Ангел: Романтика табу - Скай Даррел

От этого толчка у меня свело живот.

—Ох.

—Ты моя, Лили,— он наклоняется к моему уху,— вся моя. Ты уже кончала?

—Н-нет.

—Ты играешь со своей маленькой киской?

Я задыхаюсь от его грязных слов и быстро качаю головой.

—Мама говорила, что приличные леди не должны этого делать.

Далтон вздрагивает, и я понимаю, что сказала что-то не то.

—Чёрт,— бормочет он, и его твердый член немного опускается, когда он отступает назад и смотрит на точку над моей головой, закрыв глаза,— твои родители меня убьют. Господи, что я, блядь, делаю?

Он бормочет себе под нос, пока я не прикасаюсь к его члену. Мне нужно, чтобы он знал, как сильно я хочу его, как он заставляет меня чувствовать то, что я никогда не чувствовала раньше.

—Ты можешь поиграть со мной, если хочешь.

—Нет,— ворчит он, и даже когда его член твердеет как железо, он отстраняется и касается моего подбородка,— нет, Лили. Я не могу. Это неправильно — мы не можем этого сделать. Я дал обещание твоему отцу…

—Они ушли!— кричу я,— вот почему ты здесь, не так ли? Я ждала тебя. Ты должен спасти меня.

—Ты думаешь, я позволю, чтобы с тобой что-нибудь случилось? Думаешь, я брошу тебя, Лили? Никогда.

Слёзы наворачиваются на глаза.

—Я не верю тебе.

Он наклоняется и прижимает мой лоб к своему.

—Ты думаешь, я не хочу вставить в тебя свой член? Ты на расстоянии одного гребаного слова от того, чтобы потерять то, что никогда не сможешь вернуть. Я защищаю тебя от всего, даже от себя.

Я провожу руками по контурам его пресса, спускаясь к пульсирующему жару его твердого члена.

—Пожалуйста, папочка. Ты мне нужен.

—Не называй меня так.

—Но я хочу,— я провожу рукой по его эрекции, и мышцы его тела напрягаются. Он хватает меня за запястье и отдергивает руку. Сев на диван, он тянет меня к себе на колени, задирает юбку и шлепает меня по попе. Я визжу и трусь о его член, когда его сильная рука проводит взад-вперед по моей заднице, обжигая кожу огненными полосками.

Шлепок. Шлепок. Шлепок.

Его член словно раскаленная сталь.

—Ты будешь вести себя хорошо?— требует он,— ты перестанешь меня дразнить?

—Нет!

Он дергает за заднюю часть моих трусиков, разделяя ягодицы и обнажая их перед его ладонью, и снова шлепает меня, кожа к коже, раскачивая мои обнаженные ягодицы, пока его эрекция упирается мне в ребра. Я стону и сжимаю кулаки, когда его рука ослабевает с каждым шлепком.

—Тебе это нравится, да?— говорит он.

—А тебе нравится меня шлепать,— вздыхаю я.

Далтон издаёт рык и поднимает меня на руки, а я колочу кулаками по его груди. Он снимает штаны и несёт меня наверх, в мою комнату. Он знает этот дом так же хорошо, как и я. В последний раз он приезжал сюда на Рождество три года назад, и я до сих пор помню, как он нежно поцеловал меня в подбородок, после того как я поймала его под омелой.

Теперь в нем нет ничего нежного.

Он укладывает меня на кровать и раздвигает мои ноги, одновременно даря мне мой первый настоящий поцелуй. Задыхаясь, он задирает верхнюю часть моего платья и проводит языком по соскам, сжимая мою грудь, пока его член скользит между моих дрожащих бедер.

—Твоя пизда принадлежит мне,— его рука ложится на моё горло,— не кончай, пока папочка не разрешит, слышишь?

Он назвал себя папочкой. Я откидываю голову назад и киваю.

—Да, я твоя,— и добавляю шепотом: — я всегда была твоей.

Он погружает в меня свой член, и когда его кончик прижимается к моим складочкам, он делает толчок, лишая меня девственности. Мои ноги обхватывают его бедра, всё тело содрогается, и я ничего не могу сделать, кроме как принять то, что он мне даёт.

—Твоя маленькая киска принадлежит мне,— рычит он мне в ухо,— ты завела меня слишком далеко, Лили. Ты заставила меня сделать это.

От резкого растяжения я выгибаюсь.

—Ох.

Он вводит свой член глубже, погружаясь в моё лоно, и удерживает себя внутри, пока мои стенки пульсируют вокруг его ствола, а восхитительный жар, поднимающийся в моём животе, заставляет меня извиваться и загибать пальцы ног. Он сглатывает мои крики поцелуем.

Я провожу руками по его бокам, чтобы почувствовать его дрожь, дрожь его мышц.

—Я собираюсь войти в тебя до самого основания, Лили, вогнать в тебя весь свой член. Я хочу, чтобы ты приняла меня целиком. Я хочу, чтобы ты почувствовала каждый дюйм моего члена и поняла, кому ты принадлежишь.

—Да!

Он обхватывает меня руками и прижимает к кровати. Его бедра толкаются всё сильнее и сильнее, когда его член входит в мою киску, и с каждым толчком он трётся об узел нервов внутри меня, заставляя меня дрожать от удовольствия.

—Моя,— хрипит он.

—Папочка!

—Кончи для меня. Я хочу почувствовать твой первый оргазм.

Моя киска сжимается, напряжение в животе становится невыносимо острым, и стеночки пульсируют вокруг его члена, когда я выгибаю пальцы на ногах и впиваюсь пальцами в его спину. От оргазма я задыхаюсь.

Я чувствую, как он напрягается внутри моих стенок, заливая меня горячей, переполняющей спермой, которая вытекает из его ствола.

—Хорошая девочка.

Я стону, когда Далтон отстраняется, а его всё ещё твердый член выплескивает потоки спермы.

Он стягивает с меня измятое платье, и его глаза на мгновение смягчаются, когда он впервые видит меня обнаженной. Он снимает с меня промокшие трусики и откладывает одежду в сторону, пока его глаза изучают моё тело.

—Тут будут действовать новые правила,— рычит он.