Случайная связь - Слава Доронина

Мы выходим из здания, и я немного расслабляюсь. Машины Влада, как и его самого, на улице нет, и Марину мы не встретили. На остальных плевать. Посплетничают и забудут. 

Измайлов кладёт цветы на заднее сиденье своего танка и ждёт, когда я заберусь в салон.

«Я у твоего дома, Сонь. Не уеду, пока не поговорим», – приходит сообщение от Влада, и мне хочется заплакать от отчаяния. Сжимаю сотовый крепче и думаю над тем, как поступить.

Мы трогаемся с места и направляемся в сторону моего дома. Измайлову кто-то звонит, через минуту разговора он грубо просит прислать ему документы на проверку и раздражённо бросает телефон на приборную панель.

– Ничего не могут без меня решить. Скажи, как работать с такими людьми? Я плачу им огромные деньги, чтобы быть для них нянькой? Вы с подругой как поступаете, когда ваши сотрудники не справляются со своими обязанностями?

– Увольняем. И ищем нового человека. Паш... – тихо зову его, – я передумала.

Измайлов вопросительно приподнимает бровь и встречается со мной хмурым взглядом.

– Не разбивай мне сердце, лап. Что ты там передумала? Хочешь, чтобы опять динамо обозвал?

– Хочу экскурсию по дому, который ты снимаешь у озера. – Выглядываю в окно. – Скоро закат. Наверное, там шикарный вид?

Паша выглядит удивлённым. Даже чуточку потрясённым. Не могу допустить, чтобы Влад и Измайлов пересеклись друг с другом. А по поводу моих слов, что я не перешагну порог его дома… На то они и принципы, чтобы через них переступать. Один раз можно. А ещё из двух зол всегда выбирай меньшее.

– Неожиданно, – хмыкает Паша, и складка на его лбу разглаживается. – Да, там очень красивые закаты. Впрочем, как и рассветы. Тебе придётся по вкусу. Со второго этажа открывается живописный вид.

– Вот и отлично. Я подумала, что моя квартира слишком малогабаритная, чтобы одновременно вместить вас обоих. – Показываю пальцем на букет, и Измайлов загадочно улыбается. 

– Кстати, аренду я оплатил на три месяца вперёд...

– Стоп, – резко перебиваю его. – Ты снова разгоняешься до сотни за пару секунд.

Измайлов смотрит на спидометр. 

– Шестьдесят, лап. Даже не превышаю. 

Я сегодня определённо пользуюсь спросом. Сначала Аня предложила пожить у них, теперь Измайлов.

– Только одна ночь, а утром ты отвезёшь нас домой или вызовешь такси. Нас – это меня и букет, который лежит на заднем сиденье, – уточняю я.

– Как скажешь. – Измайлов разворачивает свой танк, а я ищу в телефонной книге доставку еды и мысленно выдыхаю. 

Кажется, пронесло. И овцы целы, и волки будут сыты.

До дома на Кузнецкой ехать порядка двадцати минут. Мы въезжаем в коттеджный посёлок, и Паша вдруг сворачивает на обочину, включает аварийку.

– Что ты делаешь? – Я оглядываюсь по сторонам, ничего не понимая, хотя уже вижу по взгляду, что он задумал. Всю дорогу прожигал им меня. 

– Небольшая прелюдия. – Измайлов рывком тянет меня на себя, усаживая на свои колени. 

Юбка трещит по швам, я громко охаю, хочу возмутиться, но Паша тут же ловит мой вскрик губами и начинает таранить языком. Его пальцы зарываются в моих волосах, меня почти сразу же накрывает, как и его. Чувствую потребность переступить черту, совершить глупость и заняться с ним сексом прямо здесь. Сейчас. И плевать, что нас кто-то может заметить. Меня потряхивает от желания, влажные поцелуи раззадоривают. Смутно отдаю отчёт тому, что происходит между нами. До встречи с Пашей полагала, что у меня был хороший секс с мужем. Оказывается, я сильно заблуждалась на этот счёт. Это была всего лишь пародия на него. И я бы с радостью стёрла себе память, оставив только воспоминания о Паше. 

– Перестань так на нём ёрзать, иначе я тебя сейчас возьму. 

Я задираю юбку до талии, шире расставляю колени и вжимаюсь в каменную твёрдость, не отводя взгляда от серых глаз. В них творится безумие. Бушует ураган. Я ещё никогда не видела на его лице столько эмоций и чувств. И да, я только что бросила ему вызов. 

– Сумасшедшая... – хрипло шепчет Измайлов, когда я трусь об него, сильно желая получить разрядку здесь и сейчас. 

Паша тянется к бардачку, просит меня приподняться. Слышу, как он возится с ремнём на брюках, наблюдаю, как рвёт фольгу зубами, а через секунду заполняет меня, и из моего горла врывается протяжный стон удовольствия. 

– Тебе, возможно, снова придётся заплатить штраф. Здесь запрещена парковка. 

– Пусть хоть эвакуатор вызывают, мне всё равно. 

Он жадно целует меня, позволяет самой задать темп движениям, лишь слегка поддерживая за бёдра. Я обхватываю ладонями его лицо и углубляю поцелуй, когда ощущаю внизу бешеную пульсацию. Удовольствие накрывает волной, разливается покалывающим теплом по телу, и я уже снова где-то за гранью разумного. Паша приходит к пику следом: сильно зажмуривается и часто дышит. Сжимает мои бёдра с такой силой, что останутся синяки. 

Когда его отпускает, приподнимает уголки губ. У него слишком обаятельная улыбка, или это всё отголоски схлынувшего удовольствия?

Он всё ещё во мне, всё так же сильно сжимает руками бёдра, до отчётливой боли, кусает за шею и улыбается шире.

– Отпусти, – хриплю я, пытаясь вырваться из его хватки.

Сейчас Паша и впрямь похож на кровососа. Ещё чуть-чуть, и прокусит шею. 

– Нет, лап. Раздразнила. Дождёмся доставку еды, поужинаем на террасе и продолжим. Только теперь я сверху. Покаталась, и хватит с тебя.