С первого взгляда - Даниэла Стил

– Досадно, – равнодушно отозвалась Тимми. Она привыкла к таким ответам. Они встречались, когда это было удобно и когда позволяли обстоятельства. Зак был избалован женщинами, они ему буквально прохода не давали. Но он ни ради одной не поступился бы своими малейшими удобствами, хотя связь с Тимми льстила его тщеславию. Ему нравилось рассказывать направо и налево, что он встречается с Тимми О’Нилл.

– Мне надо в Сан-Франциско, повидаться с одним парнем, мы с ним несколько лет назад играли в одной пьесе, – объяснил Зак. – Он только что позвонил. Я не знал, что ты возвращаешься. – Она и в самом деле не стала звонить ему раньше и договариваться о встрече, решила, что позвонит, когда прилетит в Америку. А он не пожелал ради нее перенести поездку в Сан-Франциско. Она подозревала, что это он так мелочно мстит ей за отказ взять его с собой в Европу. Да уж, злопамятности ему было не занимать.

– Обидно. Значит, встретиться нам не удастся. Но может быть, пересечемся в аэропорту, – сказала она. Ее ничуть не задел его отказ. Она ведь тоже не особенно рвалась его увидеть. Просто приятно было бы встретиться после месяца разлуки, но и только.

Она слушала его голос и думала, как отличается их разговор от ее недавних бесед с Жан-Шарлем. И разница не только в интеллекте, главное – это интерес, который они испытывали друг к другу, и общность взглядов. Она встречается с Заком уже несколько месяцев, спит с ним, но глубины в их отношениях нет и, вероятно, никогда не будет. Она чувствовала, что Жан-Шарль ей намного ближе, чем Зак, и это ее удивляло.

– Увидимся, когда я вернусь, – небрежно бросил Зак. – Я туда всего на пару дней. Как собираешься проводить уик-энд? Поедешь в Малибу?

– Может быть. Все зависит от того, как я буду себя чувствовать. Я всего два дня как из клиники, – напомнила она ему. Прошел всего месяц, а у нее было такое чувство, будто она разговаривает с совершенно чужим человеком, да, в сущности, так оно во многих отношениях и было.

– Звякни мне, если туда поедешь. Я возвращаюсь в субботу. Звони на мобильный, я из Сан-Франциско буду возвращаться на машине. Расскажешь мне о своих планах.

Она знала, что его гораздо меньше потянет в Бель-Эйр, если она все еще будет там. Господи, как много она о нем знала! Он обожал проводить с ней выходные в Малибу, на берегу океана, но ненавидел ездить туда один.

– Благополучного полета, – небрежно пожелал он.

– И тебе благополучной поездки.

Она положила трубку. Ей было грустно. Несмотря на всю свою решимость не привязываться слишком серьезно к Заку, она невольно ждала от него нежности и тепла. Как приятно вернуться домой, где тебя ждет любящая и преданная душа.

Она оделась и через несколько минут вышла из отеля, смутно надеясь, что Жан-Шарль еще раз позвонит пожелать доброго пути, но он, конечно, не позвонил. Да и зачем ему звонить? Он попрощался с ней накануне вечером и расстался, как расстаются с очередным пациентом. Интересно, развернул ли он ее подарок и понравились ли ему часы? Она надеялась, что понравились.

Она щедро одарила чаевыми дежурного на ресепшене, швейцаров и портье, и Жиль помчал ее в утреннем трафике будничного Парижа к аэропорту Шарль-де-Голль. Сдал ее багаж, что обыкновенно делал Дэвид, когда они летали вместе, и прикатил тележку для ее тяжеленной сумки. После нескольких дней в клинике расстояние, которое ей пришлось пройти по терминалу, показалось ей непривычно далеким, но боли она не чувствовала, просто устала больше, чем всегда. У выхода на посадку ее встретил служащий вип-зала, проводил до самолета и нашел ее место в салоне первого класса. Все прошло как нельзя лучше.

Она уселась поудобнее, вынула из сумки книгу, которую собиралась читать, взяла предложенные стюартом журналы, откинула голову на подголовник и закрыла глаза. У нее было такое ощущение, будто после ее отлета из Америки прошло сто лет. Из-за неожиданно свалившейся на ее голову операции она задержалась в Париже всего на несколько дней, но прожила здесь в общей сложности больше двух недель. Как ни любила она этот прекрасный город – конечно, желательно не болеть, когда ты приехала сюда, – все же приятно возвращаться домой. Она знала, что в офисе ее ждут горы писем. Ей придется принимать несметное множество решений, касающихся направлений следующего сезона. Они планировали разработать еще одну линию духов, были перспективные идеи, связанные с косметикой. От всего этого голова шла кругом. Но вот самолет взлетел, и не прошло и получаса, как она заснула и проспала первые пять часов полета.

Когда Тимми проснулась, подали обед, потом она посмотрела фильм, разложила свое кресло, легла, укрылась пледом и проспала сладким сном до самого Лос-Анджелеса. Стюард разбудил ее перед самой посадкой:

– Мадам О’Нилл?

Он легонько тронул ее за плечо, и она, услышав свое имя, произнесенное голосом француза, на мгновение подумала, что она снова в клинике и с ней рядом Жан-Шарль. Но тут же все встало на свои места. Стюард попросил ее сложить сиденье, и она увидела в окно, что они подлетают к Лос-Анджелесу.

Тимми пошла в туалетную комнату, почистила зубы, умылась, причесала волосы и вернулась к своему месту перед самой посадкой. Самолет остановился, и она спустилась по трапу одной из первых со своей тяжелой сумкой аллигаторовой кожи. Обслуживающий вип-зала тотчас взял у нее эту сумку из рук, едва она ступила на землю. Она очень быстро прошла через иммиграционный контроль, декларировать ей было нечего. То немногое, что она купила, увезла с собой Джейд, или же оно было отправлено прямо в город. Тимми терпеть не могла терять время на таможне и потому редко возила что-нибудь с собой.

Выйдя из дверей иммиграционного контроля, она увидела встречающую ее Джейд. Шофер Тимми ждал их у выхода. Джейд взяла у служащего вип-зала тяжелую сумку Тимми из аллигаторовой кожи и пошла с ней по залу аэровокзала. Дэвид тоже хотел приехать встречать Тимми, но у него работы невпроворот, объяснила Джейд.

– И вы вдвоем повезли бы меня домой – только этого не хватало!

Тимми улыбнулась и крепко обняла Джейд.

– Как ты себя чувствуешь?

Джейд заметила, что Тимми похудела и побледнела. В обрамлении рыжих волос ее лицо сейчас казалось чуть ли не прозрачным.

– Вполне хорошо, – ответила Тимми, сама удивляясь тому, что и в самом деле отлично себя чувствует и что ей совсем не хочется спать после долгого перелета. Да и то сказать – она почти все время полета спала. Как, впрочем, и всегда.

– Я жутко расстроилась из-за твоего аппендикса. Была готова вернуться.

– Совершенно ни к чему. Все прекрасно обошлось. У меня был очень хороший врач, а уж как меня выхаживали в клинике – лучше не придумаешь. Все случилось как гром средь ясного неба, но после того как я опомнилась, я просто лежала и отдыхала, хотя, конечно, предпочитаю отдыхать иначе.

Теперь, когда Тимми шла рядом со своей помощницей по аэровокзалу, по ее виду было и не догадаться, что она только что после операции.

– Ты такая храбрая, – с восхищением сказала Джейд. – Я бы совсем растерялась – заболеть в чужой стране, да еще так серьезно, перенести операцию… Я в последний раз болела два года назад.