Сгорая дотла - Эмма Скотт

В больнице Сидарс-Синай Кори отвезли в отделение экстренной хирургии. Я пыталась прочитать по лицам всех врачей и медсестер, насколько плохим было его состояние, но на каждом из них была одна и та же маска мрачной решимости.

Я почувствовала, как силы покидают меня, я еле стояла на ногах. Нас сопроводждали сотрудник ФБР и офицер полиции, чтобы убедиться, как я полагаю, что я не являюсь подозреваемым, замышляющим побег под видом обезумевшего заложника. Сотрудник ФБР представился агентом Полсоном.

Он взял меня под руку и усадил в зале ожидания. Я с благодарностью опустилась на скамейку и уставилась на свои дрожащие руки, юбку, перед блузки и жакета. Все было в крови Кори: темно-бордовые пятна на темно-серой ткани.

– Вы в порядке, мисс? – спросил Полсон.

Я рассеянно кивнула.

– Мне нужно в уборную, – сказала я, с трудом узнавая свой немощный голос. – Я хочу помыть руки.

– Конечно, – Полсон провел меня в маленькую уборную за углом. Он кивнул полицейскому. – Офицер Сэмс будет ждать вас.

В уборной я старалась не смотреть в зеркало, пока смывала кровь с рук. Это заняло много времени.

Завершив, я схватилась за край раковины и изо всех сил пыталась не плакать. Я посмотрела на свое отражение.

– Возьми себя в руки. Вы живы. Вы… – у меня вырвалось сдавленное рыдание.

Мое лицо было изможденным, словно я похудела на пять фунтов за три дня, а учитывая мой напряженный рабочий график, у меня едва ли были лишние пять фунтов. Моя и без того бледная кожа стала еще бледнее, подчеркнув мелкие веснушки на носу. Я никогда не выходила из дома без макияжа – даже на занятия йогой, – но теперь оставались только едва заметные следы подводки для глаз. На голове творился беспорядок; светлые глаза потемнели от недосыпа.

– Господи.

Я плеснула немного холодной воды в лицо и вытерлась жесткой бумажной салфеткой из диспенсера. Это не помогло, слезы снова подступили к глазам.

«Кори борется за жизнь, а ты беспокоишься по поводу своего внешнего вида?»

Я сделала еще один глубокий вдох, чтобы успокоиться. Когда я собиралась выходить, в уборную вошла женщина и даже слегка вскрикнула при виде моей окровавленной одежды.

– Извините, – я проскользнула мимо нее, скрестив руки на груди.

Сделав два шага в направлении зала ожидания, я застыла.

Там был Дрю, его высокая, стройная фигура возвышалась над моими родителями. Они казались гостями из чужой страны. При виде меня на их лицах одновременно отразился шок, и мой отец прикрыл рот рукой.

– Это не моя кровь, – выпалила я. Сначала я медленно пересекла зал ожидания, затем бросилась в объятия Ральфа Гарденера и выдохнула.

– О, Алекс. Моя милая девочка. Ты в порядке? – его голос дрожащим рокотом прозвучал у моего уха.

Мне хотелось сломаться, разрыдаться и выплакать боль и страх последних нескольких дней, но это только напугало бы его. Я сдержала все это в себе, будто глотая острые камни.

– Я в порядке, папочка.

– Ральф, ну правда, – проворчала моя мать. – Ты испортишь свою одежду.

Я высвободилась из объятий отца. Мэрилин Гарденер, одетая, точно для воскресного позднего завтрака, обняла меня за плечи и поцеловала в щеки.

– О, Александра. Дорогая. Во что ты вляпалась на этот раз? – она тяжело вздохнула, окинув мой растрепанный и окровавленный вид холодными голубыми глазами, и взгляд ее немного оттаял. – Главное, что теперь ты в безопасности.