Мое прекрасное искупление - Джейми Макгвайр

О боже!

– О боже! – приглушенно вскрикнула женщина, озвучивая мои мысли.

Ну уж нет. Это нужно остановить!

Я поднялась и стала искать что-нибудь, чем могла постучать по потолку. Мне было наплевать на то, что Томасу будет неловко, как и на то, что я веду себя как типичная соседка – старая дева с нижнего этажа, которая ненавидит музыку, громкий смех или секс. Я лишь хотела прекратить ужасающе громкий оргазм этой женщины.

Со шваброй в руке я забралась на стул, на котором чуть раньше стоял Томас. Не успела я забарабанить ручкой по потолку, как в дверь постучали.

Кого там черти принесли?

Я распахнула дверь. Понятно было, что вид у меня как у сумасшедшей, но если там явился какой-то псих, я смогу врезать ему шваброй.

На пороге стоял Томас, а под его глазами пролегли темные круги. Выглядел он выжатым как лимон.

– Можно мне остаться здесь?

– Что?

– Почему у тебя в руке швабра? Сейчас четвертый час ночи. Ты занимаешься уборкой?

Я сощурилась:

– У тебя, кажется, гости?

Он осмотрелся, сбитый с толку моим вопросом, потом переступил с ноги на ногу.

– Ну да.

– Тогда не лучше бы тебе быть у себя?

– Э… там я не могу уснуть.

– Ну еще бы!

Я попыталась захлопнуть дверь, но Томас перехватил ее и зашел внутрь.

– Да что с тобой? – спросил он, потом указал на отдельно стоящий стул. – А со стулом что?

– Я собиралась встать на него и поработать вот этим! – Я взмахнула шваброй.

– Для чего? – поморщился Томас.

– Пробить вам потолок! Чтобы все это прекратилось! Чтобы она замолкла!

В его глазах вспыхнуло понимание, и он смутился.

– Ты все слышишь?

– Да! – Я закатила глаза. – Как и весь дом.

Томас потер шею:

– Прости.

– Не извиняйся, – прошипела я. – Мы ведь не… это не по-настоящему.

– Что?

– Только не извиняйся! От этого я кажусь себе еще более жалкой!

– Хорошо, прости… В смысле…

Я вздохнула:

– Просто… уйди.

– Я… хотел спросить, могу ли остаться здесь на ночь. Но если ты ее слышишь, то, наверное…

Я кинула в Томаса швабру, но он ее перепрыгнул.

– Лииз, какого черта?

– Нет, ты не можешь здесь остаться! Возвращайся наверх к своей одноразовой красотке! Похоже, ты теперь в этом деле профи.

Его глаза округлились, и он поднял руки:

– Эй! Да нет же! Это не… это не я. Наверху. С ней.

– Что? – Я зажмурилась, пребывая в растерянности.

– Я не с ней.

– Понятное дело, – сказала я, сверкнув взглядом. – Ты ведь ее только что встретил.

Он замахал рукам, отрицая это:

– Нет, я не наверху и не трахаю ее.

– Знаю, – подчеркнуто сказала я.

Мне казалось, я разговариваю со стеной.

– Да нет же! – раздраженно воскликнул он.

Снова наверху застучала кровать, и мы вдвоем подняли головы. Послышались вскрики женщины, а потом тихий стон – мужской.

Томас спрятал лицо в ладонях:

– Вот дьявол!

– Кто-то привел женщину в твою квартиру?

– Мой брат, – простонал он.

– Который?

– Тэйлор. Он остановился у меня на пару дней. Написал мне эсэмэску, спрашивая, почему я не дома. Я ушел отсюда и встретился с ним наверху, но он был из-за чего-то на взводе и не захотел сидеть в четырех стенах. Поэтому я отвел его в «Каттерс». Там оказалась агент Дейвис, и…

Томас кивнул в сторону потолка.

– Ну слава богу. – Я прикрыла глаза рукой.

– Что? – нахмурился он.

– Ничего.

Наверху вскрикнула Дейвис. Я покачала головой и указала на дверь:

– Тебе придется сказать им, чтобы они завязывали. Мне надо поспать.

Томас снова кивнул:

– Да, схожу к ним.

Он повернулся к двери, но остановился, резко обернулся и ткнул в меня пальцем:

– Ты подумала, что это я. И взбесилась.

Я скорчила рожицу:

– Совсем нет.

– Еще как да. Признайся.

– Ну и что с того?

– Почему ты разозлилась? – спросил он, ожидая от меня какого-то признания.

– Потому что сейчас три часа ночи и я должна уже спать.

– Чушь собачья.

– Понятия не имею, о чем ты!

Но я прекрасно понимала, что Томас имел в виду, а он знал, что я строю из себя дурочку.

Он улыбнулся:

– Ты подумала, что я трахаю какую-то цыпочку из бара, и взбесилась. Ты приревновала меня.

Несколько секунд я безуспешно пыталась придумать разумный ответ, но потом выпалила:

– И что?

Томас довольно вздернул подбородок и дотянулся до дверной ручки:

– Спокойной ночи.

Перед тем как Томас закрыл дверь, я адресовала ему свой самый яростный взгляд, потом подняла швабру и поставила стул на место.

Где-то через минуту вскрики и стук кровати прекратились. Я поплелась в спальню, переоделась в футболку и плюхнулась на кровать.

Я вовсе не испытывала ненависти к Томасу, скорее он мне нравился. А хуже всего то, что он это знал.