В объятиях порочного герцога - Александра Хоукинз

От такой откровенности щеки Имоджен запылали.

— Не говорите со мной о подобных вещах, прошу вас!

Только теперь она поняла, какие мысли одолевают его с самой первой их встречи.

— Почему? Я приоткрыл перед вами будущее. Выбирать вам.

«И все будет совершенно не так, если своего добьется Норгрейв».

Она помотала головой, как если бы отрицание их взаимного притяжения могло изменить что-то. Он страстно желал ее. Проклятое пари, быть может, и подтолкнуло его к активным действиям, но эта девушка, сама того не подозревая, выбрала свою судьбу, когда случайно столкнулась с ним на том достопамятном балу. Каждая последующая встреча лишь разжигала аппетит. Ему хотелось провести еще хотя бы пару минут в ее обществе, поймать кокетливый взгляд, услышать смех, ласкающий, как прикосновение возлюбленной.

Вожделение понемногу брало верх над выдержкой, и скоро ему стало казаться, что он попросту сойдет с ума, если не переспит с ней. Конечно, можно было снять напряжение в объятиях другой, но эту мысль герцог отбросил в тот миг, когда она его поцеловала.

Имоджен не догадывалась о своей власти над ним. Эта непорочная богиня околдовала Блекберна, и в глубине души он злился на нее. Она словно бы лишила его мужской силы, ведь никакая другая женщина не смогла бы разрушить эти чары.

Внезапно Блекберн поймал себя на том, что смотрит на ее губы. Имоджен не шевелилась, до такой степени она была шокирована. Он взял поводья, и лошади снова пошли рысью. На сей раз молчание девушки было добрым знаком. Она не стала кричать, требовать, чтобы ее немедленно вернули к родителям.

— Я удивлена, что вы вообще обратили на меня внимание, — наконец промолвила она. — В последний раз, когда я вас видела, вы целовали рыжеволосую даму.

Тристан прекрасно понимал, что творится у нее в душе. Когда он поймал ее взгляд, в глубине этих синих глаз было столько боли, что даже такого закоренелого сердцееда, как он, это растрогало.

— Та рыжеволосая дама — моя давняя приятельница.

— Норгрейв сказал, что вы были любовниками.

Мысленно он послал Норгрейва к дьяволу вместе с его услужливостью.

— Когда-то мы были близки, — сказал он осторожно. — И, если я правильно помню, не я целовал даму, а она меня.

— И я искренне ее пожалела, когда там, в нише, вы оттолкнули ее! — сухо отозвалась девушка.

Он усмехнулся, уловив в ее тоне нотки ревности.

— Вы правы, она не заслуживает грубого обращения. В свое время она была мне доброй подругой. Очень доброй подругой… — добавил он с нажимом, чтобы поддразнить девушку.

Имоджен вздернула подбородок, отвернулась и пожала плечами.

— Это ваше дело.

Тристан засмеялся.

— Неужели вы не услышали главного, Имоджен? Рыжеволосая дама — давний друг, что бы нас ни связывало, это было давно. Норгрейв заставил вас поверить в обратное, надеясь, что вы обратитесь к нему за утешением. — Тут герцога настигло весьма неприятное озарение. — И он преуспел?

Имоджен вдруг очень заинтересовалась красотами природы. Слабый румянец, выступивший на щеках, подтвердил его предположение.

Каков мерзавец, этот Норгрейв!

— Значит, вы целовались.

Тристан готов был прикончить друга уже за то, что он посмел прикоснуться к ней. Не обрадовала его и готовность, с какой Имоджен уступила, хотя он знал, что Норгрейв, когда хочет, может быть очень убедительным. И если есть выбор, то его друг всегда предпочтет ложь правде.

Десять минут спустя они прибыли на место. Имоджен посмотрела на измятое платье и вздохнула. Неприлично появляться в незнакомом обществе в таком виде!

— О чем вы сейчас думаете? — спросила она опасливо.

— Мне хочется вас отшлепать, — признался герцог. Он спрыгнул на землю, чтобы привязать лошадей. — Но готов простить вас в обмен на крошечное вознаграждение. Одного поцелуя будет достаточно.

Опираясь на его руку, Имоджен соскочила с подножки. Стоило ее ножкам уверенно встать на влажную после дождя землю, как она лукаво улыбнулась:

— Сначала вам придется поймать меня!

Девушка подхватила юбки и побежала к видневшемуся вдали озеру. Конечно, он просил ее остановиться, но она не послушалась. В обществе Блекберна Имоджен впервые ощутила вкус свободы. Он поощрял ее энергичную натуру, подталкивал ближе к границам, которые она никогда бы не решилась переступить раньше — до того, как они встретились. Только раз Имоджен оглянулась и увидела, что герцог бежит за ней следом с корзинкой в руке и одеялом под мышкой. Ноша нисколько его не стесняла — еще немного, и он догонит девушку.

— Порезвись всласть, дорогая! — крикнул ей Блекберн, и смех его заставил Имоджен вздрогнуть в приятном предвкушении. — Только знай, я всегда настигаю добычу!

Она ни на мгновение в этом не усомнилась бы.

Имоджен на ходу развязала ленты под подбородком, сдернула шляпку и бросила ее через плечо. Герцог выругался, когда ему пришлось отпрыгнуть в сторону, чтобы не наступить на нее. У озера виднелась полуразрушенная постройка из красного кирпича[14], окруженная высокой травой. Она имела три башни внушительного размера и каменную веранду, наполовину захваченную дикой растительностью.

Но добежать до этого архитектурного «каприза» Имоджен не успела. Сильные руки обхватили девушку за талию, и пейзаж завертелся у нее перед глазами, когда Блекберн закружил ее в объятиях.

— Поймал! — Его губы нежно коснулись ее ушка, и он поцеловал девушку в шею. — Что же мне теперь с вами делать, леди Имоджен?

Корзина из ивовых прутьев и одеяло остались лежать на траве в нескольких ярдах от них.

— Для начала можете накормить меня! Не ожидала, что побываю сегодня на двух пикниках сразу!

— Вам следовало смиренно ждать моего прибытия в гостиной вашей матушки, вместо того чтобы флиртовать с лордом Эшером! — Он обнял ее еще крепче. — Я тоже проголодался, миледи, но обычная пища не удовлетворит меня.

Имоджен задрожала в объятиях герцога. Его слова не просто услаждали ее слух. Голос Блекберна словно бы проникал под одежду и ласкал ее как теплый ветерок. Соски девушки затвердели в ответ на это воображаемое касание. Она вырвалась из его рук и повернулась, чтобы посмотреть на него лишь тогда, когда ему было не дотянуться до нее.

— Ваши поцелуи обычно заканчиваются для меня неприятностями, Блекберн, — игриво заявила Имоджен, мысленно желая продолжить. — И я не хочу, чтобы у вас сложилось обо мне превратное впечатление.

Герцог, сняв сюртук, небрежно бросил его на траву.