Самый любимый - Кэрол Мортимер

Спокойные синие глаза встретились с ее сердитым взглядом.

— А ты думаешь по-другому? — спросил он насмешливо.

При мысли о том, благодаря чему Джордану удается «распоряжаться» ею, Лара залилась краской и смущенно посмотрела на отца, который в ответ лишь снисходительно улыбнулся словно хорошо знал о ее интимных отношениях с Джорданом.

Обстановка в клубе, куда они с Джорданом зашли, чтобы отпраздновать помолвку, показалась Ларе не очень подходящей для такого случая. Она предпочла бы хороший, уютный ресторан, где можно спокойно поговорить, этому шумному клубу, в котором несколько общих знакомых тотчас же стали настойчиво приглашать их присоединиться к своей компании. К большому огорчению Лары, среди этих знакомых оказалась и Кэти Томас, которая пришла без своего юного Адониса и теперь довольно откровенно проявляла интерес к Джордану.

— Зачем ты так сильно прижимаешь ее к себе? — сердито спросила Лара, когда Джордан вернулся за их столик после танца с Кэти.

В ответ он лишь пожал плечами, отпивая и» стакана виски.

— Я просто веду себя с ней по-дружески.

— Зато она ведет себя с тобой очень откровенно? — Потемневшими от негодования глазами Лара посмотрела в сторону соперницы. Джордан бросил на нее холодный взгляд. Это как раз ты ведешь себя очень откровенно, Лара, — сказал он резко. — Терпеть не могу женщин с собственническим инстинктом — никогда не любил и ни за что не полюблю такую.

На ее лицо мгновенно набежала тень обиды.

— Но ведь мы с тобой собираемся пожениться!

Он скривил губы.

— Так что же, выходит, что после этого я автоматически должен перестать замечать красоту других женщин? — спросил он с усмешкой. — Тебе уже пора взрослеть, Лара, — продолжал он холодно и язвительно. — Кэти вовсе не стала для меня теперь менее привлекательной, чем всегда.

— Это значит, что ты по-прежнему хочешь… лечь с ней в постель? — Лара сильно побледнела.

— Вот именно!

Она была буквально потрясена услышанным.

— Но Джордан…

Он нетерпеливо вздохнул и повернулся к ней, сохраняя холодное выражение лица.

— Что такое? — спросил он, с трудом сдерживая свое раздражение.

— Но я думала… Ведь мы с тобой собираемся пожениться, — повторила она, запинаясь, ту же фразу.

— И это лишь доказывает, что ты для меня еще более привлекательна, чем Кэти!

— Привлекательна? — повторила она сокрушенно. — А никаких других чувств ко мне ты не испытываешь?

Его губы угрожающе сжались.

— Вряд ли это удобное место для подобных обсуждений, — сказал он едко.

— Ты обещал, что мы побудем сегодня наедине, — напомнила она упавшим голосом.

— Я говорил, что мы сможем побыть наедине попозже, — поправил ее Джордан. — Ради Бога Лара, не нужно цепляться за меня, — произнес он с жестокой насмешкой. — Я не хочу быть связанным по рукам и ногам!

Ее ошеломленный и обиженный взгляд, казалось, не произвел особого впечатления на Джордана, который заказал для всей собравшейся компании напитки, а потом снова отправился танцевать — на этот раз, к счастью, не с Кэти.

Еще ни один мужчина не обращался с ней подобным образом. Влюбленная в Джордана, Лара чувствовала полную свою беспомощность, когда партнерши, танцуя, прижимались к нему; она ненавидела этих женщин и в то же время не могла слишком сильно протестовать, так как не была достаточно уверена в своем влиянии на него. К тому же он уже дал понять, как сильно ненавидит проявление с ее стороны «собственнического инстинкта»! Впрочем, разве их обручение не дало ей определенные права на него?» По мнению самого Джордана, она не получила в связи с этим никаких прав. Нет, он определенно не походил ни на одного из встречавшихся ей в жизни мужчин — в чем, возможно, и была одна из причин того, что она столь сильно увлеклась им! Поэтому, пока она не изучила как следует его характер, необходимо будет проявлять осторожность в своих действиях.

Когда они вышли, наконец, из клуба, было уже поздно, и Джордан повез ее прямо домой, не пытаясь — к ее разочарованию — отвезти ее к себе на квартиру.

— Извини, — упавшим голосом сказала Лара.

— За что? — спросил Джордан насмешливо.

— Я… Я не знаю.

— Зачем же тогда извиняться? — Он даже не посмотрел в ее сторону.

— Ты, кажется, сердишься на меня. — Она умоляюще посмотрела на своего жениха. — Ведь я так люблю тебя, Джордан. Я не могу не ревновать тебя ко всем этим женщинам.

Он ничего не ответил, но его лицо стало еще более суровым. Так, в полной тишине, они и въехали в глухой, погруженный в темноту переулок, где располагался дом Лары. Как только машина остановилась, Джордан резко повернулся к ней и обнял, яростно целуя в губы. Однако Лара уже начала привыкать к его суровым ласкам и научилась даже спокойно переносить их. Во время этого поцелуя одна его рука обняла ее за шею, а другая медленно двинулась вниз и принялась ласкать грудь через шелковистую ткань платья.

Когда он поднял, наконец, голову, в его глазах горела с трудом сдерживаемая страсть.

— Ревнуют обычно в молодости, Лара, — сказал он резко. — Если я разговариваю или танцую с другими женщинами, это вовсе не означает, что я собираюсь лечь с ними в постель. Мои отношения с Кэти закончились давным — давно.

— Но ведь ты сам сказал…

— Что она по-прежнему является для меня привлекательной, — закончил он безжалостно. — И это действительно так. Но Кэти требовала от меня больше, чем я готов был дать, а поэтому я перестал с ней встречаться.

Хотя раньше у Лары сложилось впечатление, что Кэти сама прекратила отношения с ним, теперь она нисколько не сомневалась, что это сделал Джордан. Она была уверена, что, стоит ей потребовать от Джордана больше, чем он захочет дать, и Джордан, не задумываясь, откажется и от нее, и от их свадьбы.

Лара провела по губам кончиком языка, чувствуя себя окончательно сбитой с толку загадочным человеком, которому предстояло стать ее мужем.

— Ты не хочешь зайти… выпить кофе? Но Джордан правильно понял ее приглашение и скривил губы.

— Только не сегодня. — Он отодвинулся от нее. — Рано утром я улетаю в Германию.

— Как, опять? — простонала Лара в смятении.

— Я ведь уже говорил тебе. — Джордан пожал плечами. — Сейчас я провожу там довольно сложные и срочные деловые переговоры.

Лара с трудом скрыла охватившее ее разочарование.

— И когда же ты вернешься?

— Вероятно, в конце следующей недели.

— Следующей!.. Но Джордан… — она запнулась, увидев уже знакомую, ненавистную ей полную маску и сердито сжатые челюсти,

— Когда — в пятницу или в субботу? — Она старалась говорить непринужденно, хотя и была сильно расстроена.