Запретное наслаждение - Джо Беверли

Первой на звонок откликнулась Энн, горничная Клары, позвала Ханну, и потом вместе они вернулись: Энн несла воду для умывания, а Ханна – поднос с завтраком, состоявшим из шоколада и сладких булочек. Горничные проявили благоразумие и решили объединить свои обязанности.

Девушки принялись за завтрак, и Люси спросила:

– Каковы ближайшие планы?

– Завтра – утренние визиты, потом театр, я думаю. Да, еще несколько раутов, естественно, и ужин в обществе папиных партнеров. Скучная компания.

Уж пусть лучше скучная, чем опасная. Итак, сегодня – день, свободный от Виверна.

Но оказалось не совсем так: всюду, куда бы они ни приходили, обсуждали только его: и красив-то он на удивление, и какие аристократические у него манеры, и как он непринужденно общается со своими высокопоставленными друзьями…

Люси стало даже его жаль. Вероятно, великосветские кумушки ожидали, что и его постигнет та же участь, что и несчастного торговца зерном, которому так и не удалось стать своим в высшем обществе.

А кое-кто высказывал и вовсе дикие домыслы. Так, леди Кристина Фанборо за чаем у миссис Фокс-Ленгли сказала Кларе и Люси:

– Безумный граф убивал всех наследников, поэтому мальчика прятали в крестьянской семье в ожидании того дня, когда он сможет открыто заявить о себе как о наследнике.

– А разве он не служил управляющим у графа? – удивилась Люси.

Леди Кристина посмотрела на нее с упреком.

– Вот я и говорю: прятали. Иначе граф приказал бы его убить.

Леди Кристина удалилась, а Люси озадаченно посмотрела на Клару.

– «Граф-крестьянин», – пояснила та. – Роман. Точно такой же сюжет.

– И чем там закончилось?

– Он женился на своей истинной любви, пастушке по имени Ифигения.

– Пастушка с таким именем? Не может быть.

– Может, потому что она, естественно, пропавшая дочь короля.

Заметив, что Клара с трудом сдерживает улыбку, Люси от души рассмеялась, но потом сообразила, что такое поведение противоречит хорошим манерам и замаскировала смех кашлем. Ей очень захотелось поделиться этой историей с…

Чтоб он провалился!

…с тем простым деревенским джентльменом из магазина Уинсона – вот с кем! Только, к сожалению, человека, с которым она в шутку пикировалась, не существует. Есть граф в обличье крестьянина. Люси отлично понимала, насколько абсурдна эта мысль, но идея ей нравилась. И в самом деле: граф-крестьянин.

В тот вечер они отправились в театр. Подобное времяпрепровождение не было внове для Люси: она неоднократно посещала представления в различных театрах, и ее отец даже арендовал ложу, – но тогда она была безымянной зрительницей. Сейчас же, стоило им занять свои места, она сразу ощутила на себе пристальное внимание.

– До чего же неприятно, когда тебя рассматривают как диковинное насекомое, да еще и комментируют, – сказала она Кларе.

– Так всегда бывает перед началом спектакля. Смотри, а вон и леди Кристина в сопровождении лорда Уорингема. Может, у них что-то и получится? Он, должно быть, старше ее лет на десять, а то и больше.

Помня о своей роли, Люси сказала:

– А я вижу Марию Вандеймен и мисс Флоренс, только сопровождает их сегодня не граф Виверн, а какой-то эффектный блондин.

Клара хихикнула.

– Люсинда, это сам лорд Вандеймен.

– Муж Марии Селестин? – изумилась Люси.

Она-то думала, что Мария вышла за юного балбеса, и не ожидала, что Вандеймен окажется таким красавцем. Неудивительно, что Мария не устояла, хотя, тут же напомнила себе Люси, с ее стороны это было большой-пребольшой глупостью.

На следующий день было воскресенье, которое, по эдикту тети Мэри, должно проходить в тишине и размышлениях. Люси рассчитывала, что все именно так и будет. По пути в церковь и обратно беседа текла спокойно, как Темза. Наверное, сказала себе девушка, ее крючконосый дядюшка, забившийся в угол кареты, уже научился не слышать всю эту болтовню.

Радовало то, что речь шла не о Виверне. После службы кто-то из знакомых сообщил, что в пятницу случился скандал: на маскараде два дворянина подрались из-за шлюхи.

– Я не одобряю маскарады, – заметила тетя Мэри, неприязненно скривив губы.

Еще одна новость состояла в том, что лорд Маршемптон проиграл десять тысяч на хазарде.

– Азартные игры – это происки дьявола! – провозгласила тетушка, поморщившись.

В этом Люси была с ней согласна. Если дело все же дойдет до замужества, Маршемптона не будет в ее списке.

Лорд Хаутон, как рассказали, собирается подать в суд на мистера Трейна.

– Надеюсь, он выиграет дело и уничтожит этого мерзавца, – сказала тетя Мэри. – Я питаю искреннее отвращение к тем, кто соблазняет дам и вынуждает пренебрегать своим долгом.

Если бы Люси не был чужд необоснованный риск, то она спросила бы, а не могло ли так случиться, что именно дама соблазнила джентльмена. В памяти всплыли библейские Саломея и Далила. Как бы то ни было, все это служило дополнительным доказательством разрушительной силы любви.

* * *

– Плохо, что мисс Поттер не ходит в нашу церковь, – сказала Сюзан, когда они с Дэвидом и Конаном возвращались домой. – А поскольку ее вчера не было у леди Рейбурн, получается, что ты расчистил дорогу своим соперникам.

– Нам нужна разведка, – сказал Конан. – Шпионы среди домочадцев.

– Не время шутить! – возмутилась Сюзан. – Тридцать тысяч фунтов!

– И жена в придачу, – напомнил Дэвид. – Только жениться на ней я не собираюсь.

Сюзан остановилась.

– Почему?

– Потому что она умна и образованна…

– Мисс Поттер? – Изумлению Сюзан не было предела.

– Да, а еще лжива.

Дэвид поведал ошеломленным родственникам, как мисс Поттер отреагировала на дуэль, а также о встрече в книжном магазине.

– Это вовсе не грех – в обычной одежде сходить в магазин, – пожала плечами Сюзан. – А ее характер мне нравится.

– Мне бы тоже понравился, будь она честна. Только на роль жены она все равно не подходит: у нее твердое предубеждение насчет фритредерства. Возможно, на своего мужа она и не донесет, только доверять ей я никогда не смогу.

– Умение обвести вокруг пальца не кажется мне недостатком, – возразила Сюзан. – При необходимости она с легкостью могла бы дурачить таможенников. Думаю, тебе стоит побольше о ней узнать, прежде чем отказываться.

Дэвид не счел нужным делиться с сестрой тем, что когда дело касалось Люсинды Поттер, начинал остро чувствовать свою уязвимость.

– У меня нет ни желания, ни возможности тратить на нее время: нужно решить вопрос побыстрее, – поэтому я решил приглядеться к мисс Таплер и мисс Рекман.