Лазурь на его пальцах - Кэрри Лонсдейл

– Какая прелесть! Это же просто провал во времени – прямиком в «Американские граффити»^[7]! – воскликнула Кристен и с восторгом показала мне выставленные большие пальцы.

Папа поднял голову к высокому потолку. В местах, где отсутствовали плитки, торчали провода. Оставшиеся плитки либо потрескались, либо пожелтели от протечек.

– Ну что, в целом – перспективное местечко.

– Вот видите? И я так считаю! – радостно воскликнула я.

Надя направилась в кухню.

– Подумываешь об аренде? – осведомилась она.

– Уже подписала документы.

Она замерла на полушаге.

– Что? Когда это случилось?

– На прошлой неделе.

Мы с Джо несколько дней прорабатывали разные пункты договора и наконец в пятницу его подписали. Во вторник я забрала ключи. Сегодня была суббота – первый день, когда мне удалось собрать вместе и папу, и Надю, и Кристен. Мама тем временем находилась в «Старом козле», следя за вывозом мебели, которую они с папой жертвовали в приют Святого Антония. Отец должен был потом туда подъехать.

Я посмотрела на часы, надеясь, что после отбытия папы Надя с Кристен надолго не задержатся.

– Сейчас здесь, конечно, гадюшник, – подытожил отец, вторя Наде. – Но метраж у него как раз для тебя. Просто здесь надо хорошенько приложить руки.

– И приобрести кувалду покрепче, – вставила Надя, снова вернувшись в обеденный зал. – Ты вообще проверила сам объект, прежде чем подписать бумаги?

– Ну да, я огляделась.

– Ты огляделась?! – Надя сквозь зубы выругалась. – Не пойми меня неправильно, но я за тебя очень сильно волнуюсь. У тебя, конечно, будет классный ресторан, но риск банкротства тут немалый. – Спохватившись, она виновато взглянула на моего отца, но тот лишь отмахнулся, и Надя снова уставилась на меня: – Нельзя принимать таких поспешных решений. Вот, смотри, – указала она на пятна от протечек на деревянной обшивке стен. – Ты поинтересовалась, откуда это здесь появилось?

– Нет, – раздраженно фыркнула я. – Джо предупредил, что здесь придется нехило потрудиться.

– Да уж, надо думать! Здесь вообще все надо переделать. И еще неизвестно, какие нас при этом ждут сюрпризы. – Ее взгляд перескакивал с места на место, критически цепляясь ко всем тем деталям, которые мое дилетантское око не видело в упор. – Надо было хоть мне сначала позвонить. Я бы посмотрела все как следует, чтобы ты имела какое-то представление о том, во что ввязываешься. Любая реконструкция требует затрат, причем очень быстро возрастающих. И не успеешь оглянуться – как ты уже превысишь смету или, хуже того – вообще останешься на бобах. Ты хотя бы для сравнения посмотрела какие-нибудь другие точки?

– Зачем? – пожала я плечами. – Здесь меня пока освобождают от арендной платы.

– Как это?! – заморгала Надия.

А папа даже присвистнул.

– Ух ты, здорово! – пробормотала Кристен, забавлявшаяся тем временем с древним кассовым аппаратом. Наконец он звякнул.

– И надолго? – уточнила Надия.

– На все время ремонта. До самого дня открытия никакой арендной платы.

Надя от неожиданности приоткрыла рот.

– На самом деле, это очень удачная для меня сделка, – добавила я. – Мне нравится это место.

На губах у отца появилась легкая улыбка. Он-то знал, что для меня это местечко особенное. Из этих окон открывался все тот же вид, что наблюдали мы с Джеймсом, заходя сюда перекусить. Все так же мимо проезжали автомобили, мамы катили коляски с малышами, все так же время от времени какой-то велосипедист юлил вдоль бордюра, уворачиваясь от машин. Сейчас за окном шел проливной дождь – первая в этом сезоне гроза. Я снова посмотрела на часы.

Надя включила свой планшет, усаживаясь на ближайший стул. Тронула несколько значков на экранной клавиатуре.

– А ты уже решила, что тут будешь делать? – поинтересовалась она.

Кристен, выжидающе глядя на меня, опустилась на стул рядом с Надей. Папа тоже придвинулся поближе.

– У меня на самом деле масса идей, – улыбнулась я. – Ну, к примеру, варить по собственной рецептуре кофе и печь к нему разные эксклюзивные вкусняшки.

– И как ты собираешься назвать свое заведение? – спросила Кристен.

– «У Эйми», – торжественно объявила я и, вытащив из папки эскиз логотипа, положила его на столик.

Все трое тут же в любопытстве приникли к нему.

– Так и запишем: «Свежий заварной кофе и изысканные лакомства». А что, мне нравится! – похлопала меня по плечу Кристен.

Надя между тем что-то напечатала в своем планшете.

– Даже если прикинуть вчерне, ремонт здесь обойдется в копеечку: затраты на строительные работы, лицензию, страховку, на закупку мебели, найм персонала, плюс расходы на твою собственную жизнь…

– Расслабься, – перебила я подругу и стала успокаивающе поглаживать ей плечи. – Не надо так волноваться. Я буду благоразумно вести свое хозяйство.

– Вот и хорошо. Начать можешь с меня. Как я и обещала, денег я за свою работу не возьму, а еще привлеку свои связи, чтобы минимизировать твои расходы.

– Но что-то я тебе все равно должна заплатить.

Надя тихонько хихикнула.

– А я и не говорила, детка, что стану работать задарма! – Она расплылась в улыбке.

– Даже боюсь уточнять… – пробормотала я.

Подвинувшись на стуле, Надя торжественно воздела ладонь:

– Хочу всю оставшуюся жизнь получать у тебя бесплатный кофе, а еще твое фирменное лимонное печенье.

Я от души рассмеялась и пожала ей руку:

– Заметано! Так что, надолго затянется ремонт, как думаешь?

Она сложила губы бантиком, задумчиво помычала.

– Ну, если очень повезет, ты сможешь открыть заведение месяцев через восемь.

Я аж присвистнула.

– Ничего себе, как долго! – Мне не терпелось поскорее сделать первые шаги.

Сама того не сознавая, я опять взглянула на часы. Заметив это, Кристен легонько ткнула меня локтем и постучала пальцем по циферблату:

– Куда-то собираешься?

– Нет, – качнула я головой, – я просто кое-кого жду.

– И кого?

– Яна, – ответила я, запылав румянцем.

Накануне Коллинз вернулся из поездки и сегодня утром мне позвонил. Я предложила ему встретиться здесь – так сказать, на нейтральной территории. После двух недель долгих и тяжких раздумий я так и не сумела понять: чего я, собственно, хочу от Яна? Хотя было совершенно очевидно, что сам он надеется добиться от меня гораздо большего, чем просто дружба.