Сестры - Даниэла Стил

— Нам будет не хватать тебя, когда ты уедешь. Я всегда по тебе скучаю.

— Я тоже, — печально сказала Тэмми. Жизнь вдали от сестер показалась ей пустой. Здесь они собирались за обеденным столом, здесь она могла в любое время поговорить с ними под благожелательным взглядом отца. Это напоминало ей детство, которое, по ее мнению, было у них идеальным, хотя такое редко случается. И ничто с тех пор не изменилось, если не считать того, что они уже разлетелись по всему свету. Правда, теперь, когда Энни выйдет из больницы, они снова все будут жить вместе, и только Тэмми будет находиться за три тысячи миль от них. Но у нее не оставалось выбора. Она не могла все бросить, не могла поставить крест на карьере, которая далась ей с таким трудом. Предстояло сделать трудный выбор.

Сестры стали подниматься вверх по лестнице, и из кухни появились одна за другой три собаки. Видимо, это было своего рода перемирие, однако Бьюла и Хуанита за последние дни очень подружились. Принадлежащая Кэнди йорк по кличке Зоя не отходила от хозяйки или сидела у нее на коленях. Хуанита и Бьюла и спать стали вместе, причем чихуахуа игриво покусывала длинные шелковистые уши Бьюлы. Они даже вместе погонялись за кроликом на заднем дворе, рассмешив всех. Зоя была самой элегантной из этого трио и щеголяла в ошейнике, украшенном горным хрусталем, и розовых бантиках. Хуанита отличалась самым пламенным характером, а что касается Бьюлы, то, как заметил Крис, с тех пор как они сюда приехали, она ни разу не впадала в депрессию. По словам Криса, ей, наверное, не нравилось быть единственным ребенком, и нужна была компания сверстников. Кэнди пообещала прислать ошейники с хрусталем всем остальным, на что Крис, округлив глаза, заметил:

— Не забывай, Кэнди, Бьюла — охотничья собака, а не супермодель.

— Ей не помешает немного шика, — сказала с усмешкой Кэнди. — Возможно, в депрессию она впадает из-за его отсутствия. — Старый собачий ошейник выцвел и обтрепался, и когда об этом заговорили, собака оживилась и завиляла хвостом. — Смотри, она понимает, что я имею в виду. В Париже у меня есть замечательная мастерица, которая изготавливает одежду для Зои. Перед отъездом я сниму мерку с Бьюлы и закажу что-нибудь для нее.

— Теперь самое время мне впасть в депрессию. Ты портишь нашу собаку, — решительно заявил Крис.

Бьюла была единственной собственностью, которая официально принадлежала ему и Сабрине. У каждого из них была своя квартира, у них никогда не было общих денег, и вещи свои они старались держать отдельно. Будучи адвокатами, они знали, какие проблемы могут возникнуть, если все будет по-другому, а они вдруг пожелают разойтись. Однако Бьюла была их общим ребенком. Сабрина шутила, что им надо заключить соглашение о совместном попечении над ней на тот случай, если они надумают разойтись. У Криса была идея получше: он предпочел бы пожениться, хотя бы ради того, чтобы защитить интересы собаки, как он любил говорить, поддразнивая Сабрину. Но замужество пока не стояло на ее повестке дня.

— Почему ты не выходишь за него замуж? — спросила Тэмми, когда на следующее утро они сидели на кухне и пили кофе. Отец с Крисом уехали по делам, а Кэнди отправилась посмотреть на новый гимнастический зал, открывшийся неподалеку. Она заявила, что набирает вес, и это показалось всем остальным хорошей новостью. Кэнди жаловалась, что тело ее становится дряблым, чему было трудно поверить, поскольку ей был всего двадцать один год.

— Сама не знаю, — со вздохом ответила Сабрина. — Я просто не могу представить себя замужней. Целыми днями я выслушиваю ужасные истории о том, как люди, некогда влюбленные, унижают друг друга, обманывают, обсчитывают, если не приняли меры на случай развода при вступлении в брак. Из-за этого брак не кажется мне очень заманчивой перспективой, каким бы чудесным парнем ни был Крис. Все они поначалу хорошие, а потом вдруг все летит ко всем чертям.

— Но вспомни маму с папой, — возразила Тэмми.

Для нее отношения родителей были образцом идеального брака. Если бы она когда-нибудь нашла мужчину, похожего на отца… Но мужчины в Лос-Анджелесе, особенно в шоу-бизнесе, ей встречались одни ненормальные: либо игроки, либо страдающие нарциссизмом, либо были просто плохими парнями. В общем, встречались всякие. Она будто притягивала как магнит придурков и подонков, но главным образом придурков, по ее словам.

— Да, мама с папой, — печально повторила Сабрина. — У них был идеальный брак. Но где ты найдешь себе такую пару? Такое случается крайне редко. Мама сама это говорила. Она всегда говорила, что им повезло. Я не уверена, что мне повезет так же, как ей, а если не повезет, то я буду считать себя обделенной, потому что на меньшее не согласна. Они слишком высоко установили планку.

— Думаю, Крис близок к идеалу. Тебе удалось найти хорошего человека, а это уже немало. К тому же мама и папа работали над своими отношениями. Я помню, как они иногда спорили, когда мы были маленькими.

— Ну, это было не часто. Обычно они спорили из-за наших проделок. Например, когда я вечерами без спросу ускользала из дома, папа считал, что надо сделать замечание и этим ограничиться. Мама же на три недели сажала меня под домашний арест. Она была гораздо строже, чем он.

— Возможно, именно поэтому они так хорошо ладили. Я не припомню, чтобы родители хоть раз серьезно поссорились. Ну, возможно, один раз, когда он выпил лишнего на Рождество. Мама тогда не разговаривала с ним целую неделю!

Сестры рассмеялись при этом воспоминании. Даже хлебнув лишнего, он оставался очень милым. А мама говорила, что он поставил ее в неловкое положение перед друзьями. Никто из родителей не пил лишнего, хотя дочери пили больше, чем родители. Кэнди чаше остальных бывала на вечеринках и благодаря своей работе вращалась в более раскрепощенном обществе. Но никто из них, даже Кэнди, не переступал рамок дозволенного. Правда, Энни со своими друзьями-художниками покуривала опиум, но она так серьезно относилась к своей работе, что не злоупотребляла этим. Она делала это чаще, когда училась в колледже, однако ни у кого из них, как и у их родителей, не было проблем с зависимостью. Они были вполне здоровой ячейкой общества. Крис пил больше, чем Сабрина, и любил выпить водки, когда они где-нибудь бывали, но все было в разумных пределах. Тэмми он казался идеальным мужчиной, особенно по сравнению с попадавшимися ей ничтожествами.

— По-моему, было бы весьма печально, если бы вы с Крисом так и не поженились, — заметила она и поставила свою чашку в посудомоечную машину. — Тебе в сентябре исполнится тридцать пять лет. Если ты хочешь иметь детей, то больше медлить нельзя. Да и он устанет ждать. Вы даже не живете вместе. Удивительно, что он не прибегает к мерам принуждения. Он ведь тоже не становится моложе.

— Ему всего тридцать шесть лет. И он иногда прибегает к принуждению. Я просто говорю ему, что не готова. И не знаю, буду ли когда-нибудь готова. Меня устраивают наши нынешние отношения. Мы с ним спим вместе три или четыре раза в неделю. Я люблю побыть одна. Я, наконец, часто работаю по ночам.

— Ты безнадежна, — заметила Тэмми.

— Возможно, ты права, — призналась Сабрина.