Ты для меня одна - Юлия Крынская

— Дома посмотришь, — выхватывает Руслан его из моих рук. — Мы три года не виделись, котёнок!

— Так ни я в этом виновата, — снимаю шляпу, очки, закидываю ногу на ногу и обхватываю колени руками. Включаю в себе режим Марго: носик вверх, взгляд с прищуром.

— Кис-кис-кис, — подзывает меня Руслан, как когда-то давно. Голос, как реченька журчит.

— Брысь!

Руслан кидает персонайзер на сиденье и садится рядом со мной. Нажимает на брелоке кнопку, и двери, задранные кверху, будто крылья Пегаса, медленно опускаются. Гул, свойственный всем аэропортам и вокзалам мира стихает. Мы остаёмся один на один.

— До сих пор на меня злишься? — Руслан нажимает ещё одну кнопку, и стёкла окутываются зеркальной дымкой.

Полумрак салона меня страшит. Я столько раз себе представляла, как останусь с Волчком наедине, а сейчас теряюсь.

— Иди ко мне, коть! — он протягивает ко мне руки.

— Рус, я уже не та Маруся, — голос мой дрожит.

— Ну как не та? — он сам подвигается ко мне и одной рукой сгребает в объятья. — Мой любимый носик, глазки. Смотрю и не могу наглядеться.

— Мне, кажется, в аэропорту ты рассматривал совсем другие мои… Детали.

Для соблазнительницы я слишком нерешительная. Руслан смеётся.

— Детали у тебя, что надо! — носом Руслан трётся об мой, а рука его съезжает мне на бедро. Его тягучий голос вызывает у меня странную реакцию. Давно так не скручивало низ живота. Не хватало вылезти на глазах Руслана из машины с красным пятном на белых брюках.

Волчок остался верен своему парфюму. Растворяюсь в до боли родном аромате. Мне хочется закрыть глаза и впервые на вкус попробовать губы Руслана. Они так близко. Мне кажется или трусы намокли. Чёрт, неужели месячные? Но тянет живот как-то иначе. Приятно… Маруся, очнись! Моя рука взлетает, и звук пощёчины мне кажется оглушающим.

— Ты чего? — подскакивает Руслан, прижимая ладонь к месту удара.

— Ты меня с кем-то спутал! Я не из тех, что дают парням на заднем сиденье.

— Это хорошо! — щурит он глаза. — Но руки больше не распускай.

— Ты тоже! — от кипящей злости на себя и на Руслана, я одёргиваю пиджак с такой силой, что расстёгиваются все три его пуговицы. Полы предательски расходятся.

— Вау! — крякает изумлённо Руслан, краснея до кончиков ушей. — Мама не учила тебя надевать лифчик?

— Мне он не нужен, если ты успел заметить, — язвлю я, застёгивая пуговицы. — Считай, что это была бесплатная презентация.

— О, а когда можно будет посмотреть полную версию? — глаза Руслана смеются, но он старается казаться серьёзным.

— Хватит играть со мной! Я тебе не маленькая девочка! — закипаю я.

— Скажу тебе по секрету, что взрослые тоже любят игры.

— Для меня это давно не секрет! Я их создаю, если что. И за это мне неплохо платят, — я вытаскиваю из-под попы персонайзер и, снова забившись в угол, включаю касанием экран.

— Я сказал, дома посмотришь! — снова выхватывает у меня персонайзер Руслан и прячет его себе в карман расстёгнутой клетчатой рубашки навыпуск. Грудь его возмущённо вздымается под чёрной майкой. — А сейчас садись вперёд и поехали домой. Я правда соскучился по тебе!

* * *

Руслан

Я не выхожу, а вываливаюсь из машины и хватаю ртом воздух. Ну, Фроловна! Не ожидал от тебя. Да, тут пора играть по-взрослому. Перед глазами разлетающиеся полы пиджака и роскошные груди с вишенками сосков. Котёнок мой сам поплыл, вот и разозлился. На меня уставились две девы с чемоданами и улыбаются. Конечно, такой подарок сладкий с багром в штанах под ноги свалился! Под ширинкой так тесно стало в машине, что ещё немного и мои пуговицы поразлетались бы в разные стороны. Замечательная картина. Встретились два одиночества.

— Вы нас не подвезёте? — закусывает губу одна из девиц и шаловливо заправляет прядь волос за ухо.

— А у меня где-то шашечки на машине? — срываюсь я на них.

— Грубиян! — вторая поворачивается ко мне спиной и вскидывает руку.

За моей тачкой тут же притормаживает внедорожник. Иду к киоску и покупаю два кофе.

Возвращаюсь к машине уже придя в себя. Маруся пересела вперёд, и я радуюсь, как мышь куску сыра. Хоть в чём-то моя взяла. Сажусь на водительское кресло и ставлю кофе в подстаканники:

— Твой любимый латте с корицей, карамельным и кокосовым сиропом, — улыбаюсь, как ни в чём не бывало.

— Я давно отказалась от сладкого, — смущается Маруся. — Но мне приятно, что ты помнишь о таких мелочах.

— Я помню всё! — выдыхаю с налётом хрипотцы и завожу мотор.

— Я тоже, — усмехается она.

Рядом со мной снова уверенная в себе львица. Испуганный котёнок остался на заднем сиденье.

— Чем планируешь заняться? — выстраиваю светский разговор.

— Маме позвонить. И папе. Так что персонайзер верни.

— Я спрашивал о более глобальных планах, — выуживаю из кармана изящную вещицу и протягиваю Марусе. Наши пальцы соприкасаются, и во мне просыпается краб. Хочется схватить наманикюренную лапку и не отпускать до дома.

— Замуж точно нет, если ты об этом, — Марусино лицо озаряет озорная улыбка, а я пролетаю нужный поворот. Вот и поговорили.

— Как соберёшься, не забудь пригласить! — разворачиваюсь на скорости через двойную сплошную, скрипя шинами и возвращаюсь к нужному съезду.

Мелодичная трель персонайзера обрывает нашу светскую беседу. На экране молоденький парень с раскосыми глазами. Панда, блин! Так я и знал, кто-то есть у моего кота. Маруся переходит на китайский. Минут пять щебечет на непонятном мне языке. Так и не освоил я его. Фрол уже говорит весьма сносно, а я всё не возьмусь. Вообще, что-то со мной не так. Горюшко и пять девок настрогал, и крутой звёздной командой рулит, и благотворительный фонд у него, и бизнес. А я при нём. Юрист, друг и советник. В принципе, меня всё устраивает. Просто моя собственная жизнь будто начнётся завтра. А ведь мне в ноябре уже сорок пять. Семья есть, но не моя. Посматриваю в сторону Маруськина. Она сбрасывает звонок и звонит Фролу:

— Папулькин, привет! Мчим! Люблю тебя!

* * *

Маруся

Как часто мне снился дом. И вот Руслан сворачивает на знакомую улицу в посёлке, едем вдоль обмельчавшей реки. За остаток пути мы больше не успеваем поругаться. Привыкаем друг к другу заново, аккуратно обмениваясь общими фразами. На моём теле до сих пор горят невидимые следы его ладоней. Впервые сегодня Руслан разглядел во мне женщину и сразу полез тискаться. На дружеские объятья совсем не походило.

— Почему никого нет на улице? Вроде выходной день, — удивляюсь я.

— У людей сейчас не так много дел за пределами дома. Вся жизнь в сети. Только не давно отменили очередной карантин.