Броманс. Книжный клуб спешит на помощь - Лисса Кей Адамс

Спектакль сработал. Девушка подскочила и подошла к ней с робкой улыбкой.

— В-вам помочь?

Внутри все пустилось в пляс и запело фальцетом, однако Алексис изобразила на лице спокойствие и дружелюбие.

— Пожалуйста, — отозвалась она, прижимая коробку к груди. — Мне бы не помешали дополнительные руки.

Девушка отворила дверь и посторонилась, пропуская Алексис.

— Прохладно сегодня, да? — заметила та, выходя и ставя коробку на тротуар. Она старалась говорить легко и непринужденно, чтобы не показаться напористой и не давить на девушку, которая явно с трудом решилась прийти к ней за помощью.

Дверь за девушкой захлопнулась, она нервно натянула рукава толстовки на ладони и кивнула.

— Ага. Я… я не ожидала, что здесь будет так холодно.

— Вы не из Нэшвилла? — Алексис присела на корточки и принялась копошиться в коробке.

— Из Хантсвилла. Вроде недалеко, но все же там теплее.

Она нашла садовые перчатки и встала.

— Я не бывала в вашем штате. Долго вы добирались?

— Всего пару часов. Поэтому я и думала, что погода будет одинаковая.

— Просто похолодало рановато.

— Должно быть. — Девушка прикусила губу.

— Алексис, — представилась она и протянула руку. — Я видела вас в кафе пару раз.

Девушка нервно сглотнула, прежде чем пожать ей руку.

— Кэнди. Ну, вообще-то, Кэндис, но все зовут меня Кэнди.

— Приятно познакомиться, Кэнди. — Алексис кивком указала на дверь. — Хочешь чего-нибудь?

— О нет. — Она замотала головой. Разочарование заглушило внутреннее пение, однако Кэнди вновь тяжело сглотнула и добавила: — То есть я зашла чего-нибудь выпить, но вы, кажется, заняты, так что я подойду к кассе.

— Брось, мне не сложно, — улыбнулась Алексис. — И давай на «ты», я не намного тебя старше. Сейчас все принесу. Потом можешь составить мне компанию, пока я буду приводить этих ребят в порядок.

Она затаила дыхание, ожидая ответа Кэнди. Наконец та неуверенно улыбнулась.

— Почему бы и нет.

— Так что, чай с молоком и корицей?

Ее улыбка стала шире.

— Ты запомнила мой заказ?

— Присаживайся, — Алексис кивнула на один из столов во внутреннем дворике. — Я быстро.

Она вернулась к кассе и сделала заказ.

— Наконец-то заговорила? — Глаза Джессики радостно загорелись, когда она принялась готовить.

Алексис вытащила из витрины с десертами кекс и скон^[2]. Угощения помогали людям расслабиться, к тому же на них можно сосредоточить внимание, когда зрительный контакт становится слишком мучительным. Сколько же тихих признаний Алексис услышала за тарелкой выпечки, нервно раскрошенной пальцами.

Она вернулась к Кэнди и поставила перед ней напиток с десертом. Та вытащила из кармана бумажник.

— Сколько?..

— За счет заведения, — остановила ее Алексис, возвращаясь к коробке с инструментами.

— Ой, ну что ты, не стоит, — поспешила отказаться Кэнди.

— Считай это гостинцем в честь приезда в Нэшвилл. — Она задумчиво склонила голову. — А мы раньше не встречались?

Глаза Кэнди распахнулись.

— Э-э, нет.

— Выглядишь знакомо.

— В каком смысле?

— Даже не знаю. Что-то есть в тебе такое…

Кэнди испуганно замерла, как кролик, которого застукали за поеданием капусты в огороде.

Передернув плечами, Алексис взяла секатор и подошла к одной из хризантем, чахнущих от недосмотра и холодов. Затем обрезала сухой отросток. Подождала. Отрезала еще один. Какое-то время помимо щелканья секатора раздавался лишь тихий звон кружки. Молчание затягивалось, и наконец Алексис сказала, не отвлекаясь от своего занятия:

— Знаешь, тебе не обязательно разговаривать, если не хочется. Можешь молча посидеть рядом, я нисколько не возражаю.

— Ох, э-э, хорошо.

Еще одна сухая ветка упала на землю.

— Сюда приходит много, очень много женщин вроде тебя. Такие, которым просто нужна компания.

Кэнди шумно сглотнула, настороженно наблюдая за Алексис: та убрала секатор в коробку, поднялась, затем села напротив и достала из кармана фартука визитку, предназначенную только для женщин, подобных этой девушке.

— Тут номер моего мобильного. Звони в любое время.

Кэнди изучала карточку с таким трепетом, словно ей вручили стодолларовую купюру.

— Знаю, как тяжело заговорить, — начала Алексис. — Порой кажется, эта тайна буквально раздирает тебя изнутри.

— М-мне действительно надо с тобой поговорить.

— Если ты готова, я…

— Извините! — внезапно раздался визгливый голос с противоположной стороны дороги. — Нужно обсудить одну проблему!

Кэнди распахнула глаза и обернулась — к ним воинственно шагал заклятый враг Алексис.

— Прости, Карен, — начала Алексис, стараясь говорить спокойным голосом. — Я сейчас занята. Твоя проблема может немного подождать?

— Не может!

Кэнди побледнела, вскочила на ноги и, спотыкаясь, попятилась.

— Я… я зайду позже.

— Погоди! — Она попыталась схватить девушку за руку, но не успела, и та стремительно ретировалась, быстро скрывшись за поворотом.

Игнорируя Карен, Алексис забрала тарелку с кружкой и вернулась в кафе. Убрав грязную посуду в специальный контейнер под прилавком и вытерев руки полотенцем, заправленным в фартук, она наконец повернулась к Карен, последовавшей за ней.

— Чем могу помочь?

— Пока я от тебя никакой помощи не дождалась, так что, вероятно, ничем, — отчеканила та.

Алексис изобразила на лице подобие вежливой улыбки.

— Прискорбно слышать, что наши предыдущие беседы тебя не удовлетворили. Не хочешь присесть и поговорить? Я принесу тебе чашечку чая за счет заведения.

— Я не стала бы здесь есть, даже если бы мне заплатили!

— Так чем обязана визиту?

Алексис старалась сохранять спокойствие — не ради Карен, а ради самой себя. За прошедшие полтора года она усвоила как минимум один урок: люди зачастую верят в то, во что сами хотят, и попытки их переубедить — совершенно бессмысленная трата времени и сил. Кроме того, Алексис привыкла к постоянным претензиям Карен Мюррей. Прежде хозяйка антикварного магазина через дорогу с ней даже не заговаривала, а после обвинений, выдвинутых Алексис против Ройса, стала настоящей занозой в одном месте, досаждая жалобами чуть ли не каждую неделю.