Холод в ее глазах - Дина Сдобберг

Элис.

- Дядя плохой? - спрашивает малыш, указывая на Эндрю, пока мама его раздевает. Всё-таки быстро уйти не получится, а в помещении в курточке и шапке Энжей быстро вспотеет.

- Очень плохой, и слова говорит плохие, малыш. - Отвечает ему Вероника.

- И страшный? Страшнее Бугимена? - мальчишка забавно картавит, а мне становится интересно, зачем он задаёт эти вопросы.

Помню, как Алекс меня часто удивлял и веселил в итоге.

- Конечно, Энжей. - Соглашается с сыном Вероника.

- Значит, берём себе и пусть с тобой спит! Чтоб ты не боялась, а я большой уже, взрослый, чтобы с мамой спать. Только маленькие с мамой спят! - объяснял Энжей маме.

Адам вдруг очень заинтересовался какими-то документами на стене. Йер хихикал, уткнувшись лицом мне в плечо. Даже Рикардо пытался удержать улыбку.

- Слушай, Энжей, ну раз ты уже взрослый, может, тогда пойдём и возьмём себе какао в автомате? - предложил малышу Алекс и дёрнул за собой Рида. - Я Алекс, а это Рид. Он кстати такой взрослый, что умеет даже сам какао делать.

- Мам, а можно? - с горящими от нетерпения глазами спросил разрешения этот взрослый.

- Иди, дорогой. Возьми, - она протягивала ему мелочь на ладони. Мальчишка задумался, а потом начал набирать монетки.

- Ты чего улыбаешься? - спросил Йер.

- Я Алекса также учила. А сейчас вспомнила. - Ответила я.

- И давно ты стала бояться одна спать? - спросил у Вероники ещё немного пришибленный новостями Эндрю.

- Да негде больше. - Устало ответила Вероника. - В моей комнате сотрудника при доме престарелых места и на одну кровать еле хватает. А дедушки и бабушки, которые с Энжеем охотно общаются, он у них один внук на всех, учат его, что он уже взрослый. Вот и получается.

- Как ты там вообще оказалась? Ты же должна была поступить? - недоумевал Эндрю.

- И поступила. Всё равно из города нужно было уезжать, отец рассказывал о том, как я опозорилась, ты исчез, по твоему телефону ответила какая-то девушка, а на фоне явно была вечеринка. - Убрала иголки Вероника. - Уже в универе узнала, что беременна. Отец слал мне деньги, чтобы была не хуже остальных. А я их складывала. Когда отец приехал меня навестить, живот был уже хорошо виден. Он поставил вопрос, либо я избавляюсь от ребёнка, либо на его помощь могу не рассчитывать. И после этого мы не виделись. Из университета я отчислилась. Переехала пока была возможность. Скопленные деньги позволили скромно прожить. Тем более, что отец хоть и грозился, что и знать меня не пожелает, раз в месяц переводил небольшую сумму. Работу я нашла ещё во время беременности. Идти туда желающих особо не было, а меня устраивало бесплатное жильё и питание. Да и помощь. Оставишь коляску старикам, а сама бежишь убираться по комнатам или купать совсем немощных. Энжей летом считай, целыми днями время на улице проводил. Да и своих детей и внуков многие вырастили, всегда подсказывали. Плюс медики все свои. Энжей и пошёл рано, и ложку держать сам научился, и к горшку быстро привык. Теперь вот, взрослый, спать ему отдельно надо. А тут мне позвонили и рассказали, что отец здесь, и что он воровал деньги школы. Вот приехали...

- И не только школы. Судя по тем деталям, он ещё и с настоящими угонщиками имел общие дела. - Перебил её Эндрю.

Говорил он спокойно, но никто не сомневался, глядя на него, что он сейчас на грани. Да и то, как он отреагировал на появление дочки директора, говорило о многом.

- Мисс Патерсон, я доктор Дрейк. - Подошёл к нам лечащий врач мистера Патерсона. - Если хотите, можете пройти. Но предупреждаю, ваш отец тяжело болен. Давайте пройдёмте и обсудим ситуацию...