Сломанный лёд — 4 - Мария Карташева

Оказавшись сегодня утром в самой гуще событий, Регина не уточняла, зачем приедет, сейчас она могла вернуться туда под благовидным предлогом и сказать, что займётся делом Вельги, да к тому же успокоит Юлю. Регине даже не понадобилось «поднимать свои связи», она просто зашла в аккаунт актрисы в социальных сетях и довольно легко нашла фотографию, которую кто-то просто взял из Юлиного блога, обработал и послал обратно с угрожающим письмом. Ситуация, конечно, неприятная, но явно не смертельная, а для Регины она была крайне удобной, потому что она может оставаться с Ксенией в одном дома довольно продолжительное время.

Приехав на место, Регина быстро добралась до нужного дома, еле отыскав полностью погружённый в темноту участок. Побродив вдоль забора, девушка набрала номер Юлии, но аппарат той был выключен, мобильник Ксении также не отвечал и всё указывало на то, что внутри никого нет, но вдруг изнутри дремлющего жилища раздался истошный женский крик.

***

После отъезда следственной бригады и специальной машины, забравшей тело Ольги Петровны, Ксения бродила по дому, собирая разбросанные вещи и пыталась осознать, как в одно утро вместилось столько страшных событий и как жить дальше, ведь сейчас необходимо было принять много сложных решений.

– Ксюша, может чаю сделать? – на кухне неслышно появилась Юля, помогавшая укладывать Кирюшку.

– Нет. – Ксения покачала головой. – Уснул прямо в коляске? – спросила она, глядя через окно на улицу туда, где спал ребёнок.

– Ага. – улыбнулась Юля. – Тоже перенервничал.

– Сейчас приедет крёстный Кирилла, чтобы забрать его. Ребёнку нужна спокойная обстановка, а не этот дурдом, который у нас здесь творится. Раз у меня сегодня спонтанный, – Ксения запнулась о слова и с трудом продолжила, – выходной, то мне много что нужно успеть сделать. Я позвонила в агентство недвижимости, скоро должны приехать.

– Я могу чем-то помочь? – спросила Юля.

– Не знаю, – Ксения отвлеклась на звякнувший телефон, прочла сообщение, потом бессильно опустилась на стул и посмотрела на Юлю. – Ты сможешь агента встретить и всё показать? У меня образовались срочные дела, сейчас Тимоню дождусь, Кирюшку передам и мне нужно сразу ехать.

– Конечно. Я пока порядок в доме наведу, а риелтор приедет, всё покажу.

Ксения покивала и, поставив на стол чашку, которую крутила в руках, поплелась наверх собираться. Сейчас она понимала, что ей будет совсем не жалко расстаться с семейным гнездом, которое могло стать самым счастливым, а теперь просто распадается на кусочки. И как бы ни старалась она остановить эту бесконечную вереницу неприятностей, каждый раз снова оказывалась у разбитого корыта. А особого перца добавляло то, что с тех пор как она согласилась оказывать услуги хирурга для бандитов, они к ней обращались часто. Но так хотя бы можно было быть спокойной насчёт Влада, а со временем она найдёт способ вытащить его на свободу, причём ей уже было всё равно, как это произойдёт, потому что она свято верила в невиновность мужа.

Переодевшись, Ксения вытащила из кладовки свой специальный медицинский рюкзак, собранный специально для случаев, когда нужно было ехать кого-то зашивать или вытаскивать пули. Потом, собрав вещи ребёнка, Ксения посмотрел на улицу, где Юля стояла возле коляски с уснувшим Кирюшкой, и подумала о том, что уже готова взять на себя все тяготы этого мира, лишь бы у сына была лёгкая, счастливая и беззаботная жизнь.

– Алло, Тимоня. – ответила Ксения на входящий вызов. – Да, выхожу. Он, кстати, уснул прямо в коляске, так что так и погрузим.

