Просто дыши - Сьюзен Виггз

— Ну и что теперь с этим родительским контролем в твоем компьютере, Аврора? — спросила Глиннис Росс, которая в этом году была ее лучшей подругой. Третьей стороной треугольника была Эдди Арменгаст, которая сидела с другой стороны от Авроры, пока девочки изучали экран компьютера.

— Мой папа загрузил в компьютер специальную программу, — сказала Аврора. — Она блокирует выход на порносайты и сайты азартных игр.

— И, кроме того, не позволяет грузить песни, — сказала Эдди, разочарованно глядя на экран.

— Как мы теперь услышим новую песенку «Слитер-Кинни»? — спросила Глиннис, крутя на запястье ярко-желтый браслет.

— Мы сделаем это сегодня вечером у меня дома, — сказала Эдди. — Ты ведь не передумала переночевать сегодня у меня, верно?

Протянувшись через голову Авроры, они хлопнули друг друга в ладоши. Она откинулась назад на стуле. Дружба на троих имела свои недостатки. Иногда двое объединялись, чтобы дать третьему почувствовать, что он лишний. Они не делали этого намеренно. В их случае виновата была география. Глиннис и Эдди жили в Сан-Джулио, через бухту от Гленмиура, и их дома находились друг от друга на расстоянии пешей прогулки, Они ночевали друг у друга практически каждую ночь пятницы и субботы. Аврора не могла дождаться, когда она наконец-то хорошо освоит лодку, чтобы пересекать бухту самостоятельно. Тогда она будет присоединяться к этим ночевкам, когда захочет.

— Предполагалось, что мы будем искать темы для нашего доклада по социологии, — сказала Аврора. Задачей было взять интервью у кого-нибудь из общины о его работе. — Вы это сделали?

— Я думаю поговорить с моим дядей, диджеем, — отозвалась Глиннис.

— Не можешь, — возразила ей Эдди. — Разве ты не читала задание? Это не может быть кто-то из родственников.

— Тогда Аврора может взять интервью у своего отца, — с ухмылкой предложила Глиннис.

Аврора ощутила пронзительный холод, как будто она слишком быстро проглотила стаканчик мороженого.

— Не могу поверить, что ты это сказала.

— Я просто пошутила.

— Это не смешно, — резко возразила Аврора. Глиннис иногда проявляла дурной характер.

— Это в самом деле не смешно, — согласилась Эдди, беря сторону Авроры. — Это грубо и вульгарно.

Глиннис шмыгнула носом.

— Ты должна признать, что это по крайней мере странно, что ты живешь со своим приемным отцом, Аврора.

Она ненавидела, когда люди сплетничали о ее семье. Из-за этого она лезла из кожи вон, чтобы информация о ее биологическом отце звучала как нечто особенное. Он был политическим узником. Правительственным агентом. Гуманитарным диссидентом, который прятался от властей.

Она не могла изложить так же красочно историю своей матери, во всяком случае не в Гленмиуре. Большинство жителей в городе знали ситуацию. Большинство из них, вероятно, знали больше, чем сама Аврора.

— У нас с тобой обеих матери-одиночки, — возмутилась Эдди.

— Как и у большинства ребят, но они обычно живут со своими матерями, иногда с отцами. Приемный отец — это определенно считается странным, — защищалась Глиннис.

Глиннис старалась не придавать значения тому, что ее мать — лесбиянка, но явно переживала из-за этого. Во всяком случае, у Глиннис была мать.

Аврора полагала, что для посторонних это выглядело так, что ни один из ее настоящих родителей не захотел взять к себе свою дочь. Аврора и сама так думала. Она постоянно выслушивала вопросы любопытствующих, сующих нос не в свое дело. «Что случилось с твоими родителями?» «Есть ли у тебя кровные родственники?» Или удар ниже пояса: «Как случилось, что твой приемный отец всего на четырнадцать лет старше тебя?»

«Как и моя мать», — думала Аврора, когда кто-нибудь спрашивал ее об этом, но она не произносила этого вслух. Она старалась не сосредотачиваться на мысли, что она теперь в том же возрасте, когда ее мать забеременела Авророй.

Давным-давно Аврора перестала спрашивать отца, почему ушла ее мать. Но она не переставала гадать об этом. У мамы была серьезная работа. Она содержала дом Гвендолин Данди, чей громадный викторианский особняк стоял на холме с видом на бухту. Наследница громадного состояния, миссис Данди нанимала небольшой штат прислуги, который обслуживал ее поместье, и заставляла их работать во все лопатки. Мама часто приходила домой разбитая и измученная, полная жалоб на то, как миссис Данди трясется над своей коллекцией хрусталя, или на ее надоедливую самоуверенную болтовню.