Благословение - Даниэла Стил

— Привет, — сказала Диана, медленно приближаясь кней.

— Привет, отлично выглядишь! — В голосе сестрыслышалось восхищение, она всегда считала Диану самой симпатичной из них троих,самой способной и… удачливой. Сколько Сэмми знала сестру, она всегда былатакой. Хотя Диана ни за что бы с ней не согласилась, услышав об этом. Она бы незадумываясь обменяла все на двоих ребятишек Сэмми. — Ты просто красавица.Как съездили?

— Отлично! Мы великолепно провели время.

Саманта познакомила Диану с друзьями, и компания началапотихоньку распадаться — все пошли в разные стороны искать своих спутников. Итут Саманта заговорщически посмотрела на сестру и спросила, понизив голос:

— Ну, что… поездка помогла?.. Ты забеременела? —Голос ее звучал заботливо и обеспокоенно, но Диана ненавидела ее в этот момент.

— Это все, о чем ты можешь спросить? У тебя нет другойтемы для обсуждения? Когда я вижу Гейл, она каждый раз спрашивает у меня то жесамое. Господи, неужели вы обе не можете думать ни о чем другом? — Самоестрашное было то, что она сама вот уже год не могла думать ни о чем другом.Такое впечатление, что, покаты не забеременеешь и не родишь, тебя прямо зачлена семьи не считают. Но она-то, черт возьми, делала и делает все, что в еесилах! И не ее вина, что у нее пока ничего не получилось.

— Извини, ради бога!.. Я же просто интересуюсь… Мы стобой не виделись довольно долго, вот я и подумала…

— Да, я понимаю… — сказала Диана удрученно. Конечно,они все переживают за нее, но все равно ее каждый раз это просто бесит. Ихвопросы — как постоянное обвинение. «Может, вы плохо стараетесь? Может, у васчто-то не в порядке? Может, вам обратиться к специалисту?» Диану тожебеспокоило все это, но ответов у нее не было ни для себя, ни для сестер, ни дляродителей.

— Я так понимаю, это означает «нет». — Самантастаралась сказать это как можно мягче, но Диана смерила ее пронзительнымвзглядом.

— Это означает: оставь меня в покое, Саманта! Хорошо, яскажу: я еще не знаю. Тебя это удовлетворит? Хочешь, чтобы я позвонила тебе,как только у меня начнется менструация? Или лучше послать факс? Или, может,повесить большое объявление, а мама соберет всех своих друзей и устроитконсилиум на тему: «Что же нам делать с бедной Дианой?» — Она чуть не плачавыкрикивала слова, и Сэмми стало жаль сестру.

— Не переживай так, Ди. Мы просто хотим знать, что стобой происходит, вот и все. Мы же любим тебя.

— Спасибо. Со мной ничего не происходит. Этого вамдостаточно? — Ее утешала мысль о том, что она сама еще точно ничего незнает.

Когда Сеймус и Энди присоединились к ним, Диана еще неуспела успокоиться после стычки с сестрой. У Сеймуса на плечах сидел сынишка.

— Твои новые картины впечатляют, — бодро говорилЭнди, но он уже заметил напряженное лицо жены, и они очень скоро покинуливыставку.

По дороге в ресторан Энди не проронил ни слова, Диана внешнеказалась спокойной, но он понял, что вопросы сестры, как всегда, глубоковстревожили жену.

— Что-нибудь случилось? — Энди наконец невыдержал. Настроение у жены было мрачное, почти как до поездки в Европу. —Чем тебя расстроила сестра?

— Как обычно, — фыркнула Диана, — захотелаузнать, беременна я или нет.

Посоветуй ей лучше заниматься своими делами. — Онпостарался сказать это как можно мягче и нагнулся, чтобы поцеловать ее. Дианавыдавила из себя улыбку. Какой Энди замечательный! Чуткий, заботливый, добрый.

— Ты же знаешь, я просто ненавижу, когда они начинаютспрашивать! Как будто их это волнует больше всего.

— Они же любят тебя и хотят как лучше. Кстати, у нас,может быть, все в порядке. По-моему, в Монте-Карло мы не упустили этувозможность, ты не находишь?

Она засмеялась, вспомнив их бурные ласки в шикарном номереотеля, и поцеловала его в шею.

— Ты неподражаем. С годовщиной тебя, мистерДуглас. — Ей не верилось, что прошел уже год со дня свадьбы. Диана былапросто счастлива сознавать себя миссис Дуглас, и прошедший год был для нихобоих наполнен до краев. Единственное, что его омрачало, это беспокойство поповоду ненаступающей беременности. Но их жизнь все равно была полной — работа,друзья, их семьи. Мысль о ребенке как бы тонула во всем этом. Но все-таки онабыла важной для них, и особенно для Дианы.

— Ты, конечно, считаешь меня слегка ненормальной… из-затого, что я так хочу малыша? — тихо спросила она Энди, когда они подъехалик «Л'Оранжери».

— Нет, что ты. Я просто не хочу, чтобы это стало длятебя навязчивой идеей. От этого легче не станет.

— Тебе легко говорить… Мне иногда кажется, что вся мояжизнь — сплошные месячные…

— Не допускай этого. Старайся думать об этом как можноменьше. — Он улыбнулся, передавая привратнику ключи от машины. — Ятебе все время об этом говорю. — Он поцеловал жену и не отпускал еенекоторое время. — Не забывай, пожалуйста, что пока существуют двачеловека… Это ты… И я… А все остальное будет, когда придет время.

— Мне бы твою уверенность, — обиженно взглянулаона на него. Он был таким выдержанным и спокойным.

— Спорим, если ты перестанешь об этом все время думать,то забеременеешь так же легко, как… твои сестры. — Он ободряюще улыбнулся,Диана улыбнулась в ответ и взяла его под руку.

— Клянусь тебе, я постараюсь.

Когда они вошли в ресторан, несколько голов повернулись в ихсторону, провожая восхищенными взглядами красивую молодую пару. Официантпосадил их за столик в дальнем конце зала и, пока они просматривали меню инепринужденно болтали, принес вино. Диана уже успокоилась после неприятногоразговора с сестрой, и оба они были в прекрасном настроении.

На первое они заказали икру, залитую взбитыми яйцами слуком, потом им принесли салат из омаров и шампанское. Покончив с десертом,Диана, оставив мужа в одиночестве, направилась в дамскую комнату, чтобыпоправить косметику. Она действительно отлично выглядела в английском платье,которое подчеркивало ее загар. Накрасив губы, перед тем как вернуться к столу, оназашла в туалетную кабинку, и тут она заметила кровавое пятно на трусиках,свидетельствующее, что их любовная ночь в Монте-Карло не принесла долгожданногорезультата. У нее перехватило дыхание, и кафельные стены поплыли перед глазами.Она попыталась успокоиться и взять себя в руки, но, подходя к раковине, ужечувствовала печаль и опустошение.

Диана решила ничего не говорить Энди, но, когда онавозвращалась к нему, он заметил перемену, произошедшую в ней, и понял все по ееудрученному виду. Он уже выучил ее менструальные циклы и еще несколько недельназад знал, что именно этот уик-энд должен показать результат их поездки вЕвропу. И теперь ему было достаточно только взглянуть на нее, чтобы понять, чтоуспеха они не достигли.