Гавань надежды - Элли Десмонд

Однако Гейба провести не удалось. Прихорашиваясь с помощью расчески, пудреницы и губной помады, Дайан несколько раз ловила на себе его взгляд, задумчивый, как ей показалось. В какой-то момент они встретились глазами в зеркале и на миг оба замерли. Первым, как ни странно, отвернулся Гейб.

Данное обстоятельство удивило Дайан. К тому же она продолжала ощущать те места, к которым прикасалась рука Гейба. Они будто пылали огнем, и от них распространялось тепло. Это отвлекало. Мешало сосредоточиться на том, чем Дайан занималась.

Спустя несколько минут, кое-как справившись с волнением и необычными ощущениями после прикосновений мужской руки – Дайан не была недотрогой, однако прежде такой преувеличенной чувствительности за собой не замечала, – она сочла свой внешний вид приемлемым для снимка и сказала, отходя от зеркала:

– Все, я готова.

Колдовавший с осветительными приборами фотограф обернулся, его чалма сверкнула, попав в полосу яркого света, а кожа лица, наоборот, показалась очень темной.

– В таком случае начнем. Прошу сюда. – Когда Дайан с сопровождавшим ее Гейбом вошли в пределы избыточно освещенного пространства, он добавил, словно спохватившись: – Но мы не обговорили, какого рода снимки вам требуются – кабинетные или более… э-э…

– Более, – кивнула Дайан. – Более раскованные и менее официальные. – Она блеснула взором, оглянувшись на Гейба. – Правда, дорогой?

Тот усмехнулся.

– Конечно, солнышко.

– В таком случае могу предложить вам сфотографироваться на фоне этой зелени, – сказал фотограф, делая плавный жест направо.

Прищурившись и приложив ладонь козырьком ко лбу, Дайан увидела нечто вроде маленького дендрария, составленного из искусственных растений.

– Ну не знаю… – протянула она, скептически разглядывая ядовито-зеленые вайи папоротника.

Словно поняв, что ее смущает, фотограф поспешно произнес:

– Не волнуйтесь, на снимке вся эта зелень будет выглядеть абсолютно натурально.

– А что, мне нравится, – сказал Гейб, щурясь на ближайшую пальму.

– Хорошо, не возражаю, – пожала плечами Дайан. – В конце концов, какая разница, на каком фоне мы… то есть я хотела сказать, главное, чтобы мы хорошо получились на снимке, а антураж имеет второстепенное значение.

Закончив фразу, она поймала насмешливый взгляд Гейба, прекрасно понявшего причину осечки.

– Значит, так: вы станьте сюда, а вы – рядом. – Расположив Дайан и Гейба перед зеленым островком, фотограф отошел к установленному на треноге фотоаппарату и посмотрел в видоискатель. – Неплохо… только, мистер, будет гораздо лучше, если вы обнимете невесту.

Как, снова? – вспыхнуло в мозгу Дайан.

– С удовольствием, – в следующую минуту произнес Гейб.

Еще через мгновение она вновь ощутила уверенное прикосновение его руки, оказавшееся таким же обжигающим, как и предыдущее. Вот наказание!

– А вы, мисс, прильните к жениху, – попросил ничего не подозревающий фотограф.

Впрочем, откуда ему было знать, какая драма разворачивается на его глазах, если даже находящийся в курсе дела Гейб об этом не догадывался! Тот тоже оставался в неведении относительно того, какие муки испытывает Дайан. Пребывая в обществе двух человек – Гейба, конечно, в первую очередь, – она оказалась наедине со своей проблемой. Хотя ни Гейб, ни экзотического вида фотограф ничем не сумели бы ей помочь, потому что суть ее терзаний заключалась в ней самой.

В самом деле, не Гейб ведь виноват в том, что она трепещет от его прикосновений!

– Мисс? – немного удивленно произнес фотограф, поднимая голову над аппаратом. – Пожалуйста, придвиньтесь плотнее к вашему жениху. – Он улыбнулся. – Иначе те, кто увидит фотографию, решат, будто вы его боитесь.

– Глупости! – хмыкнул Гейб. И добавил, скосив взгляд на Дайан: – Расслабься, дорогая, стеснительность ни к чему.

Она почувствовала, как запылали ее уши. Самым ужасным – по крайней мере, для нее – являлось то, что ей хотелось прильнуть к Гейбу. Именно в эту напряженную минуту она поняла, что ее властно влечет к нему древний как мир инстинкт. И что новая влюбленность не просто возникла, но уже громко заявляет о себе.

Понимая, что медлить больше невозможно, Дайан едва заметно вздохнула и прильнула к Гейбу.

– Замечательно! – воскликнул фотограф. – Не шевелитесь, снимаю! Готово! – Он заметно оживился, так как дело пошло на лад. – А сейчас расположитесь немного иначе, повернитесь лицом друг к другу. Обнимите невесту, мистер, а вы, мисс, положите ладони на грудь своему жениху. Так, хорошо… Но чего-то не хватает. А, улыбки! Пожалуйста, улыбнитесь друг другу.

Он вновь приник к видоискателю камеры, а Дайан и Гейб тем временем посмотрели друг на друга. Взгляд синих глаз Гейба был внимательным, в нем словно сквозил вопрос. А в теплых карих глазах Дайан застыла растерянность. В следующую минуту Гейб улыбнулся, и уголки полных губ Дайан сами собой приподнялись в ответной улыбке.

– Превосходно! – послышался голос фотографа. – Снято! Теперь, если не возражаете, изобразим нечто еще более романтическое, например поцелуй!

Дайан вздрогнула, улыбка сошла с ее губ, выражение растерянности в глазах усилилось. Взгляд же Гейба стал еще более пристальным.

– Да, именно: поцелуй на фоне южных растений, – сказал фотограф. – Прошу!

На мгновение воцарилась тишина, затем Гейб хрипловато произнес:

– По-моему, стоящая идея.

Ресницы Дайан затрепетали, но с губ не слетело ни слова. Тогда Гейб спросил:

– Ты не имеешь возражений, солнышко?

Солнышко! В душе Дайан разлилось тепло.

– Н-нет, – с запинкой произнесла она.

Гейб едва заметно кивнул. Затем медленно скользнул ладонью вверх по ее спине и погрузил пальцы в массу темных шелковистых волос на затылке.

Высокие скулы Дайан окрасились румянцем, глаза влажно заблестели, полные чувственные губы приоткрылись, и Гейб перевел на них взгляд. Потом начал наклоняться.

Кажется, в этот момент фотограф сделал снимок, но охваченная внезапным трепетом Дайан не была в этом уверена. Ее сейчас полностью поглощало происходящее. Кроме того, она почти ничего не слышала из-за шума крови в ушах и громкого стука собственного сердца.

Гейб все приближался к ней, и ее глаза все расширялись. И темнели, хотя сама она об этом не знала.