос или губы? Не вижу.

Закрываю руками лицо, оставляя одни глаза.

— Рита, бей! — рявкает кто-то, когда соперница опускает руки.

Но Рита уходит чуть назад. Кровь капает на ринг. Встряхивает головой.

Мне нехорошо.

— Почему не останавливают бой?! — непонятно кого спрашиваю я.

Толпа заводится, начиная кричать еще громче. Нерв и агрессия заполняет зал. Девочки, словно подзаряжаясь, опять срываются навстречу друг другу.

— О, мясо какое! — недовольно бурчит Саша.

Я начинаю уплывать. Хреновая я группа поддержки. Сэм за плечи рывком отворачивает меня от ринга. Пошатнувшись, утыкаюсь носом ему в плечо. Толпа на мгновение выдает рёв и тут же словно расслабляется услышав:

— Стоп!

Решетов еще несколько секунд удерживает меня за плечи. Потом позволяет развернуться.

— Мамочка… — вздыхаю я. Девочки обе без шлемов, и лица в крови. Рефери поднимает руку Риты.

— Устинова, иди, а! — за плечо оттесняет меня Сэм, выталкивая из толпы, которая встречает бойцов.

Мочу платок из бутылки с водой. Делаю несколько глотков, чтобы прийти в себя. И иду в толпу парней, которые эмоционально обсуждают бой, жамкая немного коматозную Риту, снимают с нее перчатки, протягивают воду. Прополоскав рот, она выплёвывает алую жидкость.

Стирает с губ кровь тыльной стороной руки. Мокрая вся…

Я, расталкивая их, протягиваю ей влажный платок.

Кивая, прикладывает к губам.

— Больно?

— Нормально, — пожимает плечами. — Дайте упасть…

Падает на горку из трех матов, раскинув в стороны руки.

Замерев смотрю на неё, не понимая, что дальше. Саша, в отличие от других парней не улыбается. Ему тоже больно, как и мне, смотреть на ее разбитое лицо. Сэм переводит взгляд с Риты на него и обратно.

— Агния, разговор есть… — словно пересиливая себя.

— Давай, потом.

— Нет. Сейчас…

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Семён

Увожу Устинову в раздевалку.

Бросая на нас многозначительные взгляды оттуда выходит пара парней. Отворачиваюсь к окну. Как сложно-то теперь общаться нормально!

На самом деле, я уже перепсиховал, и теперь не понимаю, какого хрена сорвался на девчонке, когда в этой ситуации по-скотски вел себя отец с этой… ее матерью. А Устинова, ну что она решала? Глупо было это всё. По-детски. Пора признать. Сидит целыми днями в своей комнате там и рыдает. Чем она тебе помешала, Сэм? Может, у неё тоже своё горе…

Но внутренний протест перебороть всё еще не удаётся. И преодолеть отторжение и желание снести все изменения, что внёс в нашу жизнь отец. Ну не могу я её принять! Отец из-за них не позволит маме вернуться домой. А я так надеялся на это.

— Что тебе нужно? — не выдерживает она паузы.

— На этой неделе домой мы едем утром в воскресенье.

— Окей. Ты для того чтобы сообщить мне это…

— Нет, — обрываю я её. — В субботу — бал. А ночью, после бала будет вечеринка… для узкого круга. Знает несколько человек.

— Ночью?.. Как это возможно?

— Это уже детали. Вопрос не в этом. Тебя пригласит туда Дагер.