Будь моей - Сьюзен Барри

Ее алые губы приоткрылись, а зубы озорно блеснули.

— Честное слово, ты, по-моему, немного ревнуешь к моему бедному Этьену, Себастьян, — ответила Инесса. А потом ее улыбка стала мягкой, очаровательной и даже соблазнительной. — Но как это глупо! У меня был всего-навсего роман.

— Ты заводишь слишком много романов, — сказал Себастьян.

— Верно. — Внезапно Инесса приняла серьезный вид. — И в глубине души я так от них устала… очень устала! Втайне я просто мечтаю остепениться, выйти за любимого человека и стать счастливой!

Кэти пошевелилась, как будто собираясь их покинуть. Инесса медленно повернулась и взглянула на Кэти:

— Я хотела бы иметь много детей и стать прекрасной женой и матерью. Стать домоседкой, как моя мать много лет назад, и не интересоваться почти ничем, что происходит не у меня дома… Пожалуй, только тем, что происходит у меня дома! Ведь именно об этом ты мечтаешь, Кэти? Желаешь родить Себастьяну наследника, а потом его братьев и сестер, чтобы у него были друзья? Как любая истинная португалка! — Она привстала с кресла, как будто бросала вызов девушке из Ирландии, где о таких вещах открыто не разговаривали. — Не так ли?

Кэти ощутила чувство, близкое к испугу. Она залилась ярким румянцем и умоляюще взглянула на Себастьяна:

— Я… я не знаю…

У Инессы вырвалось восклицание:

— Тогда о чем другом ты можешь мечтать? Я не понимаю. — Она откинулась на спинку кресла, но при этом казалась очень напряженной. — Честно говоря, я совершенно не понимаю этого брака! Мне он кажется крайне странным, потому что вы оба не похожи на счастливых новобрачных. А если это не так, вы прекрасно скрываете свои чувства!

Себастьян заговорил тихо и угрожающе.

— Думаю, этого достаточно, Инесса!

— О! — Она нетерпеливо и еле заметно пожала плечами. — Я не похожа на тебя, Себастьян… Настоящая португалка, так что в моей крови нет льда! Я импульсивна, иногда могу такое сказать и сделать… — Она раскинула руки. — Но я понимаю, что есть вещи, которых мне говорить не следует, и теперь вам будет трудно меня простить. — Она печально спустилась по ступенькам к своему автомобилю, но, не дойдя до него, обернулась и обратилась к ним обоим: — Сегодня вечером моя мама устраивает званый обед. Ведь вы придете, не так ли?

— Не знаю, — довольно надменно ответил маркиз. — Очень может быть, что не придем.

Но Кэти непривычно тихим и ровным голосом, несмотря на собственное смятение, промолвила:

— Не беспокойся. Мы придем.

Когда автомобиль Инессы скрылся в глубине аллеи, Себастьян направился на противоположный конец террасы, потом вернулся и смущенно заговорил с женой:

— Мне очень жаль, Кэти. — В его темно-синих глазах было неподдельное беспокойство. — Инесса не имела права так с тобой разговаривать.

Кэти пристально смотрела поверх парапета на зеленые лужайки и темные кустарники, вырисовывавшиеся на фоне синего неба. Сейчас она чувствовала себя какой-то опустошенной, как будто была воздушным шаром, который резко укололи и из которого внезапно выпустили много воздуха. Кэти не знала, как защититься от дальнейших уколов. Она вцепилась в парапет и старалась не встречаться взглядом с Себастьяном. Рано или поздно им придется поговорить об Инессе… почти наверняка. Но не сейчас. Сейчас она была совсем не в настроении. Впрочем, в этом почти не было смысла. Инесса оказалась не просто проницательной, она замечала интересные вещи, которые, впрочем, лишь доказывали…

— О, я не знаю, — наконец ответила она. — Можно легко понять, что у нас не обычный медовый месяц. Инесса об этом догадалась, как только приехала сюда и познакомилась со мной. Во-первых, я оказалась вовсе не такой, как она ожидала, а во-вторых… мы ведем себя не так, как ведут молодожены!

Он промолчал.

Кэти стояла рядом с ним. Легкий ветерок развевал ее расшитое цветочным узором платье, подчеркивая изящество фигуры. На фоне белых аксессуаров бросались в глаза на редкость чистая кожа и красивый рыжевато-коричневый цвет волос. И внезапно она показалась Себастьяну одновременно юной и мудрой… Ее мудрость была печальной и даже трагической, как будто Кэти заглянула в стеклянный шар и увидела, как она повела бы себя, если бы обстоятельства не выбили ее из колеи.

— И по-моему, ты дал ей понять, что у нас не обычный медовый месяц, когда сказал, что точно не помнишь, как я была одета на свадьбе.

— Конечно, я совершил ошибку, — признался он. — Я совершил ошибку, потому что хотел сказать вовсе не это… Я прекрасно помню, как ты выглядела на свадьбе, и у тебя был на редкость очаровательный вид!

— Спасибо, — пробормотала Кэти, но не улыбнулась и не почувствовала себя польщенной. Она поблагодарила машинально. — Теперь не имеет значения, как я выглядела, и, по-моему, это было не так уж важно. И леди Фитцосборн, и моя мама выглядели так, будто понятия не имели о настоящих причинах нашего брака, но мы вряд ли можем и дальше с успехом обманывать людей. Не таких людей, как сеньорита Пенише и мистер Болтон.

Он спросил довольно удивленным голосом:

— По-твоему, Болтон все понял?

— Я не сомневаюсь в том, что он все понял.

— Но, черт возьми! — воскликнул Себастьян, внезапно придя в ярость. — Какое право имеют посторонние искать объяснение нашему браку? Какое им дело, поженились мы по любви или не… по любви… и какие чувства мы испытывали и испытываем друг к другу. И уж конечно, этому Болтону не должно быть ровно никакого дела до нашего брака. Я так и скажу ему, когда он снова здесь появится!

Кэти посмотрела на него большими, ясными, задумчивыми глазами:

— В таком случае это совершенно не касается и сеньориты Пенише, не так ли? И, по крайней мере, мистер Болтон не спрашивал меня, сколько детей я собираюсь тебе родить.

Себастьян довольно грозно нахмурился и отвернулся от Кэти:

— Инесса не хотела быть грубой, а наши португальские женщины склонны думать о продолжении рода больше, чем ты или любая другая ирландская девушка. Это у них не навязчивая идея, а естественная склонность. А в моем случае семья важнее всего… будущий наследник и так далее! Для владений Барратейра…

— Тогда тебе следовало жениться, чтобы произвести на свет наследника, — тихо сказала ему Кэти. — И, по-моему, самая подходящая мать для такого наследника — Инесса Пенише!

Себастьян повернулся и взглянул на нее чуть ли не с изумлением:

— Почему ты все время упоминаешь Инессу?

— Потому что она так часто здесь появляется, что мне трудно ее забыть, — сказала Кэти. Она повернулась и вошла через открытые двери в sala, оставив Себастьяна в одиночестве на террасе.

В тот вечер он ждал ее в просторном полутемном коридоре. Когда Кэти подошла к нему и остановилась у подножия лестницы, ей показалось, что Себастьян держится очень холодно. На ней было белое платье из трикотажной шелковой ткани, которое она надевала накануне свадьбы, а жемчуг леди Фитцосборн подчеркивал изящество шеи.