Потому что люблю - Линдсей Армстронг

– Бедняжка! Я знаю, каково это – когда чувствуешь себя мешком, набитым бобами, и не знаешь, сможешь ли когда-нибудь вернуться в нормальное состояние. Удачи!

После этого она повернулась к Лаклану, предлагая ему полюбоваться на ее изящную фигуру, и, когда глаза их встретились, она улыбнулась ему короткой, нежной улыбкой, прошептала слова прощания и, взяв Бруса за руку, пошла к машине.

Пойти, найти, порвать письмо!

Это была первая мысль, пришедшая Клэр в голову. Отчаяние и горечь затопили ее сознание, когда она стояла рядом с Лакланом, высоким и неподвижным, неестественно прямым, глядящим вслед бывшей жене, уходящей под ручку с другим.

Шону показалось, что надо вмешаться, и он сказал:

– Кажется, я забыл свои тапочки.

– Нет, не забыл, – спокойно ответила Клэр. – Мы упаковали две пары – помнишь?

– Черт! В самом деле! Ты права, Худышка. Слушай, не рожай этих малышей, пока я не приеду, ладно? – попросил он, обнимая ее за талию насколько хватало рук. – Я хочу быть здесь, когда это произойдет.

Клэр погладила его по голове.

– Хорошо, я постараюсь. Повеселись, малыш. Она была ему благодарна гораздо больше, чем он мог себе представить.

– Иди.

Они смотрели, как отъезжает серебристый «мерседес». Лаклан повернулся к жене, желая что-то сказать, но тут к ним подошел рабочий с известием, что в одном из сараев начался пожар.

– Тебе лучше пойти посмотреть, что там, – совершенно естественным голосом проговорила Клэр.

Лаклан заколебался, внимательно глядя на нее. Но тут взвыла сирена, и он умчался, бормоча сквозь зубы проклятия.

Когда он вернулся поздно вечером, Джейн сказала, что Клэр уже легла спать.

– Она совершенно измучилась, бедняжка. Лучше не тревожить ее. В конце концов, отдых для нее сейчас самое главное.

Лаклан взглянул на свою одежду – она была грязная и рваная, вся в саже.

– Пожалуй, я лягу в гостиной.

Следующим утром, проснувшись, Клэр обнаружила, что спала долго и очень хорошо отдохнула.

Рядом с ней никого не было. Судя по нетронутой половине Лаклана, она спала одна всю ночь.

Она откинулась на подушки и принялась размышлять об этом. Здравый смысл подсказывал ей, что он просто не хотел ее беспокоить. Но отделаться от назойливой мысли о Серине она никак не могла.

«Но я ничего не могу с этим сделать», – беспомощно подумала Клэр.

Через несколько минут она встала, надела халат и пошла его искать.

Он спал в гостиной, но звук открываемой двери разбудил его. Он сел и, сонно моргая, уставился на нее. Потом вскочил с кровати так быстро, что сшиб стоящий рядом столик с лампой, несколькими книгами и телефоном.

– Что? Уже?

Он кинулся к ней, путаясь в простыне и в телефонном проводе. Глядя, как он выпутывается, Клэр не смогла удержаться от смеха. Особую комичность ситуации придавала его полная нагота.

– Нет, все в порядке. Я просто потеряла тебя. Он испустил вздох облегчения, а потом устремил на нее яростный взгляд.

– Похоже, я привлекаю слишком много внимания к собственной особе.

Он начал приводить в порядок стол и кровать.

– Есть чуть-чуть, – согласилась она, пытаясь сделать серьезное лицо. – К сожалению, оттого, что ты не одет, только смешнее.

Он подошел к ней.

– Факт, что я не одет, объясняется просто: вчера я не хотел тебя тревожить, миссис Хьюитт, а у меня даже белье пахло дымом. Надеюсь, ты помнишь, что я занимался укрощением огня?

– Мои глубочайшие извинения, мистер Хьюитт. – Она наконец овладела своим лицом. – Но ты был такой милый!

– Клэр, сейчас же прекрати это!

– Что? – невинно поинтересовалась она.

– Не называй меня милым! А то я чувствую себя совершенно беспомощным и жалким!

– А я хотела бы пожалеть тебя. Хочешь?

– Это абсолютно необходимо, поскольку я был оскорблен в своих самых лучших чувствах.

Лаклан посмотрел на нее с выражением оскорбленной гордости на лице, но Клэр знала, что он шутит. Его выдавал озорной огонек в глазах.

– Что ж, это легко устроить.

Она сняла халат.

– Идем обратно в постель.

– Клэр…

– Я бы на твоем месте не стала слишком много разговаривать.

– Нет?

– Нет. Просто расслабься и позволь мне сделать все за тебя…

Некоторое время спустя оба с облегчением рассмеялись, и она нежно поцеловала его в губы.

– Зачем ты сделала это? Не подумай, что я жалуюсь, это было чудесно, просто…

Зачем она это сделала? Она не знала. Чтобы изгнать дух Серины? Нет, она и не думала о Серине. Это получилось само собой.

– Не могла удержаться. Ты заслуживаешь этого, – тихо сказала она.

– Ты… милая!

– Что ж, теперь мы равны!

– Не знаю. Кстати, о вчерашнем, – улыбка на его лице исчезла.

– Забудь о Серине. Со мной все в порядке.

– Но…

– Нет, – закрыла она ему рот рукой. – У меня сегодня такое чудесное настроение. Я никому не позволю его испортить. Как сарай?

– Придется перестраивать, но орехи не пострадали, так что можно считать – все в порядке.

– А он был застрахован?

Лаклан скривился.

– Да. Но когда доходит до возмещения убытков, нередко бывают всякие неприятные сюрпризы.

– По-моему, ты забываешь, – улыбнулась она.

– О чем?

– О том, что у тебя есть свой собственный адвокат, который даже спит с тобой.

Глаза ее смеялись, но лицо было абсолютно серьезным.

– Да, в самом деле. Ты – моя законная жена – жена, разбирающаяся в законах.

– Но я, конечно, не намерена отвоевывать то, что тебе не принадлежит…

– Выкинь это из головы!

– Но, с другой стороны, я вполне могу разобраться с бумагами, которые простых смертных приводят обычно в замешательство.

– Простых смертных?!

– Ты знаешь, что я имею в виду!

– Я знаю, что сегодня ты очень поглощена собой, миссис Хьюитт!

– Я бы сказала, что и в самом деле полностью поглощена. Похоже, у меня внутри не осталось ни единого свободного местечка, все поглотили близнецы.

Он положил руку ей на живот и рассмеялся.

– Если это и в самом деле спровоцировало все, что было, тогда я прощаю тебя, миссис Хьюитт! Bay! Ничего себе! Они такие подвижные!