Девять правил соблазнения - Сара Маклейн

— Так что вы здесь все-таки делаете?

Эти слова были произнесены тихим увещевательным тоном, а его голубые глаза все ярче разгорались от любопытства.

— Я уже сказала вам.

Она осторожно пригубила виски и поморщилась.

Ралстон снова вздохнул, пристально глядя на нее.

— Если это правда, то вы гораздо легкомысленнее, чем я думал, поскольку подвергаете свою репутацию огромному риску.

— Как видите, чтобы не быть узнанной, я оделась простолюдинкой.

— Не слишком умело, к сожалению.

Она нервно поднесла руку к своему чепцу.

— Меня никто не узнал.

— Я вас узнал.

— Вы совсем другое дело.

Он молча смотрел на нее.

— Вы правы. Я совсем другое дело. В отличие от других мужчин, которых может встретить одинокая девушка в заведениях подобного рода, я весьма заинтересован в том, чтобы ваша честь оказалась незапятнанной.

— Спасибо, лорд Ралстон, — насмешливо произнесла она, — но я не нуждаюсь в вашей защите.

— Похоже, вы нуждаетесь именно в этом. Или, Может, стоит напомнить, что вы и ваша семья имеете некоторое отношение к моей сестре? А против нее и так слишком многое. Джулиане вовсе не нужно, чтобы вы одним, прямо скажем, авантюрным поступком уничтожили свою репутацию и ее шанс на успех в обществе.

Виски прибавило Калли смелости.

— Если вас так беспокоит безупречность моей репутации, милорд, могу предложить вам выход — найдите другую наставницу для вашей сестры.

Ралстон, прищурившись, посмотрел ей в глаза.

— Нет, леди Кальпурния. У нас с вами есть договор. И мне нужны именно вы.

— Почему?

— Потому что моя сестра вам доверяет и ваше общество доставляет ей удовольствие. И потому что у меня слишком мало времени, чтобы начинать все с самого начала и искать кого-то другого.

Его тон стал стальным.

В этот момент подошла девушка, разносившая напитки, она склонилась над столом, отчего Ралстону открылся прекрасный вид ее более чем пышных форм.

— Соизволите заказать еще что-нибудь, милорд?

— Не сегодня, — с небрежной улыбкой ответил Ралстон, заметив, как шокировало Калли неприкрытое приглашение женщины.

— У нас сегодня отличный десерт, — со страстной хрипотцой произнесла девушка, нисколько не смущаясь присутствием Калли.

— Я в этом не сомневаюсь, — многозначительно произнес Ралстон, достал серебряную крону и медленно положил монету в ее ладонь. — Спасибо.

Калли сделала резкий вдох. Ее тон стал ледяным:

— Надоело, что мне указывают, как следует себя вести, словно сама я этого понять не в силах, и уж тем более, когда мне указывает кто-то вроде вас.

— Что вы имеете в виду? — спросил Ралстон с невинным видом.

— Вы же не станете утверждать, будто не поняли ее... ее...

На его губах заиграла улыбка.

— Ее?..

Калли раздраженно фыркнула.

— Да, сэр, вы неисправимы.

— В самом деле. Поскольку мы сошлись на том, что мою репутацию невозможно исправить, могу я предложить вам сосредоточиться на вашей? — Он не дождался ее ответа. — Вы прекращаете подвергать риску вашу репутацию, Кальпурния, по крайней мере пока Джулиана выходит в свет. Это означает — больше никаких одиночных визитов в лондонские пабы. Запомните это. Ни в этот, ни в какой-либо иной. А еще лучше, если вы вообще не будете выходить из дома глубокой ночью.

— Конечно, милорд. — В Калли взыграл дух противоречия, разгоряченная алкоголем, она осмелела. — А как мне, по-вашему, избежать неприличных приставаний мужчин в собственном доме?

Прямота ее заявления удивила его, и он тотчас огорчился.

— Вы абсолютно правы. Прошу, примите мои...

— Не смейте извиняться! — У Калли даже голос задрожал, когда она прервала Ралстона. — Я не ребенок, и меня не заставят испытывать ощущение, что я не могу контролировать свои поступки, ни вы, ни кто-то другой. И я не могу...

Она внезапно умолкла. «И я не могу слышать, что вы сожалеете о нашем поцелуе».

Конечно, в глубине души она понимала, что это правда: что Ралстон затащил ее в ту нишу, чтобы доказать свое превосходство, чтобы провести время или еще по какой-то совершенно неромантической причине, — но впервые в жизни ей оказал внимание столь блестящий джентльмен. И она не позволит Гейбриелу Ралстону все испортить своими извинениями.

Возникла долгая тягостная пауза, и Калли осторожно допила виски. Ралстон, конечно же, был прав: теперь, даже с минимальной практикой, напиток усвоился гораздо легче. Она поставила стакан, наблюдая, как капельки виски стекают по внутренней стороне стакана до самого дна. Калли пальцем повторила эту линию с наружной стороны, ожидая, когда Ралстон первым нарушит молчание.

Но он молчал, и ее охватило желание сбежать из этого теперь ставшего слишком тесным места.

— Простите, что испортила вам вечер, милорд. Поскольку я выполнила то, ради чего приходила сюда, полагаю, что могу оставить вас.

Калли встала, набросила капюшон и плотно запахнула плащ. Он поднялся вместе с ней, накинул плащ на плечи, взял шляпу и трость.

Калли взглянула ему прямо в глаза и сказала:

— Я не нуждаюсь в сопровождающих.

— Я перестал бы быть джентльменом, если бы не проводил вас до дома, миледи.

Она обратила внимание на легкий нажим, который Ралстон сделал на последнем слове, как будто напоминая Калли о ее положении.

Она не стала возражать, чтобы не портить этот вечер, который оказался таким ярким. Калли повернулась и начала долгий путь через переполненную пивную к двери, желая выйти из таверны первой, уверенная, что, как только выйдет на улицу, сможет взять экипаж и расстаться с Ралстоном, оставив позади эту ужасную интермедию. Однако на этот раз ей оказалось труднее избегать столкновений с окружающими: казалось, она отчего-то утратила равновесие, а мысли были не совсем четкими. Неужели это небольшое количество виски так ударило ей в голову?

Калли вышла из помещения в прохладный весенний вечер и с высоко поднятой головой решительно зашагала по улице, нетерпеливо оглядываясь в поисках кеба. Она слышала, как позади нее Ралстон окликнул своего кучера, который поджидал его буквально в дюжине шагов от входа в таверну. «Превосходно, — подумала она. — Вероятно, он все же решил оставить меня в покое». Игнорируя легкое разочарование, Калли сошла с тротуара, чтобы высмотреть свободный экипаж. В последнюю минуту вспомнив о луже, в которую угодила чуть раньше, она постаралась ее перешагнуть, но потеряла равновесие и почувствовала, как падает на булыжную мостовую. Раскинув руки и отчаянно пытаясь удержаться на ногах, она приготовилась к столкновению с землей.