Одного раза недостаточно - Жаклин Сьюзан

Третья авеню оказалась целым миром. Дженюари забросила в «Пьер» коробки с брюками, длинными рубашками, юбками — ей едва хватило массивных латунных вешалок, чтобы разместить одежду в шкафах. Теперь ее гардероб был не хуже, чем у любой другой нью-йоркской модницы.

«Блеск» был центром моды; там постоянно кипела бурная жизнь. Секретарша отправила Дженюари в конец коридора. Сотрудники разглядывали макет журнала, куда-то спешили молодые люди с папками для рисунков. Девушки бегали с эскизами в руках. Яркий «дневной» свет заливал помещения, почти не имевшие окон. У худых девушек с длинными волосами и чуть затемненными стеклами очков и молодых людей с ухоженными бородами был очень современный вид. Дженюари обрадовалась тому, что она надела один из своих новых костюмов.

Она остановилась в конце коридора перед большой блестящей белой дверью с впечатляющими деревянными буквами: «Линда Риггз». Секретарша, сидевшая в тесной конторке, провела Дженюари в шикарный угловой кабинет с окнами от пола до потолка. За столом сидела красивая молодая женщина. Прижав плечом телефонную трубку к уху, она слушала и писала. Интерьер кабинета был ультрасовременным. Белые стены… оранжевый ковер на черном паркетном полу… картины, напоминавшие цветные тесты Роршаха… кресла, обтянутые белой кожей… черный бархатный диван… стеклянные столики… и везде — экземпляры «Блеска». Несмотря на роскошь обстановки, атмосфера здесь была вполне рабочая. Дженюари села и стала ждать, когда женщина закончит разговор. Трудно было представить Линду с ее комичным лицом среди этого великолепия. Женщина улыбнулась и дала Дженюари понять, что пытается освободиться. Дженюари ответила ей понимающей улыбкой и посмотрела на рукописи, лежавшие на подоконнике. Стол был завален изданиями конкурентов — экземплярами «Женского журнала», «Космополитен», «Моды».

Женщина положила трубку.

— Извини. Этот разговор мог длиться бесконечно. Взглянув на Дженюари, она улыбнулась.

— О, ты стала настоящей красавицей. Хотя иначе и быть не могло — при таком отце, как Майк Уэйн.

Дженюари вежливо улыбнулась и подумала: «Где же Линда?» Эта приветливая красивая дама разглядывала ее с явным любопытством.

— Мисс Риггз назначила мне свидание на три часа, — встав, сказала Дженюари. Женщина рассмеялась:

— Дженюари! А кто, по-твоему, я? Девушка испытала смущение. Но Линда снова засмеялась:

— Я забыла, сколько прошло лет.

— Около десяти, — удалось наконец произнести Дженюари.

Линда кивнула:

— Верно! Не думала же ты, что я останусь с таким лицом на всю жизнь? Шину убрали, поставили несколько коронок, подправили нос — это был подарок к окончанию школы, — к тому же я сбросила восемь лишних килограммов.

— Невероятно, — сказала Дженюари. — Линда, ты чудесно выглядишь. Я хочу сказать… ты всегда обладала такой яркой индивидуальностью, что все находили тебя красивой, но теперь…

— Моя внешность тогда отличалась своеобразием — это было еще до того, как нестандартность вошла в моду. Теперь, когда я проделала все это, люди стали находить в уродстве особый шик. Клянусь, порой мне хочется вернуть себе прежний нос. Кстати, Кит не знает о пластической операции, зубах и прочем.

Она нажала кнопку, и из динамика донесся голос секретарши.

— Норма, когда придет Кит Уинтерс, отправь его ко мне.

Линда повернулась к Дженюари.

— Я бы предпочла, чтобы ты была одета поярче. Мне нравятся твои брюки, и замшевая куртка великолепна… но этот бежевый цвет… Кит снимает на цветную пленку.

— Линда, я пришла сюда не для того, чтобы фотографироваться. Я хотела увидеть тебя. Узнать побольше о твоей жизни и о журнале. По-моему, это просто чудо.

Линда вышла из-за стола и села на диван. Взяла пачку сигарет из большой стеклянной вазы.

— У нас тут есть сигареты всех сортов… кроме тех, с травкой… так что угощайся.

— Я не курю.

— Завидую тебе. Как ты умудряешься оставаться такой изящной без сигарет? Иногда меня беспокоит опасность заболеть раком, но, говорят, до климакса риск невелик — какие-то гормоны защищают женщин от этой болезни. Кстати, о климаксе — расскажи мне о Дидре Милфорд Грейнджер.

— Теперь она — миссис Майк Уэйн.

— Конечно, — улыбнулась Линда. — Я бы хотела дать материал о ней и твоем отце. Нашим читателям — от двадцати до тридцати лет, но очень богатые люди интересуют всех. Мы неоднократно пытались подобраться к ней, но она всегда нам отказывала. Я удивлена, что Хелен Герли Браун и Ленора Хершли еще не обращались к тебе. Хотя подобная статья больше подошла бы «Космо», чем «Женскому журналу». Боюсь, Хелен Герли Браун заставит меня вновь обратиться к психоаналитику.

— Почему?

— Она добилась большого успеха. А все началось со статьи о том, как одинокая девушка подцепила потрясающего мужа. Самое странное, никто больше не вступает в брак… разве что пожилые люди. С этого наблюдения я и начну. Сейчас материал не приходит в руки сам. Его надо найти… раньше других. Поэтому я торчу в офисе с восьми утра до восьми вечера. Это нелегко. Но другого пути нет. Я хочу, чтобы «Блеск» заткнул за пояс «Космо» и все прочие журналы.