Семейное несчастье - Нина Князькова

Леонид

Алиса убрала капельницу и сняла пустой пакет со штатива. Потом проверила показатели на мониторе, кивнула своим мыслям и поправила одеяло на Веронике. Я внимательно наблюдал за ней.

– Идем в кабинет. Пусть поспит, – директор санатория бросила на меня быстрый взгляд.

– Я здесь посижу, – покачал я головой, отказываясь покидать палату.

– Ты же знаешь, что на территорию санатория никто посторонний не может войти. И Вероника точно проспит до утра. Идем, – девушка нахмурилась.

Я скрипнул зубами, погладил Веронику по руке и вышел из палаты вслед за Алисой.

– Ну? – Спросил, когда мы оказались в ее кабинете.

– Баранки гну, – она обошла стол и вытащила какой-то бланк. – А теперь все по порядку. Поведение, симптомы, психологическое состояние.

– Зачем это? – Не особо понял я.

– Чтобы знать, как ее лечить. Вероника не обычная для меня пациентка и мне нужно знать, что в ней вызывает…, – Алиса тряхнула головой. – Почему она боится собственную мать?

– Я не могу про это говорить, – покачал я головой.

Девушка недовольно поджала губы.

– Восстановление ее состояния будет медленным, если ее психологическая неустойчивость…

– Психологическая неустойчивость? – Прошипел я, шагнув к столу. – Она самый психологически устойчивый человек, которого я знаю. Нужно сделать так, чтобы ее организм был здоровым, все остальное не твоя забота.

Алиса вжалась в спинку кресла, пока я все это ей говорил.

– Вы, оборотни, иногда меня пугаете, – она с усилием выпрямилась. – Ты же вроде бы связанный. Чего кидаешься то? Или…?

Она бросила на меня быстрый взгляд.

– Я не буду ее принуждать, – ответил я на ее невысказанный вопрос.

– А как же…?

– Никак, – резко мотнул головой. – Это мой выбор, и вы будете его уважать.

Алиска хмыкнула.

– Ну, тогда завещай свое тело Максу для исследований, а то он обидится.

– Обязательно, – прищурился.

– Так, а теперь анамнез. Чем она питалась в последнее время? – Алиса взяла в руку ручку и пытливо посмотрела на меня.

За час она из меня всю душу вытрясла, выясняя поведение Вероники. Куда ходила, что делала, как реагировала? Рисует? Может быть, в школу учителем? Не хочет?

– Ты вроде бы собралась ее лечить, а не пытаться пристроить куда-нибудь, – рыкнул я.

– Одно другому не мешает. Ей бы с бабулей пообщаться, – затянула девушка, подняв глаза к потолку.

– Ни за что! – Отчеканил я.

Она поумерила энтузиазм, видя, как я в нетерпении мечусь по кабинету.

– Иди уже к ней, – махнула она рукой, отпустив меня к моей женщине.

Меньше, чем через минуту я был уже в палате. Сел на стул, взял ладонь Вероники и переплел наши пальцы. Так надежнее. Склонился и поцеловал каждую костяшку. Сколько мне еще такого счастья отмеряно? Не знаю. Знаю лишь то, то она достойна самого лучшего на свете.

Взглянув на часы, решил, что у меня есть время подремать около часа. Я сдвинул стул немного в сторону и положил голову на бедро девушки, скрытое сейчас от меня одеялом. Закрыл глаза, наслаждаясь моментом.

Проснулся от того, что свободная от моих посягательств ладонь Вероники пробежалась по моим волосам.

– Почему домой не уехал? – Спросила она, заметив, что я проснулся. – Я бы все равно не сбежала.

Я нахмурился, пытаясь осознать ее вопрос. Спросонья это получалось плохо. Более того, отвлекала ее рука в моих волосах, так как поднять голову было выше моих сил.

– Мне интереснее здесь, с тобой, – проворчал невнятно, стараясь не закатывать глаза от удовольствия.

В ответ послышалось недоверчивое фырканье, но развивать тему девушка не стала. Просто молча продолжила перебирать мои отросшие волосы.

– Проснулись? – Алиса как-то слишком рано (на мой взгляд) вошла в палату, отвлекая нас от приятного занятия. – Так, температуры нет, – она посмотрела на экран. – Самое время проверить состояние внутренних органов. – Она подвинула аппарат УЗИ и принялась готовиться к процедуре.

Я просто поднялся со стула и встал рядом с Вероникой так, чтобы она могла до меня дотянуться в любой момент. Это не скрылось от глаз Алисы, которая постаралась спрятать улыбку. После обследования она вынесла вердикт.

– Печень немного увеличена, так что будем еще чистить организм. Тебе придется остаться в больнице на три дня, – она посмотрела на Веронику.

Та обреченно кивнула. А что делать? В таком состоянии далеко не уйдешь. Однако не успела Алиса убрать оборудование на место, как в палату без стука вошел Хозяин. За ним показался Лохматов. Оба выглядели…, если не разъяренными, то, как минимум, взвинченными.

– Алиса, выйди, – приказал Хозяин.

Девушка тут же выскочила за дверь, а вошедшие в палату мужики вперились взглядом в Веронику. Я инстинктивно заслонил ее собой. Николай Николаевич вздохнул и обошел меня.

– Бывшего начальника службы безопасности фармкомпании мы допросили. Нашли некоторые его схроны. Выяснили некоторых причастных к… преступлениям по отношению к тебе. Но нам нужны все имена. Мы сделаем так, чтобы ненаказанных не осталось. – Хозяин смотрел на Веронику, но подходить совсем близко к ней не спешил. – Все, что ты расскажешь, не уйдет дальше этого помещения.

Вероника недоверчиво выпятила подбородок.

– Павлов расскажет…, – выдавила она из себя. Было заметно, как она отодвинулась от Хозяина подальше.

– Ему тоже никто ничего сообщать не собирается. Мы будем убирать этих людей… своими методами, – он покосился на Лохматова.

Ясно, кого задействуют. Ведомство нас за это по головке не погладит, но что им неизвестно, то их не должно беспокоить.

Я подошел к Веронике, взял ее за руку и кивнул, показывая, что останусь рядом. Она чуть улыбнулась и, сделав глубокий вдох, начала рассказ. Лохматов принялся что-то строчить в блокноте. Я же просто стоял и пытался сохранить самообладание. Не все я знал. Ох, не все! Зачистка предстояла большая.

– Про убийство можешь рассказать подробнее, – попросил Хозяин. – Кто еще был в доме, кто приезжал помимо его сына…

Его голос прервал всхлип, раздавшийся от двери. Мы все резко повернулись и увидели Веру Родионовну и Марту Мироновну, которые неверяще смотрели на Веронику. Обе белые, как полотно. Сколько они слышали, неизвестно. Лично у меня нос здесь сразу забился запахом лекарств, так что такую подставу я не почуял. Хозяин с Лохматовым тоже, потому оба сейчас настороженно смотрели на дверь.

– Нет, – Марта Мироновна отчаянно замотала головой, отказываясь верить в услышанное. – Нет…