Сладкое вино любви - Барбара Делински

Даже здесь, в Асконсете, Оливии приходилось играть множество ролей.

Прежде всего, она мать. Шофер, когда Тесс надо подвезти в яхт-клуб и обратно; учитель, когда у дочери возникают проблемы с заданиями Сэнди; психолог, когда Тесс теряет веру в свои силы и замыкается в себе, а это случается довольно часто. Ради Тесс приходится быть и горничной, и прачкой, и кухаркой.

Кроме того, надо подыскивать работу для себя и частную школу для Тесс.

Если звонил Тед, Оливия превращалась в неуловимую тень.

Быть мемуаристом Натали тоже оказалось непросто. Оливия, конечно, человек организованный и аккуратный, этого у нее не отнимешь. Натали выделила ей укромный уголок в своем кабинете в мансарде с отдельным столом и компьютером. Оливия составила систему файлов для своих записей и соответствующих фотографий. По ночам она перебирала в памяти картины прошлого и выстраивала биографию Натали, воображая себя известной мемуаристкой. Уносясь вслед за мечтой, она представляла, как будет выступать перед своими читателями в кеймбриджских книжных магазинах. Потом ее пригласят писать мемуары какого-нибудь светила, а после она будет вести ток-шоу и станет ведущей программы, посвященной теме ретро.

Действительность была менее радужной. Излагать рассказы Натали на бумаге оказалось гораздо сложнее, чем рисовалось Оливии. Порой она по полчаса мучилась над одним-единственным предложением – слова никак не хотели складываться в фразы. Ей приходилось работать и по ночам, поскольку днем в кабинете постоянно трезвонил телефон. Натали, несмотря на преклонный возраст, вела активную деловую и общественную жизнь. Она возглавляла отдел маркетинга в «Асконсете», местный избирательный комитет и благотворительный церковный базар. Звонили и по поводу предстоящей свадьбы. Натали разослала более сотни приглашений, и хотя в письма были вложены специальные карточки для ответов, многие предпочли позвонить ей лично.

– Некоторым хочется порыться в грязном белье, – сказала Натали Оливии после нескольких звонков подобного рода. – Хотят знать, как долго мы с Карлом скрывали наши отношения, и было ли между нами что-нибудь за все эти годы.

Оливия и сама не раз задавала себе этот вопрос.

– И спрашивают об этом напрямую?

– Нет, конечно. Но наверняка думают. Ограничиваются намеками: «Вы с Карлом давно знакомы, не так ли?» Или: «Какой соблазн – быть рядом на протяжении многих лет». Или: «А вы ловкая особа, Натали Сибринг».

– Вам говорят такое?

Натали указала на телефон, по которому звонила ее старая знакомая.

– Эта дама заявила мне: «Мы всегда подозревали, что Карл был ближе вам, чем Александру». Я не согласна. Во-первых, нечего сплетничать за моей спиной. Во-вторых, Карл был правой рукой Александра, его прикрытием.

– Его прикрытием?

Натали сделала рукой неопределенный жест.

– Последние две недели меня просто одолевают любопытные сплетники. У меня нет времени с ними говорить. Мне надо быть в офисе через сорок пять минут. Из Бостона приезжают наши партнеры, которые занимаются рекламой вин Асконсета. – Она бросила беспомощный взгляд на фотографии, разложенные на столе. Оливия просила ее указать примерную дату и назвать имена изображенных на них людей. Но сейчас это отошло на второй план.

– Кого вы пригласили на свадьбу? – спросила Оливия.

– Друзей и деловых партнеров.

– А родственников? Двоюродных братьев или сестер? – Может, среди них и та женщина? Оливия была бы счастлива увидеть ту, что чертами лица напомнила бы ей мать, или саму Оливию, или даже Тесс.

– У меня есть кузены, но я не поддерживаю с ними отношений. У Александра есть сестра, и я пригласила ее вместе с семьей, но она прислала мне отказ. Мое приглашение ее оскорбило. Что ж, обойдемся без нее – у нас будет маленький семейный праздник.

Телефон снова зазвонил. Натали взглянула на Оливию.

– Хотите, я подойду? – предложила та с блокнотом в руках. – Буду помечать против фамилии – «да» или «нет».

– Если вас это не затруднит, – искренне обрадовалась Натали.

«Конечно, не затруднит, – подумала Оливия. – В семье принято помогать друг другу».

Улыбнувшись Натали, она сняла трубку.

– Резиденция Сибрингов.

– Здравствуйте. Это Люси Макинрой. – Оливия записала в блокноте имя. – Мне бы хотелось поговорить с Натали.

Натали взглянула в блокнот и отрицательно покачала головой.

– Мне очень жаль, – сказала Оливия, наслаждаясь ролью доверенного лица, – но сегодня она в офисе. С вами говорит ее помощница Оливия Джонс. Что передать Натали?

«У ее мужа ресторан в Нью-Йорке, – записала Натали в блокноте. – Они закупают наши вина».

– Я хотела сказать ей пару слов, – ответила Люси. – Мы с Генри недавно вернулись из Парижа и обнаружили приглашение на свадьбу. Мы так удивились!

– Чудесно, не правда ли? – любезно заметила Оливия, читая на листке название известного ресторана, которое вывела Натали. Не о нем ли она читала в журнале «Пипл»?

– Да, мы рады за Натали, – ответила Люси таким тоном, словно в первый раз задумалась над этим. – Карл был нашим партнером последние несколько лет. Он очень хороший человек.

Оливия ухватилась за последнюю фразу.

– Натали и Карл будут рады, если вы примете их приглашение. Могу я внести вас в список?

– Мы еще не решили окончательно. В День труда у нас всегда много хлопот. Если на свадьбе будет много приглашенных, мы не успеем поговорить с Натали и Карлом.

– Скажу вам по секрету: свадьбу решили отпраздновать скромно, по-семейному, – сообщила Оливия. – Натали и Карл хотели бы видеть и вас, своих старых друзей. Все мы гордимся, что вина Асконсета подаются в вашем ресторане. «Доум» – весьма респектабельное заведение. Насколько я знаю, у вас недавно побывал сам принц Чарльз с сыновьями? – выпалила Оливия и тут же испугалась, что все напутала.

Но Натали ободряюще кивнула.

– Вы не ошиблись, – подтвердила Люси, судя по всему, польщенная. – Это такое событие – и реклама для нашего ресторана. К королевской семье всегда повышенное внимание. А пресса будет освещать свадебное торжество?