Жаркое пламя любви - Ронда Грей

Бросив на него уничтожающий взгляд, Джесс попыталась продолжить работу.

– Ну не будь со мной такой суровой, Джесси, – безжалостно продолжал он. – Может быть, тебе станет легче, если я первый расскажу о себе. – С парадоксально грешным и одновременно невинным видом он принялся потчевать ее историями о своем детстве. Это был поток самой беззастенчивой лжи, какую Джесс когда-либо приходилось слышать, но она выслушала все терпеливо, не задав ему ни одного вопроса.

По крайней мере теперь он отправился в ванную, и Джесс надеялась, что хотя бы в течение часа она сможет побыть наедине со своими мыслями.

– Джесси!

В конце концов, он же принимает ванну, раздраженно сказала себе Джесс. Все, о чем она мечтала, – один час тишины и покоя, чтобы спокойно приготовить ужин. С решительным видом она принялась вытирать кухонную утварь, которую только что вымыла.

– Джесси!

Она испуганно замерла, вдруг вспомнив о том, что он умудрился сделать со своей рукой. Может быть, с ним опять что-то случилось? Испуганная, она помчалась по ступенькам, в то время как ее богатое воображение, которое она безуспешно пыталась сдержать, рисовало ей картины одну ужаснее другой.

– Луиджи, – позвала Джесс, добежав до двери ванной. – С тобой все в порядке?

Молчание.

– Луиджи! – Она постучала в дверь, потом с замиранием сердца распахнула ее и влетела внутрь.

Из ванной донесся его жалобный голос:

– Эта штука выводит меня из себя.

Джесс с трудом перевела дыхание и, онемев от удивления, расширенными глазами смотрела, как Луиджи протягивает к ней через бортик ванны свою забинтованную руку, беспомощно глядя на промокшую повязку.

– Ради бога, Луиджи, скажи, почему ты не отзывался?! – закричала Джесс, когда к ней вернулся дар речи. – Я уж подумала, что ты утонул.

– Да нет, к счастью, я не утонул, – угрюмо пробормотал Луиджи. Потом он вдруг заявил ей, изобразив на лице ангельскую улыбку: – Но раз уж ты здесь, не могла бы ты помыть мне те части тела, до которых я не достаю правой рукой?

– Не могла бы… Что?! – поперхнулась Джесс.

– Если ты находишь мою просьбу неприличной, то забудь о ней. – Он поднялся и беспечно вылез из ванны. – Ладно, с моей стороны было бы глупо лежать тут и ждать, когда вода совсем остынет, если ты слишком бессердечна, чтобы помочь… Проклятье, где полотенце?

Джесс сняла с вешалки у себя за спиной банное полотенце и бросила ему. Ей никак не удавалось заставить себя отвести глаза. Девушка недоумевала: неужели она совершенно не способна не реагировать на это великолепное мужское тело?

– Не слишком ли многого я потребую, если попрошу тебя взглянуть на руку? – Луиджи явно ничуть не стеснялся собственной наготы и, набросив на плечи полотенце, приблизился к Джесс, протягивая ей промокшую перевязанную руку. – Что-то щиплет, наверное, от погружения в мыльную воду…

– Зачем ты намочил руку? – упрекнула его Джесс. Голос звучал напряженно. Она была сама удивлена тем электризующим воздействием, какое оказывало на нее его обнаженное тело.

– Так уж получилось, – раздраженно бросил Луиджи.

– Тебе бы лучше сначала одеться и спуститься вниз, потом я сменю повязку.

– Хорошо, но сначала сними эту. Она мне ужасно мешает.

Джесс колебалась, терзаемая сомнениями. Казалось, он был полностью поглощен своей рукой, но что-то подсказывало ей, что он прекрасно осознает, как действует на нее его нагота.

– Что-то не так, Джесс? – лукаво усмехнулся он, подтверждая все ее подозрения. – Нельзя сказать, что ты впервые видишь меня раздетым.

Джесс отвернулась, чувствуя, как ее щеки заливает румянец.

– Если бы мы принимали ванну вместе, как должны были бы, моя рука не попала бы в эту передрягу, – обольстительно прошептал он. – Ты не можешь ожидать, что я буду притворяться, будто между нами ничего не было, – добавил он, притягивая ее к себе. – Эта ночь действительно была, и из-за нее я хочу тебя больше, чем когда-либо…

Джесс почувствовала сквозь одежду влажное тепло его тела. Неожиданно его рот жадно раскрыл ее губы, а от прикосновения к его горячей восставшей плоти ее пронзила жгучая боль желания.

Вырвавшись из его объятий, Джесс сломя голову помчалась прочь, пока не нашла убежище в кухне. Когда она наконец остановилась возле стола, то тяжело облокотилась на него обеими руками, ища опоры, пока ее легкие жадно хватали воздух, как после преодоления марафонской дистанции. Но даже здесь, в одиночестве, слушая собственное затрудненное дыхание, Джесс не переставала удивляться, откуда у нее взялись силы отказаться от того, чего по-прежнему требовал каждый нерв ее тела. Пожалуй, это было сродни героизму…

Луиджи появился через двадцать минут. Этого времени оказалось достаточно, чтобы Джесс обрела видимость покоя, а настойчивое желание близости слегка притупилось.

– Мм, пахнет вкусно! – весело объявил Луиджи. Он, как бы прогуливаясь, неторопливо вошел в кухню с видом случайного посетителя. На нем был спортивный костюм такого же черного цвета, как его волосы, влажно поблескивающие после купания.

– Это всего лишь мясо с овощами, причем оно еще не готово, – буркнула Джесс.

Желание вспыхнуло в ней с новой силой. О, какой кошмар! Мало того что ее угораздило влюбиться в этого мужчину, так теперь еще приходится бороться с сексуальным аппетитом, который, он, кажется, в ней пробудил! Кто бы мог подумать, что она способна на такое?

– Давай я посмотрю твою руку.

– С ней все в порядке, повязка практически высохла. – Луиджи взял чайник и стал наполнять его водой. – Кофе?

– Луиджи, эту повязку обязательно нужно сменить.

Он поставил чайник на плиту, пожимая плечами, как бы покоряясь неизбежному, потом сел за стол и, приводя Джесс в смущение пристальным взглядом, положил на стол руку во все еще влажной повязке. Пока Джесс доставала аптечку, он ловил взглядом буквально каждое ее движение.

– Еще одна вещь, которую я о тебе не знал.… Оказывается, ты умеешь готовить.

Ну вот, опять начинается, устало подумала Джесс. Снова он будет разбирать по косточкам мои достоинства и недостатки.

– Надеюсь, ты тоже умеешь, – ответила она поспешно, – потому что, если мы и завтра будем здесь торчать, придет твоя очередь готовить ужин! – Джесс села рядом с ним и открыла аптечку.

– Ты ничего не забыла?

– Не беспокойся, больно не будет. Я перевяжу твою драгоценную руку очень аккуратно. – Когда она взялась за его повязку, он снова отдернул руку.

– Ты меня неправильно поняла, Джесс, – тихо проговорил он, при этом в его глазах плясала усмешка. – Твоя аллергия! Ты ведь не надела перчатки!

– Я… не собираюсь использовать антисептик. – Она напряглась, чувствуя, что краснеет. Опять она забыла о своей аллергии.