Бывшие - Агата Лель

— Нет, с чего ты взял?

— Ты как будто помолодел.

— Просто я не пью столько кофе, как вы. Та еще гадость… — подумав, забираю с бумажного подстаканника чей-то нетронутый эспрессо из Старбакс, — с меня причитается, — и скрываюсь в своем кабинете.

Не знаю, как я выгляжу внешне, но внутренне словно переполнен энергией — она бурлит, распирает, словно плохо сдерживаемый водный поток. Я как будто сбросил с плеч минимум десяток лишних лет. Черт его знает, может, меня постигла та самая преждевременная «седина в бороду», но я ощущаю себя не по возрасту безбашенным. Я счастлив. И снова отчаянно влюблен.

Сегодняшняя ночь была сложной, но она открыла мне глаза на многое. Я ей поверил. Она уйдет от него, потому что я ей нужен, а потом мы разберемся с этими треклятыми бумагами и пошлем Дабозова к дьяволу.

Она моя. Я любил ее все эти годы, хоть и старательно открещивался от чувства и именно из-за нее не мог построить ни с кем прочных отношений. Потому что каждый раз сравнивал новую женщину с ней. Они были разными, каждая была достойной, но они не были ею.

Иванна как-то проронила, что в жизни каждого мужчины есть только одна главная женщина. Для кого-то это мать, для кого-то первая любовь, жена, а для кого-то дочь.

Для меня это Вика. Абсолютно чокнутая, но от того не менее желанная. И я даже не о сексе — я нуждаюсь в ней самой. С ней я именно живу — не выполняю список механических действий, не стараюсь чему-то соответствовать, я становлюсь тем, кем всегда хотел быть, но по разным причинам не мог себе позволить.

Сейчас, когда судьба дала мне второй шанс, я больше его не упущу. Наверняка нам будет сложно вместе, но мы будем вместе — это главное.

Утром я собрал малочисленные вещи Иванны и уже передал с курьером, приложив к посылке букет цветов. Где-то спустя час мне пришло на телефон сухое «будь счастлив», которое, отозвалось в душе царапающей виной.

Мне действительно жаль, что так вышло, она прекрасная женщина и я не хотел, чтобы все закончилось таким не слишком красивым образом, но лучше быть честным и с ней и с самим собой. Да, вот так получилось, но нельзя сказать, что это стало для нее большой неожиданностью. Она первая озвучила вещи, о которых я даже не разрешал себе думать — что между мной и Викой еще ничего не остыло. Что мои чувства к ней не остыли! Ей хватило каких-то пару часов, чтобы меня раскусить, мне же потребовалось намного больше времени — целых бездарно потерянных пять лет. И я не потеряю больше ни единого чертового дня!

Может, я потом пожалею о своем скоропалительном решении, может, подпишу себе смертный приговор, связываясь с таким человеком как Дабозов, но если он не отпустит ее по-хорошему, я вырву ее из его лап силой. Чего бы мне это не стоило.

Украденный у кого-то кофе давно остыл, но я настолько погрузился в свои мысли, что не отпил и глотка. Не заметил я и того, как тихо приоткрылась входная дверь…

…а потом резко распахнулась и тут же захлопнулась за спиной девчонки, которая превратила меня, степенного вояку, в безбашенного пацана.

— Вик? Ты чего здесь? — если скажу, что не рад — я безбожно совру.

— Вырвалась на пару часов из дома, потому что ужасно, просто до умопомрачения захотела тебя увидеть! — повернув за собой вертушку замка, уверенно преодолевает разделяющие нас метры и бросается на меня с поцелуями.

Мы были вместе этой ночью — долго, много, упоительно. Но взрываюсь с полоборота, когда она опускается на мои колени и без лишних прелюдий тянет на себя пряжку моего ремня.

Вот так посреди рабочего дня?! В моем кабинете?!

Я обалдел. Но точно непротив.

— Я скучаю по тебе! Я там с ума схожу! — роняет между поцелуями, скидывая с плеч норковый полушубок. — Каждый час без тебя это просто какая-то пытка!

— Ты нашла документы?

— Ничерта я не нашла.

— А что ты ему…

— Сегодня твоя очередь молчать. Все потом.

Последнее, о чем я успел подумать до того, как мозг полностью отключился, что на звукоизоляции стен все-таки нужно было не экономить.