Свидание у Средиземного моря - Ксения Беленкова

Парк Яркон раскинулся на севере Тель-Авива. Название он взял от реки, по берегу которой стелились зеленые просторы. Это был настоящий оазис посреди современного белокаменного города. Склонившиеся над водой деревья, зеленые лужайки и цветники, вокруг которых бежали узкие дорожки. Водные велосипеды рассекали реку: здесь все было так не похоже на привычный израильский пейзаж. Точно Яркон переносил всех в какой-то другой мир – страну зеленых газонов, ручных уток и тихих волн. Помимо дикой природы были здесь и культивированные сады. В Кактусовом парке собрали самые редкие растения, многие из которых лишь отдаленно напоминали колючие кустарники. Но Аня спешила к Саду Камней. Алла лишь указала ей дорогу, а сама повезла мальчишек по домам. Но Мишка с Ильей взяли с Ани слово звонить сразу же, как потребуется какая-то помощь или поддержка. И все из-за того, что Аня наотрез отказывалась от провожатых. Это было лишь ее дело. И ничье больше. Она решительно шла вперед – навстречу своей судьбе…

Вот уже впереди показались каменные глыбы – разноцветные, будто их расписали красками. Необычные строения из ярких камней, по которым сбегали ручьи, казались ожившей сказкой. Но чем ближе Аня подходила к цели, тем размереннее становился ее шаг, казалось, скоро она вовсе замрет на месте: ноги сделались ватными, а сердце стучало так, что закладывало уши. Мимо проходили люди – беспечные, наслаждающиеся свежим воздухом и солнечным днем. Они выгуливали собак, катались на велосипедах или скейтбордах, а некоторые просто смотрели по сторонам. И лишь у одного из них, вероятно, сейчас было также тревожно на душе. Кто-то из этих праздных гуляк тоже готовился к долгожданному первому свиданию…

И тут Ане показалось, будто прямо мимо нее на велосипеде прокатил тот самый молодой человек, что вернул ей в самолете дрейдл. А потом возник нечаянно в салоне Мейслера. Парень даже обернулся и приветливо помахал Ане рукой. Букета белых маргариток у него не было. Белозубая улыбка сверкнула и пропала – юноша укатил вдаль. У Ани даже дух перехватило от волнения, но пришлось идти дальше. И как ни крутила она головой, заглядывая за деревья и выискивая острым взором своего друга, никто с белыми маргаритками не прогуливался по извилистым дорожкам, не спешил к месту назначенного свидания. Вот Аня уже добралась до Сада Камней, где можно было почувствовать себя настоящей хозяйкой Медной горы, но никак не хозяйкой положения. Очевидно, Аня пришла первой. И ей хотелось спрятаться где-нибудь, сбежать, а потом из укрытия наблюдать – когда же появится Цимес. Аня уже начала приглядывать пути для отступления, как заметила вдали парня, что купил ей серьги в Иерусалиме. Поклясться она не могла, но, кажется, это был именно он. Только без цветов, лишь с собакой. Крупный сеттер несся куда-то, судя по всему, зная дорогу. И хозяин бодро топал за ним. Он не заметил Аню. Не поздоровался, не махнул рукой. Прошел мимо и скрылся в направлении собачьей площадки. Аня по-прежнему стояла одинокая и растерянная. Она уже начала отчаиваться, желая лишь одного – провалиться сквозь землю, как увидела плывущий над лужайкой букет белых маргариток. Какой-то крупный юноша нес его, разглядеть лицо никак не получалось. Но что-то было в этом человеке знакомое, родное. И вот букет вильнул в сторону, открывая голову.

– Илья! – выдохнула Аня.

Неужели он не вытерпел и решил сам наведаться на Анино свидание – проконтролировать подругу? Но как же Илья мог узнать о цветах? Аня никому не показывала последнее сообщение Цимеса.

– Что это значит? – она буквально накинулась на Илью, стоило ему подойти поближе.

– Это значит, что я пришел к тебе на свидание, – Илья хотел казаться уверенным и спокойным, но было очевидно, что он очень нервничает, даже голос его дрожал, точно влажный воздух. – Почему я не могу подарить букет белых маргариток девушке, которую люблю?

Аня просто захлебывалась словами. Она совершенно не понимала, что здесь происходит. Нос почему-то щипало, а горло сдавило, будто жгутом. И ни звука не выходило наружу.

– Пришло время рассказать тебе всю правду, – сбивчиво и быстро заговорил Илья, будто откровенное признание так и рвалось наружу. – Я увидел твою фотографию у Мишки еще год назад. Ты мне очень понравилась. Мишка много рассказывал о своей московской сестре. Знаешь, он тебя очень любит…

Аня кивала, слезы уже текли по ее щекам: то ли от долгого напряжения, то ли от того, что сейчас вся история ее отношений с Цимесом вставала перед ней, как живая – невероятная, но впервые – честная. Илья продолжал рассказывать, как нашел Аню в Cети. Как затеял переписку, тем самым еще больше узнав сестру друга и привязавшись к ней. Но показывать свое лицо Илья почему-то опасался. Вдруг Аня узнала бы в нем друга младшего брата, случайно увидев на каком-нибудь снимке, что родственники часто присылали по почте. Илье не хотелось до поры до времени пускать в эти отношения никого третьего. Только он и Аня.

– Но ты приехала так внезапно, – признался Илья. – Я был совсем не готов к этому. Сразу не сказал, что я и есть Цимес. И вот пришлось вести двойную игру. Тем более, мне уж очень хотелось посмотреть, понравлюсь ли я тебе сам, без морковной приправы…