Почти скандал - Элизабет Эссекс

– Что еще я должна сделать?

В ее голосе чувствовалась печаль, тоска по абсолютно невозможному.

– Вам следует вернуться сейчас в каюту капитана и во всем ему признаться. А он позаботится о том, чтобы тихо и незаметно высадить вас на берег, пока еще не поздно. Или же оставит вас на борту до возвращения в Англию. Точно не знаю. – Стянув с головы треуголку, Коллиар провел рукой по волосам. – Во всяком случае, решение принимать капитану, а не мне. И не вам.

– Или же он позволит мне остаться на корабле и продолжать службу, как и прежде.

Салли была неисправима в своем упрямстве. Она была абсолютно убеждена в своей правоте и способности без проблем выполнять работу гардемарина.

– Пожалуйста, сэр. – Салли понизила интонацию голоса, словно демонстрируя, что при необходимости готова и умолять. – Я очень прошу вас.

Коллиар не мог не отреагировать на эту тихую мольбу и невольно устремил взгляд на ее губы, которые она в волнении терзала зубами. Ему хотелось сделать с этими губами совсем другое. Хотелось совершить немыслимое и удержать ее рядом с собой, невзирая на риск, чего бы это ни стоило.

Салли не упоминала ни о своих братьях, ни об отце. Не напоминала, чем он им обязан. Она понимала, что ее судьба и репутация семьи находится исключительно в его руках.

– Черт возьми, Кент. Вы просите слишком многого.

Салли наверняка ощутила в его голосе готовность уступить, поскольку ее лицо просветлело, что было заметно даже в сгущающейся темноте.

– Вы не пожалеете об этом, – восторженно пообещала она. – Вот увидите.

– Слишком поздно, Кент. Я уже пожалел.

Больше Коллиар с ней не разговаривал. Они как будто заключили негласное соглашение. Он держался от нее на расстоянии, поступая так, как Салли изначально советовала самой себе. Он обращался к ней только в случае крайней необходимости, и она отвечала ему так, как полагается подчиненному. Салли смогла вернуться к исполнению своих обязанностей на мачте, что доставляло ей большую радость. Несмотря на мрачные взгляды мистера Коллиара из-под нахмуренных бровей.

Салли взбиралась по вантам с огромным удовольствием, и рядом не было ни отца, ни их слуги, которые могли бы ее остановить и отчитать. Как раз наоборот – если бы она отказалась лезть наверх, то очень скоро испытала бы на себе начальственный гнев.

Другим преимуществом нахождения наверху было все большее сближение со старшиной марсовой команды Уиллисом. И поскольку тот постоянно обозревал горизонт своим зорким взглядом, Салли имела возможность время от времени следить за происходящим на палубе. Отсюда, сверху, все воспринималось совершенно иначе, чем внизу. И как раз сейчас она увидела, как Йен Уэрт, стоявший на шканцах, получил от мистера Чарлтона какое-то поручение, бросился его выполнять, однако на шкафуте вдруг резко остановился и, сменив направление, стал пробираться по левому борту.

Переведя взгляд на правый борт, Салли поняла причину столь поспешного отклонения от курса – по ту сторону в противоположном направлении шествовал мистер Гамидж. Матросы, особенно те, кто помоложе, спешили уступить ему дорогу или же поворачивались спиной, избегая его взгляда.

– Уиллис, какого ты мнения о мистере Гамидже?

Старшина марсовых скользнул по ней быстрым взглядом.

– Я, мистер Кент, не позволяю себе иметь какое-либо мнение об офицерах.

– Он не офицер. Несмотря на возраст, он всего лишь «юный джентльмен», как и остальные гардемарины. Ты не знаешь, он давно на нашем корабле?

– Да уж подольше, чем я. А я здесь уже девять лет.

– А когда он провалил экзамен на звание лейтенанта?

Хотя на мачте они были совершенно одни, Уиллис тем не менее решил не рисковать и понизил голос, так как в море звуки распространяются самым непредсказуемым образом.

– Насколько я знаю, капитан даже не направлял его на экзамен. Что совсем не удивительно, ибо Гамидж и не годится в лейтенанты. Ведь так?

– Совершенно верно. На мой взгляд, он под стать школьному задире-переростку. Он всегда притеснял других гардемаринов?

– Можно и так выразиться, – уклончиво ответил Уиллис, видимо еще не до конца ей доверяя.

– И он, наверно, возлагает вину на матросов своего подразделения, если что-то идет не так?

– И такое бывает. – Во взгляде Уиллиса было уже гораздо меньше подозрительности.

– А он вмешивается в дела других подразделений?

– Только тех, что под началом гардемаринов. Хотя мистер Лоренс, наш третий лейтенант, его тоже побаивается. Он, наверно, думал, что, став лейтенантом, избавится от его нападок, но не тут-то было. Гамидж еще больше обозлился из-за того, что мистер Лоренс его обошел.

– Так продолжаться не может, – произнесла Салли, хотя еще толком не знала, каким образом прищучить этого Гамиджа. Первоначальный план – утянуть его за собой на берег – уже не годился из-за неожиданного решения мистера Коллиара не расставаться с нею.

Уиллис меж тем растянул губы в сдержанной улыбке.

– Вы напоминаете своего брата, когда так говорите. Я служил вместе с ним на «Возмездии».

– Это, вероятно, был Оуэн. Теперь он капитан на «Спрайте».

– Передавайте ему привет. А также попутного ветра и семи футов под килем. Но вы не замедлите присоединиться к своим, тоже став капитаном. Вы, Кенты, знаете свое дело.

– Спасибо, Уиллис. Я польщен твоей верой в меня. Но она будет заслуженной, если я сумею решить проблему, которую представляет мистер Гамидж.

А придумать что-то нужно как можно скорее, поскольку там, внизу, Гамидж все же изловил Йена Уэрта и теперь подталкивал мальчишку в тень около кормового ограждения шкафута, где, как он полагал, их никто не увидит.

Однако Салли увидела и не собиралась это так оставлять. Мелкопакостная натура Гамиджа просто выводила ее из себя.

– Черт бы побрал эту красноглазую крысу!

– Сэр… – В голосе Уиллиса слышалось предостережение, но она уже заскользила вниз по бакштагу.

Шагая по палубе, Салли не могла разобрать слов Гамиджа из-за сильного сердцебиения и стука каблуков своих больших башмаков. Она лишь чувствовала, как ее горло обжигает негодованием из-за столь возмутительного обращения с другом.

– Мистер Гамидж, отпустите его! – практически скомандовала она, вкладывая в свой голос весь гнев, кипевший в крови. – Мистер Уэрт нужен мистеру Коллиару.

Гамидж, вздрогнув, стрельнул глазами по сторонам – видимо, чтобы убедиться в отсутствии поблизости первого лейтенанта.

– В самом деле? И он послал, чтобы сказать это, своего смазливого подхалима? Кент, а разве ты не должен быть сейчас на мачте?

Салли напомнила себе об обещании, данном Коллиару, держать свой взрывной характер под контролем. И постаралась говорить так же, как и первый лейтенант, с холодной жесткостью в голосе.