Ночная леди - Лесли Лафой

– Но вы хотя бы читаете?

Шарлотта воинственно вскинула голову.

– Я прекрасно умею читать, но не хочу. Вот так.

– Тогда за какими занятиями вы проводите дни, мисс Шарлотта?

– Иногда я смотрю в окно.

– На сад?

– Здесь нет ничего больше, на что можно было бы смотреть.

– Вы спускаетесь вниз, чтобы рассмотреть все как следует?

– Нет, там я не бываю.

– А вам бы хотелось побывать?

– Нет.

За все время разговора Фиона в первый раз посмотрела на Йена. Потом она провела кончиком языка по нижней губе и сделала глубокий вдох.

– Вы вольны вмешиваться во все, если увидите, что из этого может выйти толк, – поспешно сказал Йен. – Видит Бог, в этом случае я больше ничего не смогу придумать.

Фиона молча отвернулась от него.

– Выйду ли я замуж за его светлость или нет, совершенно очевидно, что здесь не хватает твердой руки, мисс Шарлотта. Конечно, вы нуждаетесь в понимании после перенесенных ужасных трагедий, но я по опыту знаю, что всепоглощающая доброта и неослабевающее терпение не всегда идут на пользу. Вашу жизнь необходимо коренным образом изменить.

– Мне нравится жить так, как я хочу, – упрямо заявила Шарлотта.

– Это не имеет значения. – Тон Фионы ничуть не изменился. – Важно, что выделаете несчастными всех, кто вас окружает. – Она встала с кровати и с вежливой улыбкой сказала: – Мы с его светлостью ненадолго оставим вас, чтобы обсудить ситуацию, а потом вернемся.

Шарлотта нагнулась, взялась за колеса кресла и направила кресло прямо на Йена:

– Так вы собираетесь отослать меня куда-нибудь подальше, да?

Йен собирался что-то ответить, но первой заговорила Фиона.

– Вам хочется стать маленьким тираном в другом месте и тиранить других людей? – Фиона повернулась и прошла мимо Йена к двери, но на пороге она остановилась и обернулась: – Увы, мисс Шарлотта, мне придется разочаровать вас. Вы останетесь здесь.

Выйдя из комнаты, Фиона прошла в холл, предоставив Йену самому решить, последовать за ней или остаться наедине с разгневанной Шарлоттой, однако Йен раздумывал недолго: он решил не испытывать судьбу и вслед за ней покинул комнату. Прикрывая за собой дверь, он убеждал себя, что не стоит строить из себя героя, если ты в отчаянии и беспомощен.

Фиона ожидала его неподалеку от комнаты Шарлотты.

– Поймите, ей очень плохо, – сказал Йен, останавливаясь рядом.

– В самом деле? – насмешливо протянула Фиона. – А я и не заметила.

Йен вспыхнул:

– Как вы можете быть такой…

– Недоброжелательной?

– Хладнокровной.

Фиона коротко засмеялась:

– То, что я целилась вам в грудь, видимо, не произвело на вас должного впечатления?

– Там было другое: взрыв эмоций, тревога за вашего кота и все такое. Кстати, как поживает Бипс?

– Хорошо. Ест и спит в свое удовольствие. – Фиона чуть улыбнулась. – Он даже вернулся на свое обычное место – на свою подушечку. Но – к делу. Может быть, нам пройти подальше, чтобы Шарлотта не могла помешать нашему разговору?

– Если хотите. Видите банкетку у окна – там мы могли бы поговорить. Между прочим, Шарлотта не покидала свою комнату с того самого момента, когда я привез ее сюда. Вы не поверите, но ее пытались извлечь из комнаты бесчисленное количество раз, однако все было тщетно.

– Беда в том, Йен, что вы предоставляете все решать ей, тогда как здесь доброта не лучший помощник.

– Вы что, хотите, чтобы я силой выволок ее оттуда? – Йен пожал плечами, наблюдая за тем, как Фиона грациозно опускается на банкетку. – И куда же мне ее деть после этого, позвольте вас спросить?

– Ну, для начала ее следует отвезти к портнихе: Девочке прежде всего нужны новые платья.

– Я не раз предлагал ей, но она отказывается. Категорически.

– И что же вы?

Йен провел ладонью по волосам, потом вздохнул:

– Видите ли, Фиона, она прошла через ад, осталась сиротой, калекой, оказалась в доме, по существу, незнакомого человека, в незнакомой стране, и все это влечение шести месяцев. Только чудовище могло остаться равнодушным к ее несчастьям.

Фиона мягко взяла Йена за руку: нежность и сочувствие мерцали в ее глазах, отчего ему стало трудно дышать. Тогда он сжал ее пальцы, и это прикосновение подарило ему успокоение.

– Я знаю, у вас были самые лучшие намерения. – Фиона чуть улыбнулась. – Но, позволяя девочке всегда поступать по-своему, вы неизбежно дали ей создать мир, в котором она занята исключительно тем, что гневается и жалеет себя. Это плохо и для нее, и для окружающих. Ее энергию надо направить в другое русло…

– Об этом я и думал, когда покупал ей краски, рукоделье, книги!

– Но вы не настаивали, не прилагали усилий. Вы давали ей все эти вещи и позволяли ничего не делать с ними.

– Что же вы предлагаете теперь? – спросил Йен уныло. – Насильно тащить ее в магазин за платьями, которые она не хочет носить?

Фиона улыбнулась:

– Когда Кэролайн и Дрейтон забрали меня к себе, я совсем не говорила, уже не помню почему. Зато я умела давать знать о том, чего хочу, другими способами, и все охотно подчинялись мне, пока они не открыли, что я умею разговаривать, но просто не хочу. После этого мне не позволили объясняться знаками. Я могла показывать на вещь и смотреть умоляюще, но меня отказывались понимать. Даже если для этого приходилось оставлять меня без обеда и отправлять Бипса на ночь в другую комнату…

– Неужели они брали Бипса в заложники? Ну и ну!

Фиона чуть сжала его руку.

– Бипс не пострадал, зато я начала вести себя в соответствий с общепринятыми нормами. То же произойдет и с Шарлоттой.

Прислонившись плечом к окопной раме, Йен мрачно произнес:

– Боюсь, вы ошибаетесь, к тому же у Шарлотты нет кота.

– Кот – не то животное, которое ей нужно. – Коты довольно малоподвижны днем и вообще слишком независимы. Зато отлично подойдет собака. Щенок, который только и ждет; когда с ним будут играть, думает, что солнце встает и садится по желанию хозяйки.

– Но как Шарлотта сможет заботиться о щенке? – Йен недоуменно развел руками. – Его нужно кормить, поить, с ним нужно гулять…

– Ей придется всему этому научиться.

– Как будто она станет пытаться. Придется просить кого-нибудь из слуг выводить собаку несколько раз в день…

– Нет, пусть это будет ее обязанность – заботиться, чтобы у собаки было все необходимое.