О любви не говори - Барбара Фритти

– Ужасно! – Джулия даже внутренне содрогнулась при мысли о том, что пришлось пережить Алексу в тюрьме. – Но зачем вам все это? После всего вы снова хотите отправиться на поиски новых приключений, да?

– Пока я еще никуда не отправился.

– Так отправитесь! Все дело времени.

– Пожалуй, вы правы! – согласился он с Джулией. – Видите ли, я люблю свою работу. В ней есть все, что мне нравится: риск, опасность, чувство новизны. Но главное – я сам себе хозяин. Я ведь фрилансер. Еду туда, где есть интересный материал для съемок, снимаю, а потом продаю результаты своего труда тому, кто больше заплатит.

– И вам не надоело кочевать по свету? Бесконечные перелеты, поездки… Да и условия жизни…

– Иногда устаю. Особенно когда приходится обходиться без душа в течение нескольких дней. Или без приличной еды. Но такой уж я уродился непоседа! Не могу усидеть на одном месте. Тянет меня в дорогу, и все тут. – Алекс бросил быстрый взгляд на девушку. Интересно было бы послушать ее рассказ о своей жизни, но что-то подсказывало ему, что чем меньше он знает о Джулии, тем лучше для него. И все же один вопрос непроизвольно сорвался с языка:

– А вы любите путешествовать?

– Наверное, мне бы понравилось путешествовать, вот только я еще нигде не была.

Джулия машинально тронула кольцо, подаренное женихом на помолвку на среднем пальце, и повернула бриллиант вниз.

Интересно, кто ее жених, мелькнуло у Алекса. Разделяет ли он ее стремление узнать правду о собственном прошлом? Лучше бы он держался в стороне от этих поисков, подумал он, и снова удивился себе.

– Так что пока я путешествую, сидя в кресле. Вместе с музыкой. Надеюсь, в один прекрасный день побывать в разных странах и лично.

– Почему не начать прямо сейчас?

– У меня есть обязательства… перед близкими. Последние два года и вовсе было не до поездок. Мама болела, и я боялась оставлять ее надолго.

– Зато сейчас ничто не мешает вам спланировать себе шикарное свадебное путешествие.

– Думаю, мы не поедем далеко. Майкл не большой любитель путешествовать. В отличие от вас он – домосед.

– О, он многое потерял! На земле есть такие уголки, что просто дух захватывает от тамошних красот.

– Например? – Ее голубые глаза моментально вспыхнули живейшим интересом. – Расскажите хотя бы об одном из таких уголков.

Он задумался.

– Например, водопад Игуасу в Южной Америке, на стыке трех государств: Аргентины, Бразилии и Парагвая. Там такая мощь, такой напор воды, кажется, будто рев падающих вниз потоков пронизывает насквозь все тело. Когда стоишь вблизи, то такое чувство, что еще мгновение, и земля разверзнется у твоих ног.

Алекс мысленно представил себе водопад и с сожалением подумал, что никакое, даже самое красочное описание не передаст и тысячной доли его красоты и величия. Кстати, и камера тоже не справилась с этой задачей. Наверное, природа все же не терпит статики, и есть вещи, которые невозможно перенести на мертвую пленку.

– Звучит заманчиво! – вздохнула Джулия. – А куда вы отправитесь в свою следующую поездку?

– Пока еще не знаю. Я только что вернулся после шестинедельной командировки в Южную Америку. Трудная была поездка, жара, долгие перелеты, да и всякие болезненные истории, о которых… – Он оборвал себя на полуслове. С чего это он вдруг так разболтался? Нет, так нельзя! Чем сильнее он начнет привязываться к девушке, тем сложнее все станет опять же для него. До сих пор он предпочитал в отношениях с женщинами простые схемы.

– Что за болезненные истории? – вцепилась Джулия мертвой хваткой в его последние слова.

– Мне бы не хотелось вспоминать об этом сейчас.

– Нет уж! Сказали «А», говорите и «Б». Разве можно обрывать рассказ на середине фразы?

– Все можно, Джулия! Да и сама история не для слабонервных. Не стоит таким, как вы, знать о всяких мерзостях.

– Что значит «таким, как вы»? – внутренне напряглась Джулия.

– Красивым, чистым девушкам, не испорченным реалиями нашего времени.

– Вы ошибаетесь, Алекс! Мне тоже пришлось уже многое повидать в жизни. На моих глазах умирала мама. Я знаю, что такое смерть и что такое боль.

– Все так, – согласился Алекс, – и все же иногда приходится сталкиваться с такими проявлениями бесчеловечности, что просто волосы на голове дыбом встают. Нищета, насилие, жестокость – все это порой просто не укладывается в твоем сознании. Как такое можно переносить? Как можно жить в таких условиях? Иногда я даже начинаю думать, что проку от моей профессии никакой. В самом деле! Ты начинаешь снимать человека, и в этот момент ему сносят башку. Веселенький опыт, да?

«Быть может, хоть сейчас она отстанет от меня с подробностями», – подумал он, увидев шок на лице Джулии.

Но девушка оказалась упрямой.

– И когда это случилось? – тихо спросила она.

– В прошлом году.

– Представляю, как вам было тяжело! – воскликнула она. В ее голосе было столько сочувствия, что впервые за долгие месяцы Алексу вдруг захотелось поделиться с ней тем страшным опытом, который ему пришлось пережить.

– Да, непросто, – начал он. – Но я успокаивал себя тем, что, по крайней мере, я снял эту женщину, снял картину ее гибели, и, следовательно, ее смерть не пройдет незамеченной, как сотни тысяч других смертей. Потому что я был там и все видел своими глазами. Вот такой рациональный подход к случившемуся. Зато я не сошел с ума!

Джулия долго не отводила от него глаз. Она просто сидела и молчала, но Алексу показалось, что в эти минуты она читает все то, что накопилось в его душе.

– Но и боль ведь никуда не делась! – тихо проронила она. – А кто была эта женщина?

– Просто женщина, которая прибежала ко мне за помощью. – Он сделал глубокий вдох, словно пытаясь прогнать от себя страшные картины воспоминаний. – Помню ее черные как уголь глаза, полные дикого ужаса. Она уже знала, что за ней гонится муж, который обвинял ее в прелюбодеянии. А на самом деле ее просто изнасиловал кто-то из местных. – Алекс замолчал, собираясь с силами. – Наверное, мне надо было вмешаться. Во всяком случае, я должен был заметить, когда возник муж. А я в этот момент возился с фотокамерой, настраивал фокус, и все такое, потом навел камеру на нее, и в этот момент раздался выстрел. Аккуратная маленькая дырочка во лбу, похожая издали на красивую родинку. Она рухнула на землю с открытыми глазами, и эти глаза продолжали смотреть на меня. Они все еще просили о помощи! – Алекс почувствовал позывы к тошноте. – Ну вот! Остается утешать себя лишь тем, что кадр получился отменным.

– И это очень важно! – неожиданно твердо сказала ему Джулия. – Ваша фотография придала смысл и жизни этой несчастной, и ее смерти. Вы словно высветили момент вопиющей несправедливости и жестокости, которыми полнится наш мир. Это благородная миссия!