Быстро передав сына в надёжные руки, Ксения уклонилась от лишних вопросов, выпроводила родственников и, подхватив рюкзак, махнула Юле на прощание и побежала на место встречи, где её всегда забирала машина, когда нужно было ехать на один из таких вызовов.

С опаской оглядывая совершенно пустое садоводство, мелькавшее за окнами машины, Ксения чувствовала, как предательски подрагивают руки, а в желудке словно плясала холодная сталь веретена. Обычно они ехали в Москву, на окраину, там она быстро латала слегка потрёпанных мужчин и ехала домой, но сегодня машина повернула в другую сторону от столицы. На секунду Ксения отвлеклась от тяжёлых мыслей, глянула на сообщение от агента недвижимости и недовольно выдохнула.

– Перенесём встречу на завтра, – разочарованно прочла она вслух, – ну что за люди, я же сказала, что дело срочное. – посетовала женщина, но увидев, что они подъезжают к скоплению машин возле дома, спросила. – Что там случилось? Хотя бы примерно к чему быть готовой.

– Кровь, кишки, говно. – процедил сквозь зубы водитель.

– Предельно доходчиво, но всё так же не понятно.

Подъехав к месту, Ксения быстро прошла по заросшей дорожке к прятавшемуся в окружении старого сада дому, войдя внутрь, она резко остановилась на пороге и поняла, что провожатый выразился действительно предельно точно.

– Вы с ума сошли? – быстро осматривая лежащих на кроватях молодых людей, спросила она. – В таких условиях невозможно оказать помощь.

– Делай что можешь. – коротко сказал высокий, темноволосый мужчина с бородой.

– Это бред.

– Останови кровотечение, подшей их, дальше мы доставим их в дружественно настроенную больничку. Не кипишуй, я и сам не дурак, понимаю всё. Но транспортировать их так нельзя, да и хату светить не хочется, поэтому тебя позвали.

– Хорошо. – выдохнула Ксения и ринулась к молодому мужчине с колото-резаным ранением.

Ксения со скоростью вихря металась между стонущими людьми, командным голосом ставила тех, кто был на ногах, рядом с ранеными и давала в руки капельницы, кричала чтобы двигались шустрее, если ей нужно было что-то принести и вскоре одного за одним самых тяжёлых спешно повезли в больницу. Ксения чуть выдохнула и подсела к мужчине с раненой рукой.

– Ну как вы? – спросила она.

– Чё то мутит.

– Сейчас полегче станет. – выдохнула Ксения, тихо выдыхая, потому что скоро можно будет возвращаться домой.

Накладывая швы на разрезанное запястье молодого мужчины, Ксения вдруг услышала громкий свист и хриплый крик, идущий от ворот:

– Братва, шухер! Подмога пришла.

И вслед за этим фасад дома прострочила автоматная очередь. Ксения моментально перевернула стоящий неподалёку старый деревянный стол, пытаясь поставить между собой и линией огня хоть какой-то щит. Дальше с силой подняла за плечи стонущего «бойца» и, скинув его на пол, потащила за спинку дивана. Женщине показалось, что она вернулась на поле боя, и мозг мгновенно перестроился, Ксения, оттащив подопечного в безопасную нишу коридора, на четвереньках пересекла гудящее от выстрелов пространство комнаты и подхватила мужчину, срубленного пулей. Она быстро проверила пульс, подхватила его под мышки, перекатилась на спину и, отталкиваясь ногами, поволокла его в убежище. Ксения действовала без раздумий, на автомате и сейчас ей было всё равно, кого она вытаскивает с поля боя, Ксения никогда не судила пациентов, у неё была другая работа, и она привыкла делать её хорошо, она просто привыкла спасать жизни. Во дворе послышался визг покрышек, громкие крики, потом снова обрушилась лавина выстрелов и вскоре всё стихло, но Ксения этого не услышала, она бешено мотала бинты, останавливала кровь, рвала упаковки со шприцами и вскрывала ампулы, для неё эта битва ещё не закончилась.