Наследница для Чудовища - Мила Дали

Я терпеть не могу своего брата, однако, и гибели ему не желаю.

— Да, но он критически пострадал. Я отвез его в больницу и сразу к вам. Остальное потом, нужно торопиться госпожа.

Хорул нервничает и марширует к окну, отодвигая штору, сморит на припорошенный снегом двор. Кидаюсь за ним, замираю подле.

Вдали я вижу бескрайнее холодное море и скалистые берега, покрытые ягелем, но это совершенно неважно. Ведь прозрачные стекла дребезжат от оглушающего рева черных кроссоверов. Тонированных, глянцевых, за рулем которых люди уж точно немилосердные.

Они прямо у нашего дома, словно посланы из самой преисподней. Таких огромных махин нет ни у кого в округе. Сердце покалывает, когда будто по приказу дверцы разом открываются и из салонов выходят мужчины. Такие же страшные, в камуфляжных костюмах как у военных. Чужеземцы. Осквернители.

А во главе я вижу Его. Щурюсь, пытаясь разглядеть в мужчине хоть что-то человеческое. Но в смуглом небритом лице я узнаю лишь демона смерти.

— Мамочки!

Визжу, подпрыгиваю, когда незнакомец резко поднимает голову. Он смотрит прямо на меня. В упор. До дрожи в моих коленках. Смотрит и делает шаг.

Охранник брата хватает меня за локоть, быстро утаскивая от окна.

— Не успели, — досадно хрипит, — госпожа, вам нужно спрятаться. Я попытаюсь вас защитить и вызвать подмогу.

Панически размахиваю руками как лопастями, теряюсь, бегу на второй этаж в комнату. Краем глаза наблюдаю на диване старика. Изворотливая экономка испарилась.

Вихрем залетаю наверх, а в душе льдины царапают. Оглядываю комнату, думаю секунды три и залезаю в шкаф. Именно. Забиваюсь в угол, снимаю с вешалки шубу и укрываюсь. Тут много нарядов плотно напиханы, и я все еще надеюсь остаться незамеченной.

Замираю, откусываю гель-лак вместе с ногтями. Слепну в полумраке, сгораю от неизвестности. С первого этажа доносится долбежка. Дверь ломают, стало быть. Наверное, это сам Громов, лично пожаловал, чтобы окончательно перебить наш род.

Мне смешно перед гибелью от обороны Хорула в одном лице. Надолго ли его хватит? Металлическое полотно не выдерживает натиска, и гостиная заполняется топотом. Будто табун диких Меринов ворвался.

Я слышу грубые мужские голоса и брань. Чисто русские матерки во всей красочности. Захватчики рассредоточиваются по дому. Я знаю кого они ищут.

Каменею, зажимаю ладошкой рот, когда створка моей комнаты медленно открывается. Я слышу крадущиеся шаги, звук двигающейся кровати, как срывает занавески прямо с петель. Напрягаюсь от неожиданности и в ноздри проникает свежий воздух.

Дверцы шкафа распахиваются, чья-то рука наспех перебирает вешалки с тряпками, а потом резко сдергивает с меня шубу. Кошмарный сон воплотился наяву, и черный демон сам замирает. То ли удивился, то ли у меня помутнел рассудок.

— Кто ты такая?

Он спрашивает строго, как командир. Хмурится.

— Служанка!

Тут же вру, конечно, вру. Господи. Это Громов. Точно вам говорю. Кто еще может быть настолько схож с большим медведем и повадками неандертальца? Он нагло хватает меня за руку и вытягивает обратно в комнату.

А у меня ноги еле волочатся, я отсидела их и сейчас испытываю муки посерьезнее смертной агонии. До судорог режущие мурашки, до искр перед глазами. В сильных объятьях врага я корчусь, извиваюсь, стонаю. Я не могу сохранять равновесия и жду спасительной нормализации крови. Великан на минимальном расстоянии явно обескуражен моим финтом. Но по-солдатски исполняет выдержку, обхватывает мои плечи, трясет.

— Где он? Где младший брат Айхана? Отвечай!

— И-и-у…

Мужчина рычит. Он не из тех, кто терпит подобные выходки и кривляния. Ему не составляет труда оторвать меня от пола и поднять так, чтобы наши глаза поравнялись. На вытянутых руках держит и ничего не понимает. Я потею от ужаса и судорог, поджимаю пальцы на ногах.

— Больная, что ли?

Брюнет сканирует меня взглядом, разбирая до самых молекул. Стыжусь своего невежества. Наконец становится легче и мне удается сначала отдышаться, после попросить вернуть на пол.

Я понятия не имею о каком брате интересуется мужчина. Но догадываюсь, что этот разрушительный демон, не в курсе о существовании сестры, раз не убил меня до сих пор.

— В Китай улетел. К невесте… Кио Чио. — Я собираю чушь несусветную, враги не оставляют мне выбора. А умирать так рано не хочется. Нужно тянуть время. Айхан обязательно поправится, вернет меня домой. Потом я снова сбегу и буду жить, как мечтала. — А вы Громов, да?

— Нет! — рявкает не очень почтительно, и крепко берет меня за талию. Подтягивает к себе будто подружку. — Со мной пойдешь.