Сомнительная репутация - Аманда Квик

— Погодите, Лавиния, — вмешался Тобиас. Она проигнорировала его.

— В данных обстоятельствах я не позволю мистеру Марчу рисковать собой ради вас, миссис Доув. Уверена, вы понимаете меня.

Джоан напряглась:

— Вас волновал только дневник, потому что в нем были и ваши секреты. И теперь, когда он найден, вы со спокойной совестью готовы взять мои деньги и прекратить дело.

Взбешенная Лавиния вскочила:

— Можете оставить себе ваши проклятые деньги!

Краем глаза она увидела, как Тобиас поморщился. Обойдя диван, Лавиния вцепилась в элегантно изогнутую деревянную спинку.

— Мистер Марч сегодня очень рисковал из-за вас, — сказала она. — Он чуть не угодил в ловушку. Убийца мог поджидать его в той комнате, где мистер Марч обнаружил дневник. Я не позволю ему продолжать такую опасную работу для клиента, который лжет нам.

— Как вы смеете! Я не лгала вам.

— Но вы не рассказали нам всей правды.

Глаза Джоан злобно вспыхнули, но через мгновение она уже овладела собой:

— Я сказала вам все, что считала необходимым.

— А потом послали своего человека следить за нами. Вы использовали мистера Марча. Я не потерплю этого. — Лавиния обратилась к Тобиасу:

— Нам пора, сэр.

Тобиас покорно встал с кресла.

— Уже довольно поздно, не так ли? — спокойно заметил он.

— Да, поздно.

Лавиния покинула гостиную и устремилась к выходу, где дворецкий уже открывал парадную дверь, чтобы выпроводить их в сырую ночную мглу.

Лавиния остановилась, увидев у ступенек не наемный экипаж, а роскошную карету.

— Когда вы приехали, мадам распорядилась отослать экипаж, поскольку пожелала доставить вас домой в своей карете, — бесстрастно произнес дворецкий.

Вспомнив о недавнем разговоре в гостиной, Лавиния усомнилась, что Джоан Доув и сейчас готова проявить такую же щедрость.

— О нет, мы никак не можем принять…

— Да нет же, можем. — Пальцы Тобиаса решительно сжали ее локоть. — Думаю, вы достаточно сказали сегодня, миссис Лейк. Вам, может, и хочется стоять на дожде и искать экипаж, но надеюсь, вы пойдете мне навстречу. Я предпочел бы ехать в удобной карете миссис Доув, если не возражаете. Вечер выдался очень долгим.

Представив, что Тобиас пережил, Лавиния почувствовала угрызения совести.

— Не возражаю, — ответила она и решительно устремилась вниз по лестнице, опасаясь, что если они не поторопятся, то миссис Доув отменит свое распоряжение.

Грузный лакей помог ей сесть в карету. В свете горевшей внутри лампы Лавиния увидела мягкие бархатные подушки и теплые пледы. Едва устроившись, она потянулась к ним и обнаружила, что их подогрели.

Тобиас сел рядом с ней. Скованность его движений встревожила ее, и она укутала пледом ноги Тобиаса.

— Спасибо, — ворчливо пробормотал он, явно не привыкший к такой заботе. Лавиния нахмурилась.

— Вы заметили, что у миссис Доув работают очень крупные мужчины?

— Конечно, — ответил Тобиас. — Нечто вроде небольшой армии.

— Да. Интересно, почему она считает необходимым… — Лавиния замолчала, увидев, как он сунул руку под плед и стал потирать бедро. — Вы не пострадали, когда скрутили Герберта?

— Не тревожьтесь, миссис Лейк.

— Учитывая обстоятельства, нет ничего удивительного в том, что я встревожена.

— Вам нужно беспокоиться о себе, мадам. — Тобиас многозначительно помолчал. — Учитывая обстоятельства.

Лавиния закуталась в теплый плед и откинулась на мягкие подушки. Только сейчас до нее в полной мере дошел смысл всего произошедшего.

— Я поняла вас, — мрачно ответила она. Тобиас молчал.

— Да, я только что отказалась от самого выгодного клиента из всех, которых имела до сих пор.

— Правильно. Но не только это. Вы также отвергли предложение заплатить вам за уже оказанные услуги.

— Да, клиент очень выгодный, если может позволить себе отправить нас домой в такой роскошной карете.

— Конечно. — Тобиас потер ногу. Повисло тягостное молчание.

— Ну что ж, — наконец сказала Лавиния, — у нас ведь не было иного выхода. Мы же не можем продолжить расследование от имени клиента, который скрывает информацию и устраивает за нами слежку.

— Не понимаю почему.

— Что? — Лавиния выпрямилась. — Вы с ума сошли? Вы сегодня могли сильно пострадать. Убеждена, Герберт собирался отнять у вас дневник силой.

— Не сомневаюсь, она поручила Герберту отобрать у меня дневник, как только я завладею им. В конце концов, главная цель миссис Доув — скрыть все свои секреты.

Лавиния задумалась.

— В дневнике явно содержалось нечто такое, чего никто не должен узнать, включая нас. То, что нанесло бы ей куда больший вред, нежели подробности романа двадцатилетней давности.

— Я предупреждал вас, все клиенты лгут.

— Сдается мне, что не только миссис Доув была сегодня не вполне откровенной, — предположила Лавиния.

— Прошу прощения?

Она сердито посмотрела на Тобиаса.

— Почему вы не сообщили мне сразу о получении того послания? Я должна была сопровождать вас в поисках дневника. Вы не имели права идти туда один.

— Было очень мало времени. Не считайте, будто я пренебрег вами, Лавиния. Я так торопился, что даже не известил об этом Энтони.

— Энтони?

— Обычно он помогает мне в таких делах. Но он был сегодня вечером в театре, и я понимал, что будет чрезвычайно сложно быстро передать ему записку.

— И вы пошли один.

— Как профессионал, я понимал, что ситуация требует немедленных действий.

— Вздор!

— Я предчувствовал, что вы так отреагируете.

— Вы пошли один, потому что не привыкли работать с партнером.

— Черт возьми, Лавиния, я пошел один, потому что нельзя было терять времени. Я решил, что так будет лучше, вот и все.

Она не удостоила его ответом.

И снова в карете повисло тягостное молчание.

Спустя некоторое время Лавиния заметила, что Тобиас все еще массирует бедро.

— Вы, должно быть, повредили ногу, когда бежали за лакеем миссис Доув.

— Наверное.

— Я могу чем-то помочь?

— Я не позволю вам погрузить меня в гипнотический транс, если вы это имеете в виду.

— Как угодно, сэр, если вам так хочется быть резким.

— Да, хочется. Резкости доставляют мне удовольствие.