Лавина любви - Ноэль Бейтс

— Это у вас не перелом, — произнес мужчина, входя в комнату. В руках у него была коробка, — Скорее всего, растяжение. Вы долго шли на этой ноге?

— Около получаса. — Джинджер нахмурилась. — Наверное. Знаете, вы вовсе не обязаны мне помогать, — сказала она, видя, как он открывает коробку и разматывает бинт. — Я и сама сумею забинтовать себе лодыжку.

— Может, вы и на лыжах кататься умеете? Терпеть не могу самоуверенных новичков! Вам бы на детских трассах кататься, а не съезжать по этим склонам… — Он оторвал зубами полосу бинта и начал умело бинтовать ее лодыжку.

— Я не новичок, — холодно возразила Джинджер. — А неудачи случаются и с самыми опытными лыжниками.

Мужчина бросил на нее презрительный и недоверчивый взгляд и снова принялся за работу.

Джинджер стиснула зубы. Может, у него манеры носорога, но она не опустится до его уровня. Начать с того, что, нравится ей это или нет, она зависит от него и находится в его власти — по крайней мере до тех пор, пока не свяжется с отцом или с кем-нибудь из знакомых. И еще — она слишком хорошо воспитана и не будет обращать внимания на его очевидную грубость.

— Откуда вы знаете, что это не перелом? — спросила она.

Он снова бросил на нее беглый взгляд.

— Просто знаю, и все, — отрезал он.

— Вы, наверное, врач?

— Нет.

— Тогда кто?

Он не ответил и снова занялся ее ногой. Закончив бинтовать лодыжку, он сел в кресло, стоявшее напротив, у камина.

В ней нарастало раздражение.

— Вы собираетесь отвечать? — Она стянула с головы намокшую шерстяную шапочку, и ее густые волосы цвета червонного золота волнами рассыпались по плечам.

— Прежде всего давайте кое-что уточним. Это вы находитесь в моем доме, и вопросы здесь задаю я. Понятно?

От изумления Джинджер широко раскрыла глаза.

— Сейчас вы ответите на мои вопросы. Если ваши ответы меня устроят, я разрешу вам принять ванну и переодеться во что-нибудь из моей одежды, — продолжал он, выделив слово «моей».

Его надменность оглушила ее и лишила дара речи.

— Сначала скажите, как вас угораздило кататься именно здесь. Вы хоть представляете, насколько опасны отвесные склоны в это время года?

— Я… спасалась от лавины…

— Где?

— Где… что?

— Где сошла лавина?

— Неподалеку от Шантеклера, того местечка, где мы остановились. Я… немного повздорила со своим другом и отправилась покататься, чтобы немного развеяться. А потом сверху сошла лавина. Не очень большая, но все же достаточная, чтобы я сбилась с пути.

— Какая безответственность! — едва слышно пробормотал он.

Джинджер сделала вид, что не слышала. Жаль, что она не в состоянии нормально передвигаться! Она бы пулей вылетела из его хижины, даже если бы ей предстояло провести ночь на склоне горы. К несчастью, на время она прикована к этому ложу…

— Я не успела выяснить, где нахожусь, потому что начался буран. Через несколько минут я поняла, что заблудилась и утратила ориентацию в пространстве. Потом… я увидела сосновую рощу и решила укрыться там на случай, если придется ночевать под открытым небом. Я так стремилась скорее попасть под прикрытие деревьев, что не смотрела под ноги. В результате споткнулась о пень и растянула лодыжку. А потом заметила свет и поползла вперед. И наткнулась на вашу хижину.

— Значит, никто не знает, где вы находитесь?

Джинджер совсем не понравились слова незнакомца. Она приподнялась на локтях и с тревогой посмотрела на него. Боже, он ведь может оказаться кем угодно! Да, рано она успокоилась. Может, ночевка в лесу и риск переохлаждения безопаснее?

Если вдруг придется защищаться, с ним она не справится! Конечно, она девушка высокая, рост у нее где-то метр семьдесят восемь без каблуков, но он на добрых десять сантиметров выше, насколько можно судить, и гораздо сильнее и крепче ее.

Встретившись с ледяным взглядом его голубых глаз, Джинджер испугалась. У нее возникло неприятное чувство, будто он читает ее мысли. Она откашлялась.

— Ну что? Я удовлетворительно ответила на все ваши вопросы?

— О, я еще не узнал самого главного… — Он медленно вытянул ноги и растянул губы в улыбке.

— Что же?

— Как вас зовут?

Джинджер прикусила губу. Очевидно, он заметил, как она испугалась, и решил позабавиться.

— Джинджер. Джинджер Босуэлл.

— Босуэлл?.. — Он склонил голову набок, и Джинджер энергично закивала.

— Да… Должно быть, вы слышали о моем отце. Генри Босуэлл, член совета директоров Нью-йоркской фондовой биржи. — Она попыталась дать ему понять: несмотря на то что никто не знает о ее теперешнем местонахождении, если с ней что-то случится, так просто этого не оставят.

— Подумать только! Знаменитый мистер Босуэлл! Вот ведь как бывает!

— Значит, вы слышали о нем?

— Разве я так сказал? — Он рассмеялся, и Джинджер его смех очень не понравился.

— У вас телефон есть?

— Все местные линии отключены. — Он пожал широкими плечами, не спуская с нее глаз. — Из-за бурана. Не думаю, что их быстро починят. Прогноз погоды на предстоящие две недели не слишком благоприятный.

— На предстоящие две недели? — Ничего себе! Да за две недели с ней может случиться все что угодно! — Джинджер нахмурилась. — Как же мне позвонить папе? Я должна успокоить его, сказать, что со мной все в порядке… Еще нужно связаться с Колином и остальными друзьями. Наверное, они волнуются…

— Ну конечно! — Он насмешливо поклонился. Джинджер снова стиснула зубы.

— На ваше счастье, у меня есть рация. Можно позвонить в ближайший городок и попросить отправить телеграмму.

Джинджер разволновалась. Как испугается папа! Они с отцом обожали друг друга. Генри Босуэлл души не чаял в единственной дочери, а она восхищалась своим отцом. Она взяла трубку и, поздоровавшись, начала диктовать текст телеграммы. Главное — не волновать папу. Именно поэтому Джинджер решила не сообщать отцу о причине своего безрассудного поведения, а именно о ссоре с Колином. Колина Генри Босуэлл недолюбливал и называл его хлыщом, у которого денег больше, чем мозгов.

— Простите… — Джинджер повернулась к своему спасителю. — Мне надо сообщить, у кого я сейчас нахожусь. Как вас зовут?

— Любите задавать вопросы, а? — Он подбросил в огонь полено и повернулся к ней. — Сообщите папочке, что здесь с вами ничего плохого не случится. Меня зовут Мэтт Грегори. Да постарайтесь успокоить папочку: я вас не съем. На самом деле мне с вами крупно не повезло…

— Вам со мной?

— Именно. — Он оглядел ее цепким взглядом. — Я хочу сказать, вы свалились на мою хижину как снежный ком и ближайшие несколько дней вы вряд ли на что способны. Особенно с растянутой лодыжкой.