Великолепная страсть - Стефани Блейк

Ее глаза снова блеснули недобрым огнем.

– Понятия не имею почему.

Брэд отхлебнул добрый глоток своего бурбона:

– У вас довольно странные друзья.

– Они намного живее и интереснее этих сладкоречивых фанфаронов-политиков вроде моего братца. По правде говоря, «Таверна Джона Пила» может похвастаться множеством странных посетителей. Здесь их целая галерея. Взять, например, Джимми, метрдотеля. Как и Бен, он был выслан из своей страны, Греции, за то, что бросал помидоры в короля во время парада. А бармены?

Это пестрая шушера, доложу я вам. Джорджа выслали из Португалии за то, что он делал непристойные предложения послушницам в каком-то монастыре. Валентина приговорили к повешению за то, что он мутил воду и подстрекал кубинцев к революции. В конце концов ему посчастливилось бежать. Есть тут еще Билл. Он отбывал наказание в Австралии, в Новом Южном Уэльсе, за попытку ограбления лондонского Тауэра. Освободили его всего год назад. Вон Мики – славный молодой человек, уже долгие годы служит в «Таверне Джона Пила». Он проматывает все заработанные здесь деньги до последнего цента в Джорджтауне в борделе, который когда-то принадлежал ему. Поэтому-то «Таверна Джона Пила» – мое излюбленное место. Это злачное, пожалуй, самое злачное и грязное местечко. И сегодня здесь с вами, дорогой, я и сама чувствую себя ужасно порочной.

– Для этого нет причины, – непринужденно возразил он. – В конце концов, это ведь деловой завтрак. Разве не так?

– Ну. – Губы ее сложились в капризную гримаску. – Дело прежде всего, а уж удовольствие потом. Кажется, так принято говорить? Впрочем, одно не исключает другого.

Она погладила его руку, лежавшую на столе.

– Вы находите меня привлекательной, Брэд?

– Вы прекрасно знаете, что нахожу. Я не был бы мужчиной, если бы не признался в этом. Но вернемся к делу. Что вы хотели обсудить со мной?

– Весь Вашингтон только и говорит о вашей связи с министром Стэнтоном. Они гудят, как рой мух. – Шарлотта рассмеялась. – Нет, дорогой, поймите меня правильно. Я хочу сказать только, что за столь короткое время вы сумели стать его помощником в министерстве обороны. И это значит, что репутация ваша уже сложилась.

– Я делаю что могу.

Он вытащил сигару из внутреннего кармана мундира и откусил кончик. Шарлотта достала сигару из изящного золотого портсигара.

Он чиркнул спичкой по ногтю большого пальца, галантно прикрыл рукой огонек, чтобы дать ей прикурить, потом раскурил свою сигару.

– Я это знаю, и мне хотелось попросить вас сделать мне одолжение. Собственно, не мне, а моему доброму другу, служащему министерства иностранных дел.

Брэда это заявление позабавило.

– И насколько вам близок этот друг?

Она улыбнулась:

– Когда-то мы были очень близки, но эти времена давно миновали. Дело в том, что это тот человек, который употребил свое влияние на госсекретаря Сьюарда и под его нажимом в минувшем месяце у русских была приобретена Аляска. Эта сделка произвела в конгрессе просто фурор. Большинство сенаторов и представителей считают, что было невероятной глупостью приобрести земли, единственные ресурсы которых – тюлени, полярные медведи, снег и лед. Они называют Аляску холодильником Сьюарда.

Брэд нахмурился.

– Они просто кучка дураков! Покупка Аляски у русских была одним из самых стратегически правильных действий правительства. Неужели эти идиоты так до сих пор ничего не поняли? Россия раз и навсегда вытеснена с Североамериканского континента. Пока русские владели этим кусочком земли, они были постоянной угрозой и для Канады, и для Соединенных Штатов.

– Да вы просто ясновидящий, мой дорогой! Вы мгновенно схватили суть проблемы и тут же нашли правильное решение. Как вам известно, министры Сьюард и Стэнтон не переносят друг друга и едва разговаривают. Зависть и ревность процветали во времена правления Линкольна, и при Джонсоне сохранилось то же положение. Вы не думаете, что могли бы убедить Стэнтона и министерство обороны поддержать этот шаг и покупку Аляски, а также Сьюарда и моего друга, убедив Стэнтона, что это было сделано в интересах национальной безопасности с целью предотвратить возможную агрессию.

Брэд скорчил мину и принялся массировать себе затылок.

– Это серьезный и непростой вопрос, Шарлотта. Сьюард и Стэнтон такие же разные, как вода и нефть, и попытаться их примирить – все равно, что сделать попытку смешать воду с нефтью.

– Если Стэнтон согласится, что такой шаг был целесообразен, то тогда министерству придется признать, что именно министерство обороны и министр Стэнтон, патриот, обладающий большой мудростью и даром предвидения, вдохновили министерство иностранных дел на переговоры с Россией и таким образом всему делу было положено начало.

– Должен признать, что это умный подход к вопросу. Послушайте, предоставьте мне возможность в течение нескольких дней прощупать Стэнтона на этот счет, и я вернусь к вам с ответом.

– Я глубоко благодарна вам, дорогой, за вашу готовность помочь. И позвольте мне заверить вас, что, если вам удастся перетянуть Стэнтона на нашу сторону, государство и Сьюард никогда этого не забудут.

– Я могу на это рассчитывать? – спросил Брэд и почувствовал, что сердце его бешено забилось при мысли о будущих успехах и проникновении в круг тех, кто обладает политической властью.

– Даю вам слово. А теперь примемся за еду. – Она сделала знак официанту: – Эллиот. Мы хотим сделать заказ.

Когда официант его принял и ушел, Брэд спросил Шарлотту:

– А что за птица этот Эллиот? Какое преступление совершил он?

– Ничего особенного. Прежде он служил при конгрессе, так же как и здесь. Его обвинили в том, что он подсыпал отраву в суп двум сенаторам от Демократической партии за жирный куш от соперников-республиканцев. Но он был оправдан за недостатком улик.

Брэд широко улыбнулся:

– Рад, что не заказал супа.

За едой Шарлотта пригласила его посетить небольшую вечеринку у нее в доме нынче вечером.

– Благодарю вас, но вы слишком поздно меня пригласили. В три у меня деловое свидание с министром Стэнтоном. К тому же я должен вернуться в отель и предупредить Майру. Как видите, времени на это у меня совсем не остается.

Он чувствовал на себе ее проницательный взгляд – она оценивала, прощупывала его, пыталась определить, насколько велики и необузданны его честолюбивые устремления. Потом обронила как бы между прочим:

– А… почему бы вам не заскочить ко мне ненадолго после свидания со Стэнтоном опрокинуть стаканчик-другой? У меня будет генерал Грант с супругой. И я дам вам возможность познакомиться друг с другом.

Она улыбнулась, сознавая, что он проглотил наживку и не в силах воспротивиться.