140 ударов в минуту - Агния Арро

Докурив, идём к ним. Вытаскивают шланг с холодной водой. Направляют на нас. Все мышцы резко сокращаются от контраста. Так круто становится. Голову охладили. Покурили ещё раз, держа сигареты мокрыми пальцами, и снова за работу.

К вечеру жара превращается в духоту, набегают тучи, начинает накрапывать крупный дождь. Приезжает начальство. Лично поздравляют с победой в гонке. Один из наших руководителей точно там был. Ему нравится.

Упахавшись к концу смены, сажусь всё на тот же стул и листаю сообщения в телефоне. Насыпалось всякого. Стефа прислала номер карты. Перевожу ей денег с пометкой: «На приличный купальник». Завтра у меня ночная, так что днём сгоняю за занавесками в комнату сестры, а сегодня… Чёрт! Сегодня надо что-то делать со своей физикой.

Сначала в любом случае к Анаит, а там разберусь.

Закрываем свой бокс. Прощаемся с коллегами. С парковки выезжаю аккуратно. Дорога скользкая от водяной плёнки, образовавшейся на поверхности. Дождь расходится и не успевает испаряться. Футболка неприятно липнет к телу. Капли бьют по ногам. По-хорошему надо бы, конечно, совсем не так одеваться, садясь на спортивный мотоцикл, но жарко же…

Подъезжаю к дому отца. Открываю ворота и вкатываюсь на территорию. Ставлю байк под навес, здороваюсь с охраной. Захожу в дом, прислушиваясь к его звукам. Со второго этажа доносится детский смех, а вот музыки совсем не слышно. Стефа, наверное, уже сбежала на свой пляж.

Вздохнув, поднимаюсь к сестрёнке. Они с младшими в игровой смотрят мультики и играют в настольную игру.

— Привет, — увидев меня, родная кудряшка подскакивает и бежит обниматься.

Соскучился. Прижимаю сестру к себе, ощущая родное тепло. Мне её дома не хватает. Внутри жуткий дисбаланс и множество вопросов без ответов. Главное, Анаит улыбается. Здесь к ней относятся хорошо. По каким причинам, я знаю, только это не имеет значения. Важно, чтобы у сестрёнки всё сложилось лучше, чем у меня.

— А я сегодня первый раз держала в руках скрипку. А ещё Стефа привезла нотную тетрадь, и я училась в ней писать. Хочешь посмотреть?

— Конечно, — улыбаюсь Ане.

Она берёт меня за руку и тянет за собой.

Так и живёт в выделенной для меня комнате. Вещи свои сюда перетащила.

— Как ты спишь? — сажусь на кровать и наблюдаю за тем, как сестра перебирает тетрадки на тумбочке.

— Ты мне снился вчера, — признаётся она.

Так приятно. Я когда рядом с ней, чувство тоски, внутренней пустоты и одиночества отступают. Это ведь вся моя семья. Что делать со Стефой, решить пока не могу. В красивой, открытой девочке то прослеживается уже готовая к отношениям девушка, то мне вдруг кажется, что у меня появилась ещё одна младшая сестра, о которой надо заботиться.

Ловлю себя на том, что нашёл очередную отговорку, чтобы не ввязываться в серьёзные отношения.

— Вот. Только тут немного начёркано, — Анаит протягивает мне тетрадь. — Ты грустный.

— Всё хорошо. Устал. Я же с работы и сразу к тебе. Завтра поедешь со мной за занавесками?

— Поеду, — важно поднимает носик, — а то купишь без меня не те. Деньги зря потратишь.

— Ой, блин. Деловая, — смеюсь я, вглядываясь в старательно выведенные нотки. — Неплохо. Молодец. Тебе понравилось занятие?

— Очень. Стефа так красиво играет, у меня даже мурашки появляются. Представляешь?

— Отлично представляю. Чем займёмся?

Заваливаемся на кровать, смотрим фильм и болтаем, пока Анаит не засыпает, устроив голову у меня на груди и прижавшись боком к влажной футболке. Снимаю с себя сестрёнку, перекладываю на сухую подушку, укрываю и меняю наволочку на той, что намочил своей одеждой.

Поцеловав малую в лоб, выхожу из комнаты. Прикрываю за собой дверь и решаю воспользоваться отцовским спортивным залом. Куда-то надо девать то, что не удаётся выплеснуть привычным способом.

Отец Натальи подогнал мне неплохие перчатки. Снимаю их со стены. Футболку бросаю на скамейку. Разминаюсь и всю свою дурь вкладываю в серию ударов по боксёрскому мешку, пока лёгкие не начинают гореть. Дыхание из груди вырывается со свистом. По спине течёт пот. Мышцы на ногах дрожат.

Сажусь на скамейку. Обхватываю голову руками в перчатках. Восстанавливаю дыхалку. Вроде ничего. Вымотался. Жить можно.

В душ схожу дома. Футболку всё равно в стирку. Надеваю её на потное тело. Выхожу из спортивного зала и встречаюсь с отцом. Он как раз только вернулся.

— Нормально ты умотался, — смотрит на мой взъерошенный вид. — Как дела?

— Можно опустить все эти формальности и не делать вид, что тебя интересует моя жизнь, — огрызаюсь в ответ.

— Я не делаю.

— Да брось. Двадцать два года тебя не интересовало, как у меня дела, а тут вдруг и гордость, и забота проснулись. Не перенапрягайся, я буду послушным, — прохожу мимо него, едва не зацепив плечом.

— Саркис, я действительно хочу наладить отношения! — почти орёт он мне в спину. Не нравится, когда ему не подчиняются.

— Ты опоздал, — отвечаю, не оглядываясь на него. — Три года назад у тебя ещё был такой шанс. Если я молчу, не значит, что я тебя простил. Дочь не проеби, донор, — скриплю зубами и ухожу, чтобы больше ничего от него не слышать.

Агрессивно стартую со двора и бесцельно гоняю по городу, гася злость и раздражение. Ублюдок по умолчанию вызывает во мне желание дать ему в морду. На рефлексах. Вижу его — и внутри всё закипает.

Возвращаюсь в квартиру поздно ночью. Грохаю шлемом о полку и сажусь рядом, вытягивая ноги. Стучу затылком о стену. Выдыхаю, закрываю глаза и слышу, как ко мне идёт Стефа.

Резко поднимаюсь. Ловлю её за талию и прижимаю к стене. Пугается. Приоткрывает рот на глубоком вдохе.

— Кис? — глаза огромные, в них нарастает паника.

Устало улыбаюсь. Делаю шаг назад, получив в её реакции ответ на один из своих вопросов.

— Я в душ и уеду сейчас, — делаю ещё шаг от Стефы, упираясь ногами в обувную полку.

— Так ночь же, — всё ещё взволнованно отвечает она.

— Ночь. Маленьким девочкам, не готовым ко взрослым отношениям, надо спать, — разуваюсь и ухожу в душ, прикидывая в голове, где провести остаток времени до утра.