Женщины могут все - Нора Робертс

— Не беспокойся, Мария, — пробормотала София. — Мы о ней позаботимся. Сейчас я ее отловлю.

— Последите, чтобы она ела как следует!

Рождество, подумала София, вприпрыжку спускаясь по ступенькам. Отличный предлог. Она попросит мать помочь купить подарки к празднику…

По пути она осматривала дом. По всему вестибюлю были расставлены материнские пуансеттии, десятки красных и белых звездочек в серебряных вазах вперемешку с миниатюрным остролистом. Пышность зелени подчеркивали крошечные белые лампочки и нарядные красные ленты, украшавшие дверные проемы.

На длинном трапезном столе в семейной столовой лежали три ангела Джамбелли, вырезанные из дерева с лицами Терезы, Пилар и Софии. Каждой в возрасте двенадцати лет.

Как же они похожи… При виде этих фигурок София неизменно ощущала удовольствие. Преемственность, кровная связь трех поколений, которую невозможно отрицать. Когда много лет назад она получила в подарок своего ангела, то была очень тронута. Было радостно видеть собственное лицо, венчавшее изящную крылатую фигуру. Это чувство никуда не исчезло, поняла она, по очереди потрогав пальцем все три деревянных статуэтки.

«В один прекрасный день ей придется подарить такую же своему ребенку… Что за странная мысль?» — подумала София.

Не неприятная, но странная. Когда придет срок, она положит начало новому поколению.

По примеру тех, кто жил раньше, она вложит свою лепту в долг перед семьей. Но такие вещи нельзя записать в ежегодник. Влюбиться. Выйти замуж. Зачать ребенка.

Нет, это невозможно спланировать заранее. И так легко совершить ошибку. А от любви, брака и детей нельзя небрежно избавиться, как от нежеланного визита к зубному врачу.

Если только ты не Энтони Авано, поправилась София, сердясь на себя за инстинктивное чувство горечи, вызванное этой мыслью. Тут она не собиралась идти по стопам отца. Если она сделает выбор и даст обет, то не станет нарушать его.

Так что трех ангелов пока вполне достаточно.

Она повернулась и обвела комнату взглядом. Свечи в золотых и серебряных подсвечниках, прихотливо расставленные цветы. Между окнами царственно возвышалось большое рождественское дерево (одно из четырех, по традиции наряжавшихся на вилле), украшенное хрустальной гирляндой и дорогими игрушками, привезенными из Италии. Под ним уже лежали подарки; дом благоухал запахом сосны и свечного воска.

«Я забыла о времени, — виновато подумала София. — Надо же…» Она с головой ушла в работу, а тем временем ее мать, бабушка и слуги сбивались с ног, украшая дом к празднику.

Она была должна — нет, обязана найти время, чтобы помочь им. «Что, София, ты забыла отметить это в своем календаре?» — поморщившись, подумала она. Приближалась ежегодная рождественская встреча, а она палец о палец не ударила, чтобы ее спланировать и подготовить.

Нужно было немедленно искупить свою вину.

София вышла в боковую дверь и тут же пожалела, что не захватила жакет: дул ледяной ветер. Она пробежала по выложенной камнем извилистой тропинке и влетела в оранжерею.

Там царило приятное влажное тепло.

— Мама!

— Софи? Иди сюда, я покажу тебе свои каллы. Они просто великолепны. Я думаю поставить их в гостиной вместе с амариллисами. Это так нарядно!

Пилар сделала паузу и подняла глаза.

— Где твой жакет?

— Забыла. — София наклонилась, поцеловала мать в щеку, а потом смерила ее долгим, внимательным взглядом.

Рукава старого свитера, достававшего до бедер, засучены; волосы собраны в пучок на затылке…

— Ты похудела.

— Ничего подобного! — Пилар выставила вперед руки в садовых рукавицах. — Вижу, ты говорила с Марией. Если я не впихиваю в себя еду три раза в день, она начинает жаловаться, что я морю себя голодом. Поэтому я украла два пирожных и жду, что они вот-вот отложатся на моих бедрах.

— Этого хватит, чтобы продержаться до ленча. Я угощаю. Мне пришло в голову, что я забыла сделать кое-какие покупки. Поможешь?

— Софи… — Пилар покачала головой, отодвинула длинный стебель нарцисса и начала возиться с тюльпанами. Они вскоре должны были расцвести и скрасить самые суровые зимние дни. — Ты начала покупать подарки в июне и закончила это дело в октябре. Как делала всегда, за что мы тебя дружно ненавидели.

— Что ж, твоя правда. — София взгромоздилась на рабочий стол. — И все же мне ужасно хочется съездить в город и немного развлечься. Неделя была тяжелая. Давай сбежим на денек.

— Я была там пару дней назад. — Пилар нахмурилась и оставила тюльпаны в покое. — Софи, неужели новый порядок, заведенный бабушкой, слишком тяжел для тебя? Ты каждый день встаешь на рассвете, а вторую половину проводишь в своем кабинете. Я знаю, что ты не видишься ни с кем из друзей.

— Ничего, как-нибудь справлюсь. Конечно, я могла бы взять помощницу. Лучшей кандидатуры, чем ты, мне не найти.

— Са rа, мы обе знаем, что от меня не будет никакого толку.

— Нет, я этого не знаю. Ладно, переходим ко второму пункту повестки дня. Я заставила тебя работать. Ты украсила весь дом — кстати, замечательно. Мне очень жаль, что я ничем тебе не помогла.

— Ты была занята.

— Я не должна была увлекаться. Но сейчас наступает рабочее время, которое плавно перетекает в вечеринку. Кстати, участие в них предусмотрено должностными обязанностями помощницы. Какие цветы ты хотела срезать? Я помогу тебе, а потом приступим к работе.

«От этой девочки может голова пойти кругом», — подумала Пилар.

— Софи, перестань.

— Не перестану. Ты стажер, а я босс. — Она слезла со стола и кровожадно потерла руки. — Должна же я рассчитаться с тобой за все эти годы, когда ты командовала мной! Особенно с двенадцати до пятнадцати.

— Нет, только не в эти ужасные годы! Ты не можешь быть такой жестокой.

— Еще как могу. Ты спросила, не слишком ли труден для меня новый порядок. Нет, не слишком. Но труден. Это факт. Я не привыкла все делать сама. Приходится вести делопроизводство, отвечать на телефонные звонки и печатать. Я не признаюсь в этом ни Nonna, ни Макмиллану, но чувствую себя выжатой как лимон, а помочь мне можешь только ты.

Пилар тяжело вздохнула и сняла рукавицы.

— Ты пытаешься меня занять с таким же упорством, с каким Мария заставляет есть.

— Частично ты права, — признала София, — но факт остается фактом. Делопроизводство отнимает у меня массу времени. Если бы не это, я могла бы уже на этой неделе кое с кем встретиться. Я скучаю по мужчинам.

— Ладно. Но не ругай меня, если потом не сможешь ничего найти. — Пилар развязала ленточку, стягивавшую ее волосы, и начала теребить ее в руках. — Я не занималась делопроизводством с шестнадцати лет, да и тогда не была в нем сильна. Мама меня уволила как не справившуюся.