Жажда - Дж. Р. Уорд

И значит, она не подойдет к нему ближе, чем на пушечный выстрел, и не только из-за его ревнивой подружки. Если то, что она поначалу чувствовала к своему бывшему, было проблемой, то это притяжение между ней и незнакомцем несло в себе возможную катастрофу.

Отвернувшись, Мария-Тереза сиганула в толпу, не замечания ничего и никого вокруг себя. Стальные серые глаза мужчины пожирали ее, и хотя, как она знала, он не мог ее больше видеть, она могла поклясться, что он до сих пор на нее смотрел.

– Эй, лапонька.

Мария-Тереза взглянула через плечо. Пара студентов в джинсах на бедрах, футболках «Аффликшн», с безумными аксессуарами – одни джинсы-клеш чего стоят – подошли к ней сзади, пожирая взглядом ее тело. Судя по хитрому взгляду, стало ясно, что их карманы были набиты папочкиными деньгами, а в головах гулял ветер наравне с уверенностью, типичной для огромных безмозглых футболистов.

Ей также показалось, что они чего-то наглотались: их веки дергались, а не моргали, и у обоих выступил пот над верхней губой. Прекрасно. Этого ей только не хватало.

– Сколько будет стоить для меня и моего друга? – сказал окликнувший ее парень.

– Думаю, вам лучше поискать кого-нибудь другого. – Например, Джина не имела ничего против менажа. Или видеокамер. Камер на мобильниках. Других женщин. Будем надеяться, она знает меру с этими конскими атрибутами, присущими Екатерине Великой, но нельзя знать наверняка… было вполне вероятно, что похотливое ржание звучало как «соси быстрее» для нее.

Мистер Разговорчивый подошел ближе.

– Мы не хотим никого другого. Мы хотим тебя.

Сделав шаг назад, она посмотрела им прямо в глаза.

– Найдите кого-нибудь другого.

– У нас есть деньги.

– Я танцовщица. Мне платят только за это.

– Тогда почему ты не в одной из этих клеток? – он снова наклонился ближе, и до нее донесся душок его одеколона: о-де-пиво. – Мы наблюдали за тобой.

– Я не продаюсь.

– Брехня, куколка.

– Если вы продолжите беспокоить меня, то вам закажут вход в этот клуб. Нужно всего лишь одно слово от меня управляющему. А сейчас отвалите!

Мария-Тереза ушла прочь, чертовски хорошо осознавая, что они были злы, она не заботилась об этом... спасибо тебе за это, Трэз. Она ненавидела просить у мужчин помощи, но для своей же безопасности, она готова на это пойти в любую секунду.

У заднего бара она заказала колу с огромным количеством льда и перегруппировалась. Было еще рано, всего десять тридцать, а значит впереди около четырех часов работы.

– Эти два придурка беспокоят тебя?

Она посмотрела на Трэза и улыбнулась.

– Ничего, с чем бы я не справилась. – Она окинула взглядом кожаное пальто в его руке. – Уезжаешь?

– На встречу с моим братом. Слушай, вышибалы наготове, а я вернусь через час, два – максимум. Звони мне, если тебе или девочкам что-нибудь понадобится. Хорошо?

– Обязательно. Осторожней за рулем.

Он сжал ее руку и двинулся через толпу, из-за его роста посетители клуба казались крошечными.

– Твой сутенер? Может, нам просто следует поговорить с ним?

Мария-Тереза глянула через плечо на студентов.

– Он – мой босс, и зовут его Трэз. Почему бы вам не представиться лично ему?

– Ты считаешь, что слишком хороша для нас?

Она развернулась к ним лицом.

– Сделайте себе одолжение и оставьте меня в покое. Конечно, если вы не хотите, чтобы вас вывезли отсюда на скорой.

Тот, что все время говорил, улыбнулся, обнажая маленькие острые зубы.

– Сделай нам одолжение и перестань думать, что шлюхи, как ты, имеют право на мнение.

Мария-Тереза в ужасе отшатнулась… но только внутри себя.

– Твоя мама знает, как ты разговариваешь с женщинами?

– Ты не женщина.

Горло Марии-Терезе плотно сжалось.

– Оставьте меня в покое, – хрипло велела она.

– А ты заставь нас.

* * *

Вин просканировал толпу на предмет темноволосой женщины, и расстроился, когда не смог найти ее. Они встретились взглядом на один электрический момент, и потом она растворилась в море тел, словно призрак.

– Кого ищешь? – спросила Девина низким голосом.

– Никого. – Вин кивнул официантке, которая тут же подошла. После того, как они заказали выпивку, Девина незаметно пододвинулась ближе, прижавшись грудью к его бицепсу. – Пошли назад.

– Куда назад?

– В приватные ванные.

Вин нахмурился, когда темноволосая женщина в углу обернулась… Нет, не она. Может… нет, опять не та.

Черные волосы, голубые глаза, лицо сердцевидной формы, которое так хотелось взять в свои руки. Кто она такая?

– Вин? – Девина коснулась губами его уха. – Ну, давай же… я голодна.

В отличие от прошлой ночи, сейчас эти заявления в стиле «возьми-меня-сейчас-же» больше раздражали, чем соблазняли. Он знал, что эта долбанная игра в соблазнение была связана с проституткой, которая мелькнула вблизи, зазывая своим «как-насчет-такого». Дело в том, что Девина не возражала против другой женщины, если все происходило по ее условиям – которые, очевидно, не включали полуголых ночных бабочек, с виду готовых запрыгнуть на него и довести до оргазма прямо на публике.

Нет, женщина должна быть привлекательной скорее для Девины, чем для него, чтобы она с этим сладила.

– Я хочу пойти в укромное место, – промурлыкала она.

– У нас гость.

– Мы же ненадолго. – Она лизнула его шею, от чего он почувствовал себя столбом, который пометили. – Обещаю. Я проголодалась, Вин.

– Извини. – Его глаза просеивали толпу. – В данный момент я сыт по горло.

Девина прекратила заигрывания и откинулась на сиденье.

– Тогда я хочу домой.

И в этот самый момент появилась официантка с пивом для Джима, текилой «Патрон» для Вина, и «Космо» для Девины.

– Мы не можем уехать сейчас, – пробормотал Вин, протягивая женщине сотку и сказав, оставить себе сдачу.

– Но я хочу домой! – Девина скрестила руки на груди и требовательно взглянула на него. – Сейчас!

– Да ладно, Девина. Выпей коктейль, расслабься…

Прежде чем он успел сказать, что целое море «укромных местечек» ждет их по возвращении в пентхаус, Девина оТрэзала.

– Может, мне стоит купить эту рыжеволосую для себя, раз ты не собираешься обо мне позаботиться?

Да без проблем. Неудачный выбор слов. И абсолютно неудачная линия поведения.