Соблазнение жены - Джанет Чапмен

Проклятье, нужно что-то делать.

— Алекс, у них оружие! — прокричала Сара и прыгнула на них. Оба мужчины покатились по земле, охнув от неожиданности, а Сара ударилась о твердую землю и вскрикнула от боли в колене.

Человек, на которого она прыгнула, набросился на нее с оружием в руке и ударил по ребрам.

Другой встал на ноги и схватил ее за волосы, поднимая перед собой. Она лягнула его в голень, одновременно ударяя локтем в живот. Пнула первого, наставившего пистолет в сторону дороги, и снова услышала крик Алекса. Заорала изо всех сил:

— Алекс! У них оружие!

Мужчина сзади схватил ее за плечо и повалил на землю. Прогремел выстрел, и Сара закричала прежде, чем поняла, что стреляли не эти двое рядом с ней. Они припали к земле и замерли неподвижно, всматриваясь в направлении дороги, один из них прижал ее к земле коленом.

— Оставь ее, — сказал человек с пистолетом, стаскивая напарника с Сары и толкая его глубже в лес.

Потрясенная неожиданным освобождением, Сара закрыла лицо руками, ее била дрожь.

— Сара! Сара, где ты?

Она подняла голову, судорожно вздохнула, пытаясь унять дрожь во всем теле.

— Алекс! Я здесь. Они… они убежали, я не знаю, где они! — прокричала она.

Алекс продрался сквозь густой кустарник и опустился на корточки возле нее, внимательно осматривая лес вокруг, держа оружие наготове. Сара стала на колени и уткнулась лицом в его куртку.

Алекс одной рукой придерживал Сару, вполголоса бормоча какую-то бессмыслицу, и пристально вглядывался в лес. Они, несколько раз крикнула она, значит, их было как минимум двое. Алекс несколько минут всматривался в лес, его лицо помрачнело, когда он посмотрел вниз и увидел куски коры и листья в ее спутанных волосах.

— Что случилось? — Он мягко стиснул ее, когда она не ответила, и снова осмотрел лес. — Что ты здесь делаешь одна?

Послышался хлопок автомобильных дверей, затем они услышали рев двигателя и шорох шин по гравию.

Алекс слегка отклонил ее назад, чтобы увидеть ее лицо.

— Как долго они тебя преследовали? Ты ранена? — мягко спросил он.

Когда Алекс понял, что она не может вымолвить ни слова, а только качает головой, он засунул пистолет за пояс, встал, поднял Сару и повел ее к машине. Там посадил ее на пассажирское сиденье и закрыл дверь, затем поставил пистолет на предохранитель, спрятал его под водительским сиденьем и залез сам. Но вместо того, чтобы включить зажигание, уставился на велосипед и старую тележку Такера в канаве.

— Не следует ездить на велосипеде по этой дороге в поисках своих веточек, — сказал он, тщательно подбирая слова и сдерживаясь. Он видел, что женщину все еще трясет, и его гнев моментально улетучился. Завел машину, выжал сцепление, затем притянул Сару поближе и направился домой, крепко прижимая ее к себе.

Он вернулся домой два часа назад, надеясь провести время наедине с Сарой, обучая ее водить машину и давая понять, что он — не просто один из ее «поклонников». Но, придя домой, обнаружил только записку на лобовом стекле. Он был зол, хотя и не слишком удивлен, поэтому уступил ей победу в этом раунде борьбы характеров и поехал обратно на работу.

Но затем один из водителей на складе где-то полчаса спустя вылез из фуры и, улыбаясь, сообщил Алексу, что видел, как его жена ехала на велосипеде по дороге, грязная, как кошка, обмазанная смолой, и тащила за собой старую тележку.

Алекс помчался домой, надеясь поймать ее по дороге. Когда заметил незнакомую машину на обочине, заволновался. А увидев велосипед и тележку в канаве и два набора больших следов, ведущих в лес, вытащил оружие, которое они всегда держали под сиденьем.

— Где ты была, когда крикнула, что у них оружие? — спросил он, когда дрожь в ее теле поутихла, хотя она все еще сидела с застывшим взглядом.

— На… на дереве.

— Ты залезла на дерево?

Она кивнула.

— И что потом?

— Я прыгнула на них, — прошептала она.

Алекс лишился дара речи. Она прыгнула на двух мужчин с оружием в руках?

— Зачем? — хрипло спросил он.

— Они собирались напасть на тебя сзади.

Алекс почувствовал, как дрожь поднимается у него в груди, постепенно подбираясь к пальцам. Она оставила укрытие, чтобы спасти его? Святые угодники, она что, идиотка?

Она резко отпрянула, и Алекс понял, что сказал это вслух. Он успокаивающе положил руку на ее колено и посмотрел в окно, выруливая на дорожку к дому.

— Нельзя прыгать на вооруженных людей.

Она зло посмотрела на него.

— Мне что, надо было сидеть и смотреть, как они окружают тебя?

Алекс не мог выразить, что чувствовал в тот момент. Его сильно взволновало то, что она сделала, но в то же время гнев скрутил его внутренности. Она снова попыталась сесть прямо, и он отпустил ее.

— Отлично, в следующий раз я позволю им тебя застрелить.

— Почему они преследовали тебя?

— Не знаю. Я ехала по дороге, когда они вышли из леса.

— Ты никогда их раньше не видела? В городе? В магазине Мери, может быть?

— Нет.

— Они вышли из леса, увидели тебя на велосипеде и просто стали преследовать?

Она кивнула.

— Ты разговаривала с ними?

— Нет, я помахала им и поехала дальше, — она разглядывала свои руки, вцепившиеся в колени на грязных джинсах.

Алекс въехал во двор, заглушил мотор и повернулся на сиденье.

— Ты помахала им, — повторил он спокойно.

Его голос, должно быть, выдал его гнев, потому что она вздрогнула. Алекс закрыл глаза и медленно вздохнул.

— Сара, нельзя вот так махать незнакомцам далеко от дома.

— Нет! Все было не так. Они преследовали меня не потому, что я помахала им. Думаю, им не понравилось, что я видела, как они выходили из лесу.

— Они, наверное, просто охотились. Ну зачем кому-то, скажи на милость, преследовать тебя из-за того, что ты видела охоту?

— Они были на тропинке, ведущей к дому. И не охотились. Один из них складывал карту, а другой держал винтовку, а не охотничье ружье. И они были одеты в кожаные куртки и кроссовки. — Она посмотрела на него, на ее лице проступила злость. — Я им ничего не говорила. Я просто показала, что увидела их, и поехала дальше. Я не могла просто сделать вид, что не заметила их.

— Нет, могла.

Она хотела открыть дверь авто, но Алекс потянулся и взял ее за руку.

— Сара, ты не представляешь, какое впечатление производишь на мужчин. Когда ты улыбаешься, сам папа римский может забыть свои обеты.

— Значит, это моя вина? — спросила она высоким голосом, не веря своим ушам. Она выдернула ладонь и скрестила руки на груди. — Я была настолько глупа, чтобы слегка улыбнуться и помахать этим людям, приглашая их погнаться за мной через лес? С винтовкой и пистолетом?