Не верь мне - Алиса Ковалевская

— Вот и отлично. Куплю тебе билет.

— Ты псих, — выдавила я, когда дар речи ко мне всё же вернулся.

Машина остановилась у въезда на парковку. Антон опустил стекло со своей стороны и забрал чек из автомата. Шлагбаум тут же поднялся, мы поехали дальше к терминалу.

— Олег, что ты задумал?! — в тоне моем проскочили истеричные нотки, потому что… потому что я действительно была на грани.

Сколько можно вмешиваться в мою жизнь?! Сколько можно строить её по своему усмотрению?!

— Я уже сказал тебе, — с нажимом повторил Громов, — ты едешь со мной в Калининград, Алина.

— Прекрасно! — всплеснула я руками. — А мое мнение ты не желаешь услышать?!

— Не желаю! Оно меня не интересует! — гаркнул он, по всей видимости, не собираясь дальше продолжать какой-либо разговор по этому поводу. Не знаю, чем он занимался эти три дня, но настроение у него было так себе. Одарив меня тяжелым, непроницаемым взглядом, он добавил все так же резко и твердо: — Ты едешь со мной, Миронова.

— В качестве кого?! — выкрикнула ему в лицо, теряя последние крупицы терпения.

— В качестве горничной! — процедил сквозь зубы и отвернулся.

Но я дернула его за рукав, заставляя снова посмотреть на меня.

— Я не твоя горничная. Я уволилась.

— Это ты так считаешь. Я тебя не отпускал, Алина. Ты уйдешь только тогда, когда я позволю тебе сделать это.

— Прекрасно, — усмехнулась жестко. — Я никуда с тобой не поеду. Ты не сможешь меня заставить.

— Уверена? — глянул на меня так, что я засомневалась. Может ли он меня заставить? Да что он мне сделает! И всё же…

— Уверена, — выпалила, хотя пыл свой поубавила. Один Бог знает, что он может придумать.

— Ладно, — покривив губами, он потер лицо свободной ладонью, провел по волосам и снова посмотрел на меня: — Давай попробуем заново. Я приехал извиниться за свои слова. Я переборщил.

Переборщил он!

— Отличное извинение, — не глядя на Громова, кинула я.

Машина припарковалась у входа в зону посадки, но выходить ни Антон, ни Громов, ни, уж тем более, я, не спешили. Да и двери были до сих пор заблокированы. Будто Олег боялся, что я сигану прочь, едва получу такую возможность. Наверное, я бы так и поступила, если бы не понимала — далеко в своем положении я не убегу. Тем более без сумки, в которой были и деньги, и телефон. Разве что к охране кинуться…

— Сейчас мы выходим, Алина, и спокойно оформляемся на рейс. Ты меня поняла?

— Нет. Я никуда с тобой не полечу.

— Тогда у твоей подружки будут проблемы.

Неожиданно. Подобного поворота я точно не ждала. Если он про Инну… Про Инну, про кого же еще?! Других подруг у меня просто-напросто нет.

— И какие же у моей подружки будут проблемы?! — спросила с вызовом, вновь поворачиваясь на спокойного Громова. Он был уверен, что я соглашусь, был уверен… — Какие у Инны могут быть проблемы, Олег? Ты видел, что за автомобиль за ней приезжал, неужели ты считаешь…

— Неужели ты считаешь, — оборвал он меня, — что карьере Вадима Козельского пойдет на благо связь с девочкой по вызову?

— О чем ты? — голос сел.

— У меня есть пара занимательных видео, где главная героиня — твоя подружка. И если ты решишь отказаться от моего предложения о совместной поездке в прекрасный город Калининград, то это видео может стать достоянием общественности, Алина. Мало того, что Инну за аморальное поведение, весьма вероятно, попросят из университета… — он выразительно глянул, едко улыбнувшись, — так еще и её покровитель может перестать с ней носиться. Слышал, что Козельский собрался в политику. Как думаешь, что он выберет — девочку из эскорт-услуг или власть и деньги?

Я неверяще покачала головой. Это он серьезно? В том, что этот мужчина вряд ли опустится до подобного, я сильно сомневалась, и все же… В чем я могла быть уверена наверняка? Уж точно ни в чем из того, что имело хоть какое-то отношение к Олегу. Потому что как бы мне ни казалось, что я чувствую его, понимаю, на что он способен, реальность была далека от этого. Сейчас, спустя время, я все еще ничего не знала о нем, ничего не понимала, а то, что мне казалось… Мне именно казалось.

— Ты мерзавец, Громов.

— Мне нужно, чтобы ты поехала со мной, Алина, — жестко выговорил Олег. Кинул мою сумку мне на колени. — И либо ты сейчас спокойно выходишь из машины с улыбкой на лице, либо я сделаю все, чтобы твоя подруга осталась ни с чем. Выбирай. — И, больше не глядя на меня, открыл дверцу. Вышел на улицу.

Я едва не заревела от беспомощности. Он загнал меня в угол. Снова! Снова, чтоб его!

— Всего хорошего, — выдавила я, обращаясь к Антону, поймавшему мой взгляд в зеркале заднего вида и, ухватившись за ремешки сумки с такой силой, будто это была моя спасительная соломинка, покинула салон.

Громов уже достал из багажника небольшой чемодан и, взявшись за выдвижную ручку, направился к пешеходному переходу перед дверьми в аэропорт. Я же не двинулась с места. Заметив, что я, как покорная собачка, не следую за своим хозяином, он вернулся ко мне.

— Ты решила не лететь?

Сжала челюсти, подошла. Вскинула голову и заглянула ему в глаза:

— Я тебя презираю, Громов.

— А мне казалось, что ты испытываешь ко мне иные чувства, — склонившись ко мне, провел ладонью по щеке.

Я дернулась, отошла назад и прошипела, даже не пытаясь скрыть своей ненависти:

— Ты омерзителен, Олег Громов.

— А ты прекрасна, как никогда, Алина, — губы его растянулись в победной улыбке.

Не удостоив его и взглядом, я пошла вперед, к раздвижным дверям терминала. Значит, Калининград… Что на этот раз он придумал? Шла, не оборачиваясь, и в сотый, нет, в тысячный раз задавала себе вопрос: Почему? Ну почему именно я?

— Бизнес-класс? — недовольно поинтересовалась, когда мы вошли в салон самолета.

Стройная улыбчивая девушка в форме с логотипом авиакомпании указала нам на два широких кожаных кресла.

— Прости, но собственного самолета у меня пока нет, — довольно отозвался Громов, закидывая свой чемодан на полку.

— Разрешите, я возьму вашу одежду, — всё та же стюардесса оказалась рядом с нами.

Никогда не летавшая бизнесом, я чувствовала себя неуютно, неуверенно, но изо всех сил пыталась этого не показать.

Расстегнула пуховик. В ту же секунду Громов помог мне снять его. С небрежной полуулыбкой подал пуховик стюардессе, следом — свое пальто.

— Благодарю, — в отличие от меня, Олег чувствовал себя как дома. Свободно — ни намека на скованность. Перелеты в салонах бизнес-класса, комфорт, лучшее обслуживание, вертящийся вокруг него мир… Нет, не мир — Вселенная.