Вторая семья - Амелия Борн

С Вадимом мы больше к тому вопросу, который был для нас обоих столь болезненным, не возвращались. Хотя, я и не могла не отметить тот факт, что сын стал особо заботливым по отношению ко мне. Я понимала, что он среди всех - наиболее уязвим. Это не его выбор и не его действия привели к тому, что случилось. Это не ему было за тридцать, чтобы он мог называться достаточно взрослым. Это он обожал отца, и теперь именно ему предстояло принять эту ситуацию. Отрицание, защитная реакция, детская попытка сделать хоть что-то, чтобы все оставалось как прежде - вкупе это играло свою роль. И я осознавала совершенно ясно - если устрою сыну своего рода террор, могу потерять его навсегда.    

Сейчас же могла взять паузу хотя бы в тех переживаниях, которые касались Вадима. Он отбыл на сборы и я знала - в последующие недели сын должен был полностью жить этой, весьма важной частью своей жизни и ничем кроме.       

- Ну, наконец-то ты здесь, - сказала я, скрывая облегчение в голосе, когда приехала к Адаму и застала его дома.     

Предыдущие два дня я в гордом одиночестве выполняла его указания по обустройству особняка, а общение наше свелось к минимуму.     

- Были дела, - с полуулыбкой сказал он. Продемонстрировав мне пару внушительных бумажных пакетов, спросил: - Осилим ужин вдвоем, или слишком устала?      

- Ты про готовку? Или спрашиваешь, найду ли в себе силы на то, чтобы поесть? - мягко рассмеялась я.     

- Про готовку. - Адам округлил глаза в притворном ужасе: - Не бросай меня одного на поле боя.      

Я покачала головой. Испытывала в этот момент удивительное чувство легкости. И понимала, что мне совсем не хочется думать о своих проблемах и заботах. Словно в этом небольшом уютном мирке, рядом с мужчиной, которого едва знала, я была в безопасности.    

- Не брошу, - также притворно вздохнув, отозвалась я, надевая фартук. - И давай договоримся. Я - шеф.    

- На кухне или вообще? - приподнял бровь Адам.     

- А ты готов отдать мне бразды правления всюду? - уточнила, разбирая пакеты.     

- В каких-то сферах - определенно, - двусмысленно хмыкнул Адам и переключил мое внимание на другое: - Здесь перепела, к ним можно сделать салат. Кажется, в такой добавляют апельсины.    

Разложив покупки на столе, я постучала пальцем по подбородку.     

- А ты неплохо разбираешься в кулинарии, - озвучила очевидное.     

- Не слишком, - пожал плечами Адам и добавил: - Ну, командуй, шеф.    

Перепела были отправлены в духовку. Заправка для салата и овощи приготовлены, оставалось лишь их смешать. Адам купил французский багет с хрустящей корочкой, который можно было макать в соус, что я сделала для птицы. В общем и целом, у нас намечался вполне себе изысканный ужин. Его дополняла бутылка красного сухого, с которого мы сейчас вполне успешно снимали пробу, смакуя его с кусочком горгонзоллы.     

- Ты писала, что у тебя проблемы, - начал Адам, и первой моей мыслью было попросить его не продолжать.    

Не расспрашивать меня о том, что возвращало туда, в мир за стенами этого дома. И все же я промолчала.    

- Я их уже решаю, - ответила уклончиво.     

- Я могу тебе помочь?  

- Спасибо, нет, - помотала головой, сопроводив свои слова улыбкой. - Не хочу мешать личное с рабочим.     

- Вот как? - приподнял брови Адам.     

Возникла неловкая пауза. Эти недосказанности сбивали с толку. Мне чудилась двусмысленность в том, о чем меня спрашивал Адам. И даже если ее там не имелось, чувствовала я себя немного неловко.