Сны в Барселоне - Наталья Журкина

Элисенда посмотрела вокруг себя, она стояла в саду, наполненном цветами, чудесными ароматами и пением птиц. Первые лучи солнца стирали уже бесполезные звезды и золотили верхушки деревьев. Жизнь возвращалась в этот прекрасный мир, и Элисенда была его частью, она была создана только для счастья.

Когда Элисенда вернулась в отеческий дом, было почти светло. Замок просыпался, наполняясь шумом и голосами живущих в нем людей. Проходя мимо спальни отца, Элисенда на минуту задержалась, заметив конюшего барона де Монткада, охранявшего покой своего господина.

– Передайте моему отцу, – велела она склонившемуся перед ней в почтительном поклоне человеку, – что я согласна.

Не добавив ни слова, не поясняя сказанного, она проследовала в свои апартаменты.

* * *

За окном, действительно, светало. Из сада доносилось радостное чириканье птиц, приветствующих новый день.

Глаза открывать категорически не хотелось. Да и зачем?

Еще слишком рано. Решение уже принято, теперь можно и поспать – ведь не спала же всю ночь. Голова и сердце нуждались в покое, а тело в отдыхе. Это блуждание по темному саду и безнадежное ожидание отняли все силы.

Спасибо дереву, которое спасло от смерти или сумасшествия!

Да какая разница отчего? Как все-таки прекрасна жизнь!

Елена перевернулась на другой бок и … удивилась собственным мыслям.

«Как странно! – подумала она, путаясь в своих ощущениях. – А почему собственно я не спала? Вчера я легла в постель вовремя, я помню. Как я оказалась в саду? И почему у меня так болит голова? Что со мной происходит? Неужели я опять была Элисендой?»

Это предположение заставило Елену открыть глаза и оглядеться. Большая современная комната со светлой мебелью, на полуоткрытом окне жалюзи, за ними – играющее лучами утро.

Несколько секунд Елене потребовалось для того, чтобы осознать, где она находится и почему. Наконец, она все вспомнила! Это дом одноклассницы Арины и ее мужа. Вчера они с Фернандо приехали сюда и остались ночевать, потому что Фернандо вывихнул плечо и чуть не утонул. Он сейчас спит внизу, а она в комнате для гостей.

«Слава Богу! Я не сошла с ума, и я не Элисенда! Значит, это был только сон. Бедная девушка опять страдала. И, конечно, этот гад Хосе ее бросил. Какие же мужики трусы! Ну и хорошо, – продолжала рассуждать Елена, удобнее устраиваясь в мягкой постели, – теперь она выйдет за короля … и будет с ним счастлива. А я могу еще поспать … ведь на работу мне все равно не надо …»

Сладко зевнув, Елена снова провалилась в сон. Почти сразу перед ее внутренним взором предстал замок доброго короля Хайме.

* * *

Полутемная комната, освещенная лишь светом открытого огня в камине. Огромная кровать с резными колоннами, поддерживающими балдахин из красного бархата с золотой бахромой. Кровать, покрытая одеялом из лисьих шкур.

На кровати, обнимая руками колени, и опустив на них голову, сидит девушка. Ее лица и тела не видно за длинными распущенными волосами. Она одна. Служанки ушли, унося с собой дорогие одеяния, оставив госпожу в белой кружевной ночной сорочке. Единственным украшением остались пышные волосы, за которыми она поспешила укрыться, смущенная и встревоженная.

Далекий шум привлек внимание девушки. Вздрогнув, она подняла голову и устремила испуганный взгляд на дверь, за которой ее поджидала опасность. Наполненные страхом большие карие глаза казались абсолютно черными, подчеркивая утонченную бледность нежного личика Элисенды.

Здесь, в королевской опочивальне, подготовленной слугами к брачной ночи, она дожидалась своего Повелителя.

Элисенда дрожала, не зная, что ее ожидает в объятьях короля, не желая и страшась самих этих объятий. За праздничным столом, когда она осознала, что уже сегодня ей придется разделить с ним ложе, ею овладело настоящее отчаяние.

Она еще помнила жаркие поцелуи Хосе, его полный страсти обжигающий взор и запах его юного разгоряченного тела. Но короля она совсем не знала, при одной мысли о его поцелуях и прикосновениях девушку начинало подташнивать.

Но все же она понимала, что избежать близости ей не удастся. Ей придется исполнить все желания Повелителя. И винить в том некого – добровольно принесла она себя в жертву на алтарь процветания своего рода, самолично дала согласие на этот союз, и теперь отступить от своего слова баронесса де Монткада не имела права.

От подобных размышлений легче не становилось.

Напутствие матери тоже мало чем помогло. Многомудрая баронесса посоветовала дочери в момент близости с королем думать о том, какими богатыми подарками наутро он одарит ее за покорность и ласку.

Но Элисенда не настолько любила золото и наряды, чтобы позабыть обо всем на свете ради них.

Чтобы успокоиться и достойно принять все, что сулила эта ночь, Элисенда обратилась к самому верному и испытанному с детских лет средству: призвала на помощь Господа и принялась истово молиться, прося у Него терпения и любви к будущему супругу.

* * *

Услышав скрип открывающейся двери, Елена приоткрыла один глаз и посмотрела на вошедшего сквозь пелену сна. Она еще не вернулась из королевской опочивальни, и на секунду ей показалось, что на пороге стоит высокий седовласый мужчина в красном королевском плаще. Досада сменилась удивлением, когда она услышала тонкий детский голосок, звонко возвестивший:

– Тетя Лена, вы еще долго будете спать? Мама собирается в город. Вы поедете с ней?

Озадаченная наличием писклявого голоса у такого солидного мужчины как король Хайме Второй, Елена, наконец, проснулась и, открыв оба глаза, разглядела в дверях маленькую Викторию, действительно, одетую во что-то красное. Потаращившись на девчонку несколько секунд, Елена невнятно пробормотала:

– Что? … Да … щас … приду.

Вика тотчас испарилась, оставив у гостьи раздражение – не дали досмотреть самое интересное!

Правда, сегодня Елена не осуждала героиню своих снов за отвращение и страх, которые Элисенда ощущала перед своей первой брачной ночью. Ей было очень жаль девушку и хотелось защитить ее. Не зная как это сделать, Елена загрустила. Возвращаться обратно в сон не было смысла, солнце светило ярко, призывая вернуться в реальный мир и решать свои собственные проблемы.

«Придется Элисенде подождать до следующей ночи, – вздохнула Елена, выбираясь из своей отнюдь не королевской кровати, – а мне пора позаботиться о своем собственном замужестве. Интересно, как там мой женишок? Оклемался? Готов ли он к нашей брачной ночи?»

Но перспектива брачной ночи с Фернандо не воодушевила женщину, а заставила передернуться от неприятного чувства, очень напоминающего отвращение. Отогнав от себя несвоевременные мысли, Елена отправилась в ванную, откуда вышла заметно бодрее и свежее, со здоровым румянцем на лице и зверским аппетитом. Натянув джинсы и майку, Елена весело сбежала на первый этаж.