Магия твоего взгляда - Аманда Квик

Три дня спустя Люсинда и Виктория сидели на обитой бархатом кушетке, расположенной на балконе, и наблюдали за тем, что происходит в ярко освещенном бальном зале.

Прием в честь недавно помолвленных мистера Таддеуса Уэра и его невесты Леоны Хьюитт был в полном разгаре. Однако Люсинда и Виктория наблюдали вовсе не за виновниками торжества.

— Они выглядят очень симпатичной парой, — сказала Виктория, глядя в театральный бинокль. — Боюсь, правда, что брак исключен. Молодой мистер Саттон ей совсем не подходит.

— Как жаль, — откликнулась Люсинда. — Он весьма привлекательный джентльмен.

— Несомненно. — Виктория опустила бинокль и подкрепилась глотком шампанского. — Просто он совершенно не подходит вашей кузине.

— Вы можете это сказать даже с такого расстояния?

— С этого расстояния я могу ощутить лишь слабые резонирующие потоки между ними, но этого достаточно, чтобы я поняла, что они не подходят друг другу.

Она сделала какую-то пометку в маленькой записной книжечке и снова поднесла к глазам бинокль, словно фельдмаршал на поле боя.

Люсинда проследила за ее взглядом. Внизу элегантные пары, включая Патрицию и неподходящего мистера Саттона, танцевали вальс. Патриция в своем бледно-розовом платье, отделанном розовым тюлем, выглядела одновременно невинной и соблазнительной. Наряд дополняли длинные, до локтей, розовые перчатки и диадема из сверкающих драгоценных розовых камней.

Люсинда прекрасно понимала, что сама она представляет собой совершенно другую картину. Модистка Виктории выбрала для нее темно-голубой шелк. Этот цвет идеально подходит к рыжим волосам и голубым глазам мадемуазель, заявила мадам Лафонтен на отвратительном французском языке, свидетельствовавшем о ее рождении отнюдь не в Париже, а где-то в районе лондонских верфей.

У платья было довольно глубокое — даже вызывающее, по мнению Люсинды, — декольте, обнажавшее плечи и значительную часть груди, но мадам Лафонтен отказалась уменьшить его хотя бы на дюйм, а Виктория с ней согласилась.

— Чтобы с достоинством поддерживать дурную репутацию, надо намеренно выставлять себя напоказ, — сказала она Люсинде. — Вы должны быть смелой.

Люсинда не считала, что разыгрывать светскую даму — это правильно, но отдавала должное Виктории, когда Дело касалось сватовства. Карточка Патриции была расписана полностью. К концу бала она будет падать от усталости, улыбаясь, подумала Люсинда, а у ее бальных туфелек будут дырки на подошвах. Патриция едва успевала сделать глоток шампанского, как следующий кавалер уже приглашал ее на танец.

— Что вы видите, когда смотрите на комнату, полную людей, леди Милден? — спросила Люсинда.

— Множество пар, которым не следовало вступать в брак, и не меньшее количество пар, состоящих в незаконных связях.

— Это, должно быть, угнетает?

— Да. — Виктория опустила бинокль и опять отпила шампанского. — Но я нахожу, что моя новая должность свахи улучшает мне настроение. Удачный брак, знаете ли, действует как противоядие.

— Если я правильно подсчитала, Патриция станцевала с девятью различными кандидатами. Сколько их еще осталось?

— Из моего списка — двое, но я заметила нескольких джентльменов, не являющихся моими клиентами, — им тоже удалось записаться к ней. Мне это нравится. Я всегда рада неожиданному. Иногда люди находят друг друга без помощи свахи. Такую возможность не стоит исключать. Ведь именно так нашли друг друга Таддеус и Леона.

— На таком балу, как этот?

— Не совсем. В картинной галерее.

— Значит, они оба увлекаются искусством?

— Нет. Это было в полночь, и их соединил не интерес к искусству. Они оба пришли туда, чтобы украсть один артефакт, принадлежавший очень плохому человеку. Их чуть не убили.

— Боже милостивый! Как это… — Люсинда запнулась, подбирая подходящее слово, — необычно.

— Они вообще необычная пара. Он обладает гипнотическими способностями, а она умеет считывать информацию с кристаллов.

Люсинда посмотрела вниз, на Таддеуса и Леону. Она не была свахой, но даже с этого расстояния ощущала интимную связь между ними.

— Они, наверно, очень счастливы, что нашли друг друга, — тихо сказала Люсинда.

— Да, — подтвердила Виктория. — При первом же взгляде на них я поняла, что они идеальная пара.

— Что вы будете делать, если ни один из присутствующих сегодня на балу джентльменов Патриции не подойдет? — спросила Люсинда.

— Я составила расписание чаепитий, лекций, музеев и галерей, запланирован и еще один бал на следующей неделе. Не сомневайтесь, я найду ей пару.

— Вижу, вы очень уверены в том, что у вас все получится.

— Это легко, если у тебя такой клиент, как ваша кузина.

— А что вы делаете, если клиент подходит, но не слишком красив?

Виктория бросила на Люсинду испытующий взгляд:

— Почему вы спрашиваете? Люсинда покраснела.

— Это всего лишь предположение.

Виктория поднесла к глазам бинокль и стала снова смотреть в зал.

— Если вы имеете в виду Калеба Джонса, то это вряд ли.

— Почему?

— Калеб Джонс — очень сложный человек и с каждым днем становится все более странным.

— Это вежливый способ сказать, что он никогда не сможет найти себе подходящую пару?

— Насколько я могу понять, вы недавно познакомились с ним. Вы наверняка поняли, что его взгляд на мир не такой, какой большинство людей назвали бы нормальным. К тому же он непредсказуем, когда дело доходит до приличий.