Милая пленница - Кристина Скай

Она сжалась в комок, крепко обхватив руками колени, словно пыталась защититься… но защищаться было уже поздно. Прекрасные голубовато-зеленые глаза девушки истерически расширились, когда она попыталась стряхнуть руки Хоука, державшие ее лицо.

Но ей это не удалось. Пальцы Хоука скользнули вдоль струек крови, стекавших из прокушенных губ. И тут он заметил, как напряглась от отвращения девушка, и его руки бессильно упали. Что он мог сказать или сделать теперь, он, заставивший ее так страдать, причинивший ей такую боль?..

— Т-теперь вы у-удовлетворены? — прорыдала она. — Боже праведный, да что же вы за человек, если способны на такое?

На щеке Хоука сильно дернулся мускул. В самом деле, что же он за монстр? Неужели он и вправду окончательно лишился рассудка! Ведь она предостерегала его снова и снова, пытаясь остановить, но он ее не слушал.

Его лицо исказилось от отвращения к самому себе, когда он сверху вниз посмотрел на Александру.

— Похоже, я последний из дураков.

Александра, чувствуя, как на нее наплывает мрак, невольно содрогнулась, молясь, чтобы хоть теперь Хоук отпустил ее. Молилась, чтобы Бог помог ей уйти в тупое оцепенение и забыть ужас последних дней…

Хоук, нахмурившись, коснулся заледеневшими пальцами ее запястий — там, где на них остались темные полосы… Он опустился рядом с девушкой на колени, низко склонив голову, все еще не в состоянии осознать непоправимость зла, причиненного им.

— Боже, что я натворил? — выдохнул он.

Его хриплый вскрик словно пробудил Александру, вытолкнув из темного туннеля боли. В ней вспыхнул гнев, яростный и острый, как меч Великого Могола, и гордая кровь Мэйтландов вскипела, взывая к отмщению.

— Вы погубили меня, вот что вы сделали! Разрушили мою жизнь из-за своей чертовой мании! Что ж, надеюсь, вы получили то удовольствие, которое искали! — с трудом выговорила она, пытаясь дрожащими руками прикрыть наготу.

— Уверяю тебя, твоя боль не доставляет мне удовольствия, — резко сказал Хоук. — Боже, я ведь даже не знаю твоего имени.

— Да какая теперь разница, — с горечью откликнулась Александра.

— Разве? Но ведь возникли проблемы, которые нужно как-то решить, уладить… Бог мой, да тут тысяча проблем!

Но, когда Хоук произносил эти слова, в его мозгу вдруг зазвучал грубый, насмешливый голос… «Не будь таким дураком! — предостерег его этот голос. — Все женщины одинаковы. Ведь эта особа сама налетела на тебя в лондонском тумане. Это она ввергла тебя в безумие, глумилась над тобой, дразнила тебя каждым своим вздохом!»

Однако Хоук понимал, что подобное истолкование событии лживо, что ошибку совершил лишь он один, сам…

— Ах да, — воскликнула его бледная до синевы пленница, — я и забыла! Вы же великий герцог Хоуксворт! Ну конечно, вы можете все решить… и следа не останется от каких-то там проблем, стоит вам лишь шевельнуть пальцем! «Дэвис, присмотри, чтобы с этой девицей все было в порядке, и отправь ее куда-нибудь!» — насмешливо сказала она. — «Да, Дэвис, дай ей несколько шиллингов и что-нибудь из старых платьев моей жены… Она будет просто счастлива!» Ну так знайте, ваше сволочное высочество, я от вас не приму ничего! Ничего, будьте вы прокляты за то, что погубили меня! Это вы настоящий калека, а не я!

Оскорбление попало в цель. Герцог взъярился, его лицо потемнело от бешенства.

— Ты очень рискуешь! Не можешь ли ты объяснить, почему болталась одна по лондонским улицам? Порядочная женщина не появится одна, без сопровождающего, тем более ночью. Ты ничего другого и не могла ожидать!

— И я сама во всем виновата, не так ли?

Глаза Хоука засверкали серебром в лунном свете.

— Ты шлялась одна и удивляешься теперь, что с тобой обошлись, как с девкой? Черт побери, женщина, да ты должна считать, что тебе повезло! Ты могла натолкнуться не на меня, а на типа совсем иного рода!

— Вы меня оскорбили, угрожали мне, похитили меня, ваша светлость. И вы меня из… изнасиловали! — закричала Александра полным боли и гнева голосом. — И теперь вы хотите доказать мне, что это я виновата в вашем безумном поведении?! Наверное, вы считаете любую одинокую женщину своей законной добычей!

Хоук постарался обуздать свою ярость, его серебристые глаза внезапно прищурились.

— Погоди-ка, — пробормотал он, обращаясь скорее к самому себе, чем к Александре. Он крепко взял девушку за подбородок и повернул к себе ее лицо. — Да, такое сходство наводит на размышления. Возможно, это ты охотилась за мной, рассчитывая с выгодой использовать свою внешность? Ну, в любом случае такое совпадение — это уж слишком.

— Ошибаетесь, у меня никаких намерений не было. Я вас никогда не видела и о вас не слышала никогда! И сейчас я хочу только одного — оказаться как можно дальше от этого проклятого места и больше никогда не встречаться с вашей подлой особой!

— Не уверен, что я могу это позволить, — медленно произнес герцог. — Видишь ли, я еще не решил, что мне с тобой делать.

— Делать со мной?! — гневно повторила Александра. — Я не ваша собственность, чтобы подчиняться вашим прихотям!

— Поосторожнее, мадам! Я пытаюсь найти компромиссное решение, чтобы выбраться из этой путаницы. Так что не спеши искать выгоды.

— Вы… выгоды?! — захлебнулась Александра, и в ее голосе послышались истерические нотки.

— Да помолчи ты, черт тебя побери! Сейчас не время для пустой болтовни.

— А почему же нет? — в бешенстве закричала она. — Разве можно найти более подходящую минутку?!

И, не успев договорить, Александра начала хохотать — низкие, хриплые звуки вырывались из ее груди, она чувствовала, что разум вот-вот покинет ее…

Пальцы Хоука впились в ее плечо.

— Прекрати! — хрипло приказал он.

— Вы делаете мне больно! — завизжала Александра, и в ее пылающих глазах сверкнула лютая ненависть. — Вам что, нравится причинять боль? — кричала она, не замечая, как сжались его зубы при этих ее словах, как смертельная бледность залила его лицо.

Громко всхлипнув, Александра принялась молотить кулаками по его рукам, груди и шее. Но вскоре ее дыхание прервалось, ушибленные пальцы заболели… и все же она продолжала наносить удары. И, как ни странно, человек, стоявший рядом с ней на коленях, не сделал попытки уклониться, он терпел ее удары, глядя на девушку немигающими глазами, пока боль и стыд, истощившие ее, не заставили Александру наконец остановиться. Она уткнулась лицом в колени и прижала к щекам ладони.

— Боже праведный, что же теперь будет со мной? — надломлено прошептала она. — У меня теперь ничего не осталось… совсем ничего. Даже моей чести… — Говоря это, Александра чуть покачивалась вперед и назад, невольно содрогаясь.

Хоук молча встал и, подняв свою куртку, набросил ее на вздрагивающие плечи девушки, а потом обнял Александру.