Герой (не) её романа - Елена Соловьева

— И это отлично! — объявил прапорщик. — Мы б все тут не пережили, если у нового полковника такие родственницы объявились. Будто мало нам его нововведений. Понаедут всякие москвичи…

Прапорщик вспомнил поговорку про новую метлу, которая и метёт по-новому. Пожаловался на свою суровую судьбу. В кои-то веки он нашел свободные уши.

Правда, Полина не горела желанием выслушивать байки о солдатской жизни и жалобы на нового командира.

— Дениса позови! — потребовала она.

Раз уж прапорщик завел разговор о личном, так почему бы не перейти на «ты»?

— Кого? — переспросил он.

— А говорил, будто я придурковатая, — не сдержалась Полина. — Дениса Симакова позови.

— Да пошла ты!.. — зло сплюнул прапорщик. — Нет его здесь, почитай, что и не было. Вали отсюда, пока в детскую комнату не сдал. Брысь!..

Прапорщик отгородился от девушки металлической дверью и шлагбаумом. Однако Полина и не помыслила сдаться. Быстро оценила шансы, не стала стучаться в запертые ворота и решила пойти окольным путем.

Как настоящий стратег, разработала план. На любой границе есть лазейка, говаривал её отчим-дальнобойщик. Он-то вряд ли пробился хоть через одну, только хвалился перед дружками. А вот Полина решила принять сигнал к действию.

Схрумкав яблоко, мысленно приказала ногам не гудеть, а ребенку — терпеть так же, как его мать.

— На полпути мы все равно не сдадимся! — объявила она.

Пошла вдоль забора воинской части. И — о чудо! — таки нашла ту самую лазейку. В одном месте, где бетонные плиты чуть ли не сплошь поросли сосняком, не то ураган или другая напасть, не то солдаты, бегавшие в самоволку, проделали приличную брешь в защите воинской части.

— То, что надо! — довольно потерла руки Полина.

Не боясь ободрать бока и изляпать волосы смолой, пробралась через дыру в заборе, выбралась на широкую тропинку. И тут же услышала окрик:

— Стой, стрелять буду!

На секунду обернулась, заметила солдата с ружьем наперевес.

— Не надо стрелять, миленький! — взмолилась не своим голосом. — Я только парня своего найду и тут же обратно. Ага?

— Не положено! — объявил в ответ мальчишка. — А ну, лезь обратно в дыру, а то мне, знаешь, как влетит. Кому говорят! Куда?!

Петляя, как зайчонок, Полина бросилась бежать. Через кусты и овраги. Не боясь порвать одежду или здохнуться. Лишь бы не упасть на живот и не навредить ребеночку.

— Поймаю, прибью! — послышалось сзади.

Солдат стрелять не стал, но гнался следом. Полина уже не бежала, а буквально летела на крыльях любви. И только полоса препятствий преградила ей путь.

— Вот черт! — охнула Полина, не успев вовремя затормозить.

Колючая проволока обмоталась вокруг щиколотки, создав нечто вроде капкана — чем сильнее тянешь, тем больше затягивает. Пока пыталась выбраться, злющие металлические шипы захватили волосы и одежду.

— Помощь нужна? — раздался над ухом приятный мужской голос.

Полина и не заметила, как к ней подошли. Подняла голову и сквозь собственные пряди волос рассмотрела склоненное лицо. Весьма приятное, надо сказать, лицо. Мужественное, загорелое, с высокими скулами, волевым подбородком и глазами цвета ясного неба. Темно-русые волосы коротко острижены, на чувственных губах играет полуулыбка.

Впечатление немного портил застарелый шрам, прочертивший глубокую борозду от брови до уголка чувственных губ. Но он пугал не так сильно, как три огромные звезды на плече незнакомца.

Мама Валентина в минуты душевного подъёма любила привирать, будто отец Поли был настоящим полковником. То военным, то полицейским — тут показания путались. Но погоны Поля видела на картинке.

— Н-нужна, — заикаясь, проговорила она. — Очень. Меня тут убить собираются, не позволяйте, пожалуйста.

Судя по подозрительному хрусту веток, наблюдавший за сценой часовой поспешил сбежать с места позора.

Роман помог девушке высвободить одежду, принялся за волосы. В это время остальные военные стояли поодаль, не решаясь вмешаться. Одно было ясно — кому-то сильно попадет за постороннего, проникшего на территорию воинской части без разрешения.

Роман не думал об этом. Большие опасения пока вызывали шикарные волосы девушки, намертво запутавшиеся в колючей проволоке.

— Да отрежьте вы их уже!.. — не выдержала Поля.

— Ни за что! — ужаснулся Роман. — Разве можно избавляться от такого сокровища?.. Иванов, Петров, да что же вы стоите истуканами? Помогайте!

Майор и подполковник бросились спасать девушку и ее волосы, привлекли к операции двух лейтенантов. Через три минуты Полина стояла перед офицерами, понуро опустив голову. Сомнений не возникало — девушка ждёт наказания.

Роман осмотрел ее с ног до головы. Опытный взгляд оценил длину ног, узкую талию и вполне заметную под олимпийкой грудь. Заметил и то, насколько потрепана одежда, да и кроссовки выглядят так, точно в них забег по каменистой местности совершали. А еще девушка стояла только на одной ноге, точно цапля. Морщилась, определенно чувствовала боль.

— Что с ногой? — уточнил Роман. — Повредила?

— Пустяки, — попыталась оправдаться Полина. — До свадьбы заживет. А если и нет — не страшно.

Роман иронично приподнял бровь, при этом длинный шрам растянулся, сильнее искажая черты лица.

— Показывай, что у тебя там, — привычно приказал Роман, опускаясь на колено возле девушки.

— Не надо! — ойкнула Полина. Отпрыгнула назад, наступила на больную ступню. Охнула и поспешно закусила губу.

Роман Казанцев не привык, чтобы его приказы нарушались. По крайней мере, не в воинской части, не на его территории. Потому не стал церемониться со вздорной девчонкой, закинул на плечо и понес в лазарет.

— За мной! — скомандовал подчиненным.

Чуть ли не на цыпочках, склонив головы, офицеры и солдаты отправились вслед за командиром. Больше остальных переживал майор Петров — это он отвечал за полосу препятствий. Головой отвечал. Знал бы, что какой-то полоумной девице взбредет в голову забрести в воинскую часть, караул выставил.

Болтаясь на плече полковника, точно мешок с картошкой, Полина буквально пятой точкой ощущала косые взгляды военных. Но это не так страшно, ведь от полковника исходил почти физически ощутимый заряд уверенности и силы. Он нес ее так, словно она весила не больше пушинки. Как охотник, тащил пойманную жертву в свое логово.

И Полина боялась ему возражать. Едва ли не впервые в жизни решимость отказала ей. Даже боль в ноге престала пульсировать и причинять беспокойство.

— Марина! — прикрикнул Роман, оказавшись на пороге лазарета. — Принимай пациентку!

На крик выбежала полная девушка с прической из двух хвостиков, по цвету и вешнему виду больше похожих на крысиные. Прищурила на Полину и без того узкие глаза и сложила на груди руки.