Бог пятничного вечера - Чарльз Мартин

Был вечер четверга. За две недели до Рождества. Тот случай, когда Джинджер швырнула в меня перстнем, уже подзабылся, остался только шрам над глазом. Со свойственной ей нежностью Одри улыбнулась и сказала: «Девчонкам нравятся шрамы».

Поскольку на следующий день предстояла игра чемпионата штата, команда потренировалась налегке, прогнала разные положения и комбинации, а потом посмотрела видео. После тренировки двое из нас отправились за бургерами, а потом я высадил Одри у ее дома. Мама уже отправилась спать, поэтому я сидел в гостиной и изучал запись игры, когда зазвонил телефон. Звонил Вуд. И, судя по шуму в трубке, он был не дома.

– Мне нужна твоя помощь.

Рядом с ним или позади проехало что-то громыхающее: в телефоне затрещало. Я взглянул на настенные часы.

– Ты где?

– Телефонная будка возле старых складов. Приезжай быстрее.

– Что ты…

– Объясню, когда приедешь.

В трубке щелкнуло, и я схватил ключи от фургона. Через восемь минут уже съехал с шоссе на насыпную дорогу, ведущую за старые склады, примыкающие к железнодорожным путям на окраине города. Что тут может быть в такое время, кроме неприятностей? Вуд увидел свет фар, вышел из-за кустов и замахал, подзывая меня. Позади него, ярдах в ста, я увидел отражение света, горящего внутри складов, что было необычно, поскольку ими не пользовались уже несколько десятков лет.

Вуд забрался в фургон, весь взмокший от пота и явно испуганный:

– Вон туда. – Он протянул руку.

Я покачал головой.

– Вуд, что, скажи на милость…

– Джинджер. Она во что-то влипла или вот-вот влипнет. Позвонила мне и попросила, чтобы я притворился ее парнем. Говорила тихо, неразборчиво, старалась, чтобы ее не услышали. Я поставил машину вон там, пошнырял тут и понял, что не хочу входить туда один.

Вуд в то время был шесть футов три дюйма ростом и весил двести восемьдесят пять фунтов. Уж если он не хотел входить в заброшенный склад, то я и подавно.

– Что там?

– Какая-то группа. Металлисты или панки. И всем им скорее ближе к тридцати, чем к двадцати. Все сплошь в татуировках, живого места нет. И они, похоже, здорово развлекались все то время, пока мы с мячом баловались. Все явно под кайфом. Мет или кокс. В общем, она сказала, что познакомилась с их главным в каком-то баре. Он ей наплел, будто они сегодня снимают здесь какое-то музыкальное видео. Сказал, что потом будет клевая вечеринка. Предложил ей, – Вуд изобразил пальцами кавычки, – сыграть в главной роли. – Он нахмурился. – Судя по тому, что я видел, они собираются снимать видео, но оно не имеет никакого отношения к музыке. У них там на столе изрядно белого порошка, один из парней держал шприц. Похоже, объяснял Джинджер, что ей надо попробовать. – Он помолчал. – Она не одета, и обращаются они с ней грубовато. У одного за поясом торчит пистолет.

Я посмотрел Вуду в лицо.

– Все, что ты мне говоришь, правда?

Он вскинул руку.

– Честное слово.

– Ты имеешь к этому какое-то отношение?

– Я подвез ее.

– Ты сделал что-нибудь незаконное, о чем мне следует знать, прежде чем я влезу в это дело?

– Нет.

– Уверен?

– Да.

Я вылез из фургона, вошел в кабину платного телефона и набрал 911. Когда оператор ответил, я сказал:

– Это Мэтью Райзин. Мне надо поговорить с капитаном Робертсом. Позвоните ему домой, если потребуется.

– Подождите, пожалуйста.

У капитана Робертса был сын Керри на два года старше меня. Мы с ним много времени провели на поле, поэтому я знал его достаточно хорошо и надеялся, что его отец знает меня и ответит на звонок. Прошло две секунды, в телефоне несколько раз щелкнуло, и капитан Роджерс взял трубку. Голос у него был недовольный